Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

от падающей с небес влаги, но почти не защищал от холодного пронизывающего ветра. К тому времени, когда отряд добрался до постоялого двора, Дилль замёрз и окоченел, а потому с великим трудом расседлал свою лошадь, задал ей корм, и поспешил в дом в надежде занять место потеплее. К его великому сожалению около большого каменного очага всё уже было занято, а потому Диллю пришлось довольствоваться местом в углу. Гунвальд и Герон присоединились к нему чуть позже. Как выяснилось, они хотели заказать горячего вина с пряностями, но были вынуждены отказаться – это не входило в оплаченный королевским казначейством скудный ужин, а хозяин постоялого двора заломил цену в серебряный окс за кружку. Маг, который в прошлые дни категорически запрещал драконоборцам употреблять спиртное (Дилль даже подозревал почему), сегодня отнёсся к алкогольной инициативе снисходительно и разрешил приобрести согревающего тем, у кого деньги есть.

Поскольку свои последние гроши друзья оставили в Тирогисе, им пришлось довольствоваться ужином, оплаченным магом от щедрот королевской казны. Отсутствию вина больше всех опечалился каршарец – Гунвальд без аппетита прикончил свою порцию и первым отправился спать. Дилль и Герон пошли вслед за ним, а по пути монах сказал, что во всём нужно находить хорошее: они могут выбрать самую удобную комнату, пока остальные сидят в общем зале. Хмурый варвар буркнул "чего тут выбирать" и толкнул первую попавшуюся дверь. Раздался хруст, словно внутри что-то сломалось, чему Дилль нисколько не удивился – каршарец зачастую не соизмерял свою силу.

– Оп-па, это мы удачно зашли, – физиономия Гунвальда расплылась в широкой улыбке. – Красавица, не хочешь ли испытать настоящих мужских объятий? Если что, я себя имею в виду.

Дилль и Герон с любопытством выглянули из-за спины варвара – в комнате стояла высокая темноволосая девушка. Походный костюм ничуть не скрывал её женственности, зато вид обнажённого меча, выставленного в их сторону, навевал устойчивые мысли, что девушка явно не желает испытывать мужские объятия. Во всяком случае, в данный момент. Впрочем, Гунвальда это ничуть не смутило.

– Дорогуша, убери-ка меч, и я…

– Учтите, свою свободу я дорого продам! – воскликнула девушка, взмахнув мечом. Меч свистнул, рассекая воздух, и Дилль поймал себя на мысли, что девушка с этим оружием обращается куда лучше его самого.

– Погоди, Гунвальд, – он протиснулся между каршарцем и дверным косяком. – Простите моего неотёсанного друга, милая незнакомка, мы ни в коем случае не хотели вторгаться в вашу комнату. Просто мы искали свободный номер…

– Вы с драконоборцами или сами по себе? – прервала его девушка.

Голос её был слегка хрипловатым, что, впрочем, даже нравилось Диллю.

– Мы и есть драконоборцы, – Дилль куртуазно поклонился. – Позвольте представить моих друзей: Гунвальд, сын Ольола, могучий северный воитель, непобедимый в рукопашной схватке и не ведающий страха. Герон – монах церкви Единого, гроза всяческой нечисти, владеющий топором как тот, кто изобрёл это оружие. И ваш покорный слуга, Диллитон Тригородский, драконоборец в третьем поколении, сразивший уже более десятка драконов.

Гунвальд явно хотел возмутиться столь наглым враньём насчёт десятка драконов и даже открыл рот, чтобы высказать рыжему обманщику всё, что он о нём думает, но девушка, нетерпеливо взмахнув мечом, произнесла:

– Да заходите же быстрее и закройте за собой дверь, пока ваш маг сюда не нагрянул.

Уловив в её голосе тревожные нотки, друзья послушно вошли внутрь и плотно затворили за собой дверь. Дилль осмотрел засов, вывороченный из косяка "с мясом" и покачал головой – а ведь Гунвальд даже не напрягался и всего лишь легонько толкнул дверь.

– Сломал засов – теперь сам сторожи, – хмыкнул Герон. Каршарец вздохнул и опёрся спиной о дверь.

– Значит, вы тоже из числа самоубийц? – переспросила незнакомка, убедившись, что каршарец своим могучим телом прикрывает вход.

– Разве мы похожи на самоубийц? – возмутился Дилль.

– Похожи, похожи, – проворчала девушка, опуская остриё меча до уровня пояса. – Я-то знаю – сама была в первом отряде. И больше не хочу попасть в драконоборцы. Надеюсь, вы не сдадите меня своему магу?

– Ты хочешь сказать, что воевала против неонинского дракона? – изумился Дилль – в его голове хрупкая девушка никак не увязывалась с огромной огнедышащей ящерицей.

– Как же ты уцелела? – спросил Герон.

– А он вправду из Великих? – это от двери подал голос каршарец.

Незнакомка вздохнула:

– Вы так и не ответили, скажете обо мне магу или нет.

Все трое принялись уверять девушку, что даже под пытками не скажут Эрстану о её присутствии в гостинице.

– А ему и не надо вас пытать, – усмехнулась она. – Вашему магу достаточно пожелать, и вы всё сами расскажете. Ну, да ладно, надеюсь, до отбоя он вас ни о чём не спросит, а ночью я уеду отсюда.

Девушка ловко спрятала меч в ножны (Дилль лишний раз убедился, что она не впервые держит оружие в руках), села на кровать и представилась:

– Меня зовут Тернлис Мироана, что на беатийском означает Тернлис Кровавая. Обычно кровопускание я делаю с помощью меча, но при близком знакомстве могу пустить в ход и нож.

Диллю что-то совсем расхотелось знакомиться поближе с этой симпатичной, фигуристой, но опасной девушкой. Герону, судя по его вытянувшейся физиономии – тоже. А вот каршарцу, кажется, было наплевать на прозвища – он откровенно пялился на неё, несомненно мысленно раздевая её и проделывая с ней всяческие любопытные вещи. Тернлис, заметив его похотливый взгляд, вновь вынула меч и демонстративно положила себе на колени.

– Я была в первом отряде драконоборцев. Похоже, в живых из всего отряда остались только несколько дезертиров – те, кто сбежал ещё до подступов к Неонину, да я.

– А ты, значит, не сбежала? – уточнил Герон.

– Да, у меня ума не хватило ещё по пути бросить это дурацкое занятие. Но уж больно хороша была обещанная награда. Я и ещё шестеро моих друзей, кто зарабатывал на жизнь наёмничеством, едва прослышав о вознаграждении за уничтожение дракона, не сговариваясь, подались в драконоборцы. А что, разве плохо получить кучу денег и возможность поселиться в столице Ситгара? Какому наёмнику и когда выпадал такой удачный шанс?

– Рисборну Криворукому выпадал, – сказал Гунвальд. – Он был вождём хирда и как-то захватил небольшой городишко на южной границе Каршара с Ирифом. Он там навёл такой порядок, что жители соседних городов сами попросили Рисборна принять их под его