Будни зеркальщика - Кирилл Юрьевич Шарапов

еще на столе, так что у меня теперь есть неплохой шанс их вытащить. Вернее, Якову уже ничего не угрожает, покой, хорошее питание, вот и все лекарство. Много возни с Иваном предстоит, он, наверное, на недельку другую на койку загремит.

— Светана меня зовут, — вклинилась в речь лекаря ведьма.

Тот кивнул.

— Приятно познакомится, госпожа. Примите мою благодарность за вашу помощь. А теперь нужно торопиться. Жданов, потащили носилки. Подполковник Пряхин и капитан Лесин, вы понесете Якова. Все, быстрее, время дорого, смерть мы отогнали, но она ещё приглядывает за Селиверстовым.

Все засуетились, раненых сгрузили на носилки и потащили прочь из подземелья.

Радим же достал пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, прикурил, выпустив едкий дым в потолок.

— Радим, ответь мне на один вопрос, — подала голос Светана.

— Да, я вскрыл хранилище, которое ты тогда учуяла в моем доме, отсюда моя сила.

— Но как? — в голосе женщины прорезалось отчетливое недоумение. — Высшая руна, а ты середняк. Да никто из зеркальщиков на земле из тех, кого я знаю, не может создать ни одной, даже той, что на границе со средними.

— А я смог, — усмехнулся Вяземский, — только не скажу, как.

— Да и не надо, — отмахнулась Светана. — Лучше познакомься, моя дочь Тиана. Иди сюда, милая, поздоровайся с дядей Радимом, это благодаря ему я смогла тебя вернуть.

— Тут много народу в этом участвовало, — резонно заметил Вяземский. — Здравствуй, Тиана, — поприветствовал он с девочку.

Надо сказать, была она очень рослой для своих лет, чуть ниже матери. А Светана лишь сантиметров десять уступала Вяземскому, в котором был метр восемьдесят пять.

— Здравствуйте, — поздоровалась девочка. Потом дернула ведьму за руку. — Мам, пошли домой.

— Сейчас пойдем, милая, — улыбнулась Светана и погладила ту по серебристым волосам. — Радим, Тиана права, пора нам. Передай Сергею мою благодарность, я его должница.

Вяземский отмахнулся.

— Какие счеты? Он свою задачу решал, ты ребят на этом свете удержала, не дала умереть, помогла бой выиграть, это он тебе должен, и сильно. Так что, думаю, твоя доля из трофеев будет внушительной.

Светана на его речь улыбнулась и, кивнув, повела дочь к выходу. На пороге лазарета она обернулась и, посмотрев на Вяземского, совершенно серьезно произнесла:

— Дикий, вот тебе я точно должна, и не отпирайся. Приходи, когда захочешь, в любое время, с любой проблемой не откажу.

— Услышано, — легко согласился Радим и, поднявшись, пошел следом за ними.

Надо бы найти какую-нибудь рубашку и двигать к Старостину, задержался он, а ведь через час ему нужно забрать Ольгу с работы, посещение своего загородного дома он откладывать не собирался.

— Какой насыщенный день выдался, — натягивая чью-то рубаху, найденную в сундуке казармы стражей, произнес Вяземский. — Утром Галину спасал, затем рубился с ведьмами, потом в лазутчика играл, следом штурм зала, полного ведьм и их слуг. Вот как жить в таком вечном цейтноте?

— Как там парни? — первым делом поинтересовался Олег Державин.

— Вытащили мы их, — ответил Вяземский, прикуривая. — Если бы не Светана, зажмурились бы мужики. Она их до моего прихода удержала. Потом Лев Аронович явился, он-то и помог окончательно вытянуть Ивана.

Старостин, который стоял рядом, кивнул.

— Она честно заслужила долю от добычи.

— Верно, — поддержал Вяземский полковника. — А еще, Сергей Витальевич, вы ей крупно задолжали.

— Что есть, то есть, — согласился начальник отдела, — но это я с ней сам обсужу.

— Я не лезу, — отозвался Радим, — это ваши дела. Ну что, идем взламывать хранилище? И пойду я домой, у меня еще свидание и осмотр дома, который я купил, но был там всего один раз.

— Что, Дикий, круто изменилась твоя жизнь с того момента, как ты зеркальце-то подобрал? — поинтересовался майор.

— Ох, круто, — вздохнув, подтвердил Вяземский, — но жить стало гораздо интересней. Правда, теперь ежедневно шкурой рискую, и времени свободного совсем не осталось. Кстати, а где моя кольчуга?

— Вон там, у стенки лежит, вместе с тем, что по праву твое, мы все собрали в одно место. Еще с двух трупов первого яруса, но это барахло там осталось.

Они спустились по винтовой лестнице на нижний уровень и направились в сторону камер. Возле одной из них стоял Платов.

— Живы? — первым делом поинтересовался он у Радима.

— Вытащили общими усилиями, — ответил Вяземский. — Светана сильно помогла.

— Открывай, — распорядился Старостин Платову, — пора заканчивать нашу авантюру. Надо сказать, легко мы отделались, один погибший, два тяжелых. И это после штурма такого объекта.

— Не будь Радима и ведьмы, все бы тут остались, — прокомментировал результаты рейда Державин. — Нам теперь нужно людей искать, у меня всего два штурма остались.

— Без них бы вообще не потянули, — подал голос Платов, отпирая дверь и отступая в сторону. — Наверное, даже войти бы не смогли. Радим открой секрет, где ты столько силы взял? Ведь не было у тебя ее еще несколько месяцев назад, крепкий середняк.

— Может, и расскажу, — расплывчато ответил Вяземский, — но уж точно не сегодня. Но то, что нам с Сергеем Витальевичем нужно будет побеседовать, это факт.

Ардия валялась на каком-то тонком матрасе на полу, погруженная в сон. Выглядела ведьма плохо, очень плохо, соль сожгла той все лицо. Ее кое-как подлатали, но ничего путного сделать не успели. Она была похожа на Ивана, только никакой обугленности.

— Здорово ты ее, — прокомментировал Державин. — Эх, нам бы такой камушек, чтобы соль заряжал.

Радим на это ничего не ответил, а сам подумал, что если бы у него были амариилы, то он бы, наверное, смог нанести на них руны, теперь его сил хватит на активацию знака. Решив, что этот вопрос можно будет обсудить со Старостиным позже, Дикий склонился над ведьмой. Легко подняв ее на руки, он направился к выходу.

Добравшись до тупикового конца подземелья, он опустил тело на пол.

— Как входить будем? — поинтересовался Старостин. — Она должна сама открыть переход.

— Это не проблема, хорошо, что у меня еще хоть что-то осталось, хватит на проход.

Радим опустился возле ведьмы на одно колено и принялся чертить руну обезболивания. Эта была из простейших, действовала она примерно час, но человек даже с оторванными руками