Наивный Робинзон v. 2.0 - Алексей Трефилов

Да я параноик! Да я же, как царь Иван Грозный! Который, как известно первый открыл рентгеновские лучи. Заявил своим боярам: «Я вас сволочей насквозь вижу!»

Я тоже все грязные мыслишки прямо в людских головах прозреваю! И это просто прекрасно! Это замечательно! Как я адмирала раскатал, на пустом месте составил теорию заговора и оказался прав. Я гений! Я все про вас знаю! И я за это всех вас убью! Убить! Убить! Убить!!!

До самого вечера я выл и катался по полу. Затаивался около двери и звал солдат, надеясь вцепиться зубами, в ногу первого кто войдет. Пробовал биться головой об стену, желая сдохнуть и больше не испытывать мучений. Добился только того, что потерял сознание после особо удачного удара.

Проснулся лежа на кровати, кто меня на нее положил, не помню, я был по-прежнему связан. Сидящая рядом со мной Фелицата спросила:

— Как тебя зовут?

— Фелицата! Не заводи свою шарманку снова! Мне вчерашнего опроса хватило. — проворчал я.

— Я вижу, ты справился. Раньше ты никогда ничего к утру не помнил.

— Так ли это? — засомневался я.

— А ты попробуй подумать про меня «плохое» и сам узнаешь.

Я честно попытался представить, как распиливаю Фелицату тупой, ржавой пилой и какое наслаждение я от этого испытываю, но ничего не почувствовал. А ведь вчера я просто мечтал об этом! Тьфу! Меня перекосило от воспоминаний.

— Вот видишь! Получилось! — Фелицата ловко, маленьким ножичком разрезала связывающие меня ремни.

Вдруг Фелицата улыбнулась девчоночьей улыбкой и с наивно-детским выражением лица спросила:

— А что такое шарманка? И что ты видел там, где гуляла твоя душа?

— Фелицата не тревожь мои раны! Ты что никогда музыкальных шкатулок не видела? И нигде моя душа не гуляла, просто я из очень далекой страны и все мои странности объясняются плохим знанием языка и местных обычаев.

— Музыкальную шкатулку я видела.

Фелицата встала и пошла к дверям, остановившись, она сказала:

— Ты мне не доверяешь Вик, но что бы там ты себе не думал: «Верные останутся верными!»

«Мать моя женщина! — подумал я. — Сколько пафоса! Из какого дворца, где есть музыкальные шкатулки, ты вылезла девочка! И где это у нас учат так говорить? Явно не в крестьянской хижине!»

— Я принесу поесть, ты пока одевайся Вик.

Фелицата вышла за дверь. Я вздохнул и принялся выпутываться из одеяла.

Глава 7

Не пейте и не нюхайте, и в вену не колите… — тихонько напевал я перефразированную песенку из мультфильма «Пластилиновая ворона» плескаясь в поилке для свиней. Громко петь я опасался, так как рядом со мной стояли два внимательно наблюдавших за каждым моим движением солдата. Солдат ко мне приставила Фелицата, как она выразилась:

— На всякий случай.

К «случаю» прилагались два здоровенных «Демократизатора», сделанных из толстого слоя ткани, намотанного на дубинки. Опробовать это изобретение на себе, мне категорически не хотелось. Я как Юлий Цезарь делал одновременно три дела, во-первых: пел, во-вторых: надраивал себя песочком, в-третьих: я мыслил! Нормально мыслил! Вы не представляете себе, какое это счастье «мыслить!», не мечтать о пирамидах из голов или о кишках, развешанных на деревьях в красочном беспорядке, а просто «думать мыслю!» Наверное, только выздоровевший после тяжелой болезни человек может понять мое состояние этим утром.

И не только думать, но и делать! Делать простые человеческие дела, а не валяться связанным в кокон из одеяла и ремней. С удовольствием надев чистую одежду, я направился на кухню. Кашевар наложил мне в миску, по размеру похожую на маленький тазик, кашки с мясом, вооружившись ложечкой, я с удовольствием все съел, запивая это дело сладеньким компотиком из свежих ягодок. Подмигнул солдатикам, сидящим за соседним столиком. Послал воздушный поцелуйчик Фелицате, которая шла куда-то с серьезным видом. От чего бедняжечка споткнулась и чуть не упала. Решил, что самое время покормить птичек, а то вон они голодненькие по двору скачут. Я уже открыл рот, что бы попросить у кашевара зернышек для птичек. Как мой внутренний голос взвыл корабельной сиреной:

— СТОЯТЬ!!! Какие «нахрен» — зернышки, какие — птички, какие — поцелуйчики! У тебя рецидив придурок!

Я вцепился в столешницу так, что у меня свело судорогой пальцы, и прокусил губу, по подбородку скатилась капля крови. В глазах до сих пор изумленно смотревшей на меня Фелицаты мелькнуло понимание, и она сделала знак солдатам.

— Черт!!! «Бац!» — «демократизатор» сделал свое грязное дело.

Полностью описывать свое выздоровление не буду, так как дело это неинтересное и муторное. «Маятник» моей болезни качался от вселенской любви, к столь же всеобъемлющей ненависти. Фелицата периодически получала от меня признания в вечной любви и пожелания сдохнуть в канаве. Солдатики играли со мной в пряточки…

— Черт!!! «Бац!» — «демократизатор» сделал свое грязное дело.

Солдаты ломились от меня как лоси по тайге, когда я в периоды просветления, становившиеся все больше, выходил размяться во двор. Никто не знал чего ожидать от меня в следующий момент, поэтому все усиленно прятали от меня острые предметы и предпочитали не поворачиваться ко мне спиной. В общем, эти бараны гадили в портки от одного моего вида! Трусы!..

— Черт!!! «Бац!» — «демократизатор» сделал свое грязное дело.

Через месяц я с осторожность мог назвать себя здоровым человеком. Я уже собирался заняться организацией заседания совета, для решения насущных проблем. Пока болел, Фелицата запрещала что-либо мне рассказывать, настаивать я даже не пытался, так как после первой же попытки, меня живо упаковали в кокон. Хотелось еще провести встречу с поселенцами. Все же забота о поселенцах стоит для меня на первом месте. Не будет их, не будет и Руиса. Но моим планам не суждено было осуществиться, начался сезон дождей. Жизнь в Руисе замерла.

Это был уже мой второй сезон дождей, но если о первом я не упоминал, так как провел его в Манаге, потому что в городе, в общем-то, толком никуда не ходил, так короткие перебежки до трактира или домой к Куно и обратно. Но все же какое-то разнообразие, то здесь, в Руисе, даже выйти было некуда. Несмотря на огромное количество запланированных дел, исполнить их не было никакой возможности. Главным врагом людей была всеобъемлющая скука.

Опасаясь, что люди в поселке начнут беситься от скуки, я организовал усиленный патруль домов, обязал наряд из пяти солдат поочередно находиться в каждом доме не меньше трех часов. Ходить патрулем вдоль домов не видел смысла. А так выходило, что каждый из поселенцев знал, что солдаты всегда рядом и даже если они на данный момент находятся в соседнем доме, их можно быстро позвать на помощь. Плюс три раза в день приносили горячую пищу. В общем, поселенцы постоянно видели рядом с собой солдат. Возможность получить прикладом по спине здорово дисциплинирует. Продукты выдавать поселенцам категорически запретил. Ситуации, когда сильный отбирает еду у слабого мне не нужны. Накладка случилось только один раз, когда солдаты вместе с котлом гуляша упали с подмытой водой тропинки. Ситуацию быстро поправили, поселенцы получили пищу на два часа позже, на этом все закончилось. Каждый день интересовался у старшего наряда: