Ватерлоо Шарпа - Бернард Корнуэлл

— Смотрите! Смотрите туда! — на стременах привстал Харпер, указывая на лесок справа. — Боже, благослови этих дармоедов! Отлично, парни! — Прямо в том лесочке, показались стрелки. Зеленые куртки. Лучшие из лучших, что было у британской армии. Начало прибывать британское подкрепление.

Но позади Шарпа и Харпера шли почуявшие победу французы, и между ними и перекрестком не было более никого.

Глава 8

Принц Оранский жизнерадостно, будто бы половина его войск и не сбежала с поля боя, приветствовал герцога Веллингтона.

— Мы удерживаем рощицы, — провозгласил он таким тоном, будто его победа уже была делом решенным.

Герцог, вернувшись из Линьи, где прусские войска ждали атаки французов, холодным взглядом смотрел на беглецов, стремившихся на север к Брюсселю, затем повернул лицо к возбужденному Принцу.

— Рощи? — вежливым, но ледяным тоном потребовал более подробного доклада Веллингтон.

— Они вон там, — Принц махнул рукой куда-то в сторону правого фланга, — это ведь там, да, Ребек?

Ребек сослался на Шарпа, который недавно был на правом фланге.

— Бригада Принца Бернарда отступила в лес, сэр. Они удерживают опушку.

Герцог резко кивнул, показывая, что принял информацию и проехал несколько шагов вперед, чтобы рассмотреть оставленные позиции. Бельгийские войска были вытеснены из всех ферм по фронту и, что было более ужасно, они даже не встали гарнизоном в Жемонкуре. Французская кавалерия, артиллерия и пехота уже приблизились к ручью, и вскорости они с силой ударят по перекрестку. Единственной хорошей новостью было то, что войска Принца Веймарского удерживали рощу справа, не позволяя французам укрыться за лесом, но это окажется бесполезным, если герцог не сможет выстроить новую оборонительную линию на дороге.

И «материалы» для этой линии обороны, наконец, прибыли. Стрелки, которых Шарп и Харпер видели, являлись авангардом дивизии сэра Томаса Пиктона. Остальная дивизия направлялась к перекрестку мимо остатков бежавших бельгийцев.

— Я обещал Блюхеру, что мы придем к нему на помощь, — приветствовал герцог сэра Пиктона, — но только если нас здесь не атакуют. — Откуда-то издалека выстрелила французская пушка и ядро, пролетев мимо герцога, врезалось в стену фермы на перекрестке. — Похоже, пруссакам придется драться без нашей помощи, — сухо сказал герцог, затем указал на поле слева от Катр-Бра. — Пусть ваши люди выстроятся в линию там, сэр Томас, а ваш правый фланг будет спереди перекрестка.

Генерал-лейтенант сэр Томас Пиктон, плотный раздражительный мужчина, воевавший еще в Испании, блеснул глазами.

— Я не стану подчиняться этому чертовому голландскому мальчишке!

— Вы будете получать приказы от меня, Пиктон, а не от его королевского высочества. В этом я с вами полностью согласен. Могу я прямо сейчас попросить вас начать исполнять приказы?

Пиктон, выглядевший как фермер в штатской одежде и с цилиндром на голове, кивнул. Его пехотинцы прошли через дезорганизованные голландские батальоны и заняли свое место к югу от дороги на Нивелль. Ближе всех к перекрестку расположился 92-й батальон, батальон шотландцев в килтах, чулках и в шляпах с черными плюмажами. Рядом с ними тоже стояли шотландцы, 42-й батальон или «Черные стражи», они носили черные плащи с красными перьями, а их офицеры щеголяли в шляпах с перьями стервятника и носили широкие палаши. По соседству стояли пехотинцы 44-го батальона, Восточного Эссекского, в красно-желтых мундирах. Все три батальона состояли из ветеранов, невосприимчивым к французским барабанам и всяким боевым возгласам, и это было понятно по дыму из их глиняных трубок, которые они курили в ожидании того, кто должен вскорости выйти из ржаного поля.

Французская артиллерия передвинулась из деревни Фрасне поближе к Жемонкуру. Канониры заканчивали менять прицел пушек, а пехота, взявшая центр позиций, оставалась в ржаном поле. Казалось, что французы совсем не торопились, может быть потому, что считали битву за Катр-Бра уже выигранной. В семи милях к востоку началось большое сражение, это стало понятно по звукам орудийных залпов, регулярно доносившихся до Катр-Бра. Император начал атаку на пруссаков.

Первые пушки британцев прибыли в Катр-Бра и начали разворачиваться на перекрестке. Почти сразу же артиллеристы попали под плотный мушкетный огонь французских стрелков, незаметно проползших вперед во ржи. Особенно густо французские вольтижеры скопились между дорогой и рощей, где упрямо продолжали сражаться войска Принца Веймарского. Шотландские батальоны послали свои легкие роты, чтобы оттеснить французов.

Шарп сам был стрелком и смотрел на сражение легких рот профессиональным взглядом. Работа стрелка была довольно простой. Оборонительные линии состояли из стоящих вплотную друг к другу людей, стреляющих смертельными залпами, и чтобы победить их, проредить шеренги, и были посланы стрелки как рой жалящих ос. И лучшим способом не дать стрелкам сделать это, было послать против них других стрелков, вот два роя ос и столкнулись между двумя линиями пехоты. В подобных перестрелках стрелков британцы привыкли выигрывать у французов, но сегодня, казалось, французы выставили гораздо больше стрелков, чем обычно. Шотландцы провели яркую атаку, но были остановлены слишком сильным огнем французских стрелков.

— Там этих ублюдков тысячи! — Харпер никогда не видел, чтобы французских стрелков было так много.

— Я думал, ты станешь держаться подальше от опасности? — Шарп повысил голос, перекрикивая звуки выстрелов.

— Так и есть.

— Тогда возвращайся назад!

Подошли еще французские стрелки, солдаты в линии дивизии Пиктона начали падать чаще, и сержанты начали свои проповеди:

— Сомкнуть строй! Сомкнуть строй! — легкие роты были беспомощны против толп вражеских стрелков. Дважды герцог посылал целый батальон против французских вольтижеров, но как только британцы доходили до места, вражеские стрелки отходили назад. От горячих пыжей французских пушек сухие колосья начали гореть. Пламя в светящем солнце было почти не видно, но дым от огней смешивался с пороховым дымом и клубами висел над ржаным полем.

До перекрестка добралась и кавалерия. Они подъехали со стороны нивельской дороги с веселым перезвоном цепочек на уздечках. Это были голландско-бельгийские и брауншвейгские[9] части. Одетыми в черные мундиры брауншвейгцами командовал их герцог и они сразу же пошли в атаку на ржаное поле к западу от дороги. Французские стрелки бежали от сабель всадников как мыши от кота, но затем конники подошли близко к французской пехотной бригаде, сосредоточившейся в поле за ручьем. Бригада выстроилась в каре и дала залп по немецким всадникам, так что кавалерия перемешалась, люди и кони падали, истекая кровью, поэтому они были вынуждены отступить. Некоторые поскакали в лес, остальные ретировались по полю к перекрестку. Сам герцог Браншвейгский был убит.