Наивный Робинзон v. 2.0 - Алексей Трефилов

— Гамилькар, что у нас с отчетами губернатору, приговором и казнью адмирала?

— Все готово в черновом варианте, завтра предоставлю вам документы на рассмотрение и подпись.

— Хорошо! Как думаешь, какие последствия будет иметь для нас и меня лично, казнь адмирала?

— Трудно сказать, на первый взгляд все выглядит законно. Вы как алькад и судья нового поселения имеете самые широкие полномочия, единственный представитель закона в округе, стражи и палача у нас нет. Единственное сомнение может возникнуть в быстроте исполнения приговора, но опять же тюрьмы нет, содержать государственного преступника негде. К тому же неизвестно, кто из офицеров эскадры мог тайно участвовать в заговоре. Предугадать что они могли предпринять, если бы адмирал не был казнен немедленно, мы не могли. На этот момент я особо указал в отчете.

— Как думаешь, офицеры эскадры могут отрицать измену адмирала и свидетельствовать против меня, не стоит забывать, что у него наверняка были сообщники?

— Маловероятно, если бы сомнения у большинства офицеров возникли на месте казни, вас бы уже везли в Манагу в кандалах. Просто арестовали бы на месте происшествия. Сообщники будут молчать и первыми свидетельствовать против адмирала, спасая свою шкуру. Но вот что скажет и сделает губернатор?! На этот вопрос, ответить я не берусь, возмутители спокойствия никому не нравятся, тем более он уже лишил вас своего покровительства, после событий в Манаге.

— Ладно, дождемся «Эос» с вестями и узнаем все точно. Перейдем к поселенцам. Продолжай доклад Гамилькар.

— Физически люди уже поправляются, моральный дух, крайне низок, ничего хорошего для себя люди не ждут! Люди запуганы, ожидают рабства или смерти от тяжелых работ. Хуже всего для них неизвестность, без вас мы не решились что-либо им обещать, а вы, как известно, болели. Опять же, у них ничего нет, а без вашего разрешения, мы им даже клочка тряпки не даем, что бы не спровоцировать побег. Условия содержания сносные, крыши домов немного подлатали, сильно они теперь не текут. Но все же нужна бригада лесорубов и заготовщиков рафии. Необходимо подновить дома, сплести циновки и гамаки, решить с выдачей имущества, с бочками, которые до сих пор лежат на берегу, просмолить рыбацкие лодки, дел очень много. Но главное, людей нужно успокоить, дать им надежду на нормальную жизнь. Тогда со временем, все у нас в поселении наладится.

— Твои слова да Спящему Творцу в уши! — сказал Нубиец.

— Гамилькар! Неужели на данный момент никаких неприятностей с ссыльнопоселенцами нет? Не может такого быть!

— С поселенцами нет, а вот с каторжниками есть! — неожиданно, за Гамилькара ответил десятник.

— Продолжай! — заинтересовался я.

— Так вот, среди поселенцев имеются семь человек каторжников, в мятеже они не участвовали, под шумок грабили дома, главный у них мужик по имени — Кассиус, та еще тварь, не знаю, как они вели себя на кораблях, но здесь создают проблемы, пока небольшие, но во что это выльется в будущем, я не знаю.

— И чем же прославился Кассиус и его дружки?

— Заняли последний в ряду дом, остальных поселенцев из него выжили.

— А что же наша доблестная армия?

— Отлупили подонков прикладами, людей вернули назад.

— И что же каторжники?

— С виду затихли, начали действовать исподтишка, люди все равно сбежали от них в другие дома, осталось человек десять, запуганных до скотского состояния, их используют в качестве прислуги и объедают. Против Кассиуса, они свидетельствовать боятся.

— Ясно, есть что-то еще?

— На днях Кассиус решил разжиться женщинами, посылал своих дружков запугивать людей. Женщины пожаловались Кандиду, тот собрал мужчин и пошел брать дом банды штурмом. Драку мы предотвратили.

— Стоп! Почему люди жалуются какому-то Кандиду, а не солдатам? Кто он вообще такой?

— Кандид, кто-то вроде вожака мятежников, властью специально не пользуется, но если что не так, все сразу идут к нему, как он скажет, так и будет.

Десятник помялся и продолжил:

— Я тут с ним поговорил, умный мужчина, дельный, но уж больно он во всем справедливости жаждет, за что и страдает. Если кто и способен поднять в поселении бунт, то только он. Может стать для нас опасным врагом.

— Хорошо! Господа помощники, все ваши замечания и предложения признаны полезными и правильными. Прошу вас в дальнейшем сообщать мне информацию в полном объеме, — я выразительно глянул на Гамилькара, который умолчал о проблеме каторжников. — Завтра объявите поселенцам о том, что после обеда, будет общее собрание жителей поселка, о порядке проведения собрания сообщу вам завтра утром, мне необходимо все обдумать.

Глава 9

После завтрака, я подозвал к себе десятника и пригласил его к себе в избушку. Подождав пока он усядется за столом, я спросил:

— Скажи, что посоветуешь мне насчет Кандида и Кассиуса? Мне нужен совет решительного человека! Честно признаюсь, что боюсь наломать дров. Вчера, весь вечер размышлял над дальнейшей судьбой нашего поселения. Перспективы у нас весьма неплохие. Продовольствие, оружие, специалисты, все у нас есть или будет, чего не хватает, купим. Но люди, десятник! Люди! Они составляют тот самый неизвестный фактор, который может уничтожить все наши начинания в один момент! Представь, что Кандиду, этому поборнику справедливости, не понравиться какое-то наше решение, и он приведет вооруженную толпу под стены форта. Ведь это тебе придется стрелять по ним со стен из картечниц! Сколько надо убить людей, для того что бы Руис перестал существовать? Треть? Половину?! Да даже потеряв два десятка работоспособных мужчин, Руис выродится в захолустную деревеньку, которая не то, что торговать, едва прокормить себя сможет. Итак, будет продолжаться до тех пор, пока не подрастут дети.

— Кто даст гарантию, что уничтожив Кандида, явно или тайно, мы не вызовем тот самый бунт, которого так сильно опасаемся? А бандит Кассиус? Ведь он уже как жук-короед грызет Руис изнутри! Превращает людей в запуганные ничтожества! Да! Смерть этого подонка, ничего у людей кроме откровенной радости не вызовет. Но это не панацея! Из его людей выделится другой вожак, у этих крыс в людском обличии по-другому не бывает! Убить сразу всю банду не выход, мы опять возвращаемся к тому, что нам нужен каждый человек способный работать.

Помолчав минуту, десятник сказал:

— Такие проблемы с наскока не решить, я предлагаю снова собрать совет и хорошенько посоветоваться.

— С кем посоветоваться десятник?! С Гиарбом, который кроме охоты и девчонок ничем не интересуется? С Нубийцем, который до сих пор не может поверить, что он свободный человек и иногда смотрит на меня так, как будто ожидает удара плеткой? С Гамилькаром, который боится сказать начальству правду, надеясь, что проблема решится сама собой. Поэтому я спрашиваю тебя, десятник! Больше мне спросить совета не у кого!