Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

днях поделился с ним слухами, которыми переполнился королевский дворец: дескать, амулеты подчинения, подаренные королевской власти магической Академией – это происки последователей некромагов. Юловар разгневался и выгнал прокуратора, даже не став слушать еженедельный доклад, но по здравом размышлении был вынужден признать, что действие амулетов сходно с воздействием некромагических жезлов. Во всяком случае, как оно описывалось в хрониках. Разве что амулеты действовали намного слабее и, самое главное, не лишали жертву души, как это делали некромаги.

Юловар побродил по огромному залу, задумчиво теребя чёрную бородку. Возможно, у этих амулетов самая что ни на есть некромаговская сущность, просто всё дело в неопытности создавшего их. Или в недостатке магических сил… Король вспомнил, как первый маг принёс ему эти амулеты и убедил применить их для подчинения драконоборцев. Надо сказать, амулеты показали себя с наилучшей стороны – управлять людьми стало настолько просто, что не требовалось даже охраны для отъявленных головорезов, которых ссылали в отряды драконоборцев. Да и остальные, кому на время вручали такой амулет, выполняли любые приказы с куда большим рвением, чем это делали раньше.

Король устало потёр переносицу. Амулеты таят в себе опасность, на первый взгляд невидимую – уже сейчас, после их использования всего лишь в течение нескольких месяцев, многие привыкли повелевать подчинёнными при помощи этих замагиченных штучек. Пройдёт год или два, и никто уже не сможет отказаться от этих амулетов, и сам Юловар в первую очередь – ведь так приятно и удобно контролировать всех и вся. Вот оно сходство: заклинания некромагов давали безусловную власть над людьми, как и амулеты позволяли испытывать нечто похожее, разве что в меньших масштабах.

Амулеты принёс Адельядо; за всё в Академии отвечает он, и без его ведома там ничего случиться не может. Опять же, первый маг откуда-то узнал о гномьем огненном отряде, которому вполне по силам разнести в клочья дракона. И, может быть, его слова о шпионе Хивашского каганата в академии – правда, потому что он и есть тот самый шпион. Неужели прокуратор Крюэль был прав, когда обвинил Адельядо в предательстве?

*****

В первый день пути Дилль так отбил свой тощий зад о седло, что к моменту прибытия на почтовый ям в Молчальном, едва смог слезть с коня. А когда слез, застыл, как старый дед, которого прихватил ревматизм – ноги Дилля одеревенели, а спина не разгибалась. Гунвальд вообще просто вывалился из седла, и теперь лежал на земле, ругаясь и пытаясь встать на непослушные ноги. К тому времени, когда Дилль и Гунвальд смогли передвигаться, Герон уже успел расседлать своего коня. Он посмотрел на друзей, проворчал что-то нелестное о потомственных горожанах и пеших варварах, и принялся рассёдлывать их лошадей.

Дилль, чувствуя себя деревяшкой, зашагал к дому, за ним походкой зомби поплёлся Гунвальд. Внутри драконоборцы уже искали себе место для ночлега, ругались из-за тощих тряпичных матрасов и каждый желал устроиться поближе к печке. Эрстан, видимо привычный к подобной ситуации, отправил десять человек занимать места на втором этаже, остальным велел построиться, после чего начал командовать:

– Так, первый, берёшь матрас, ляжешь у стены. Второй – твоё место рядом. Теперь третий…

Вскоре весь отряд драконоборцев был распределён. Дилль и Гунвальд, а также Герон, пришедший самым последним, оказались практически у входа. Дилль поёжился – из щели под дверью несло холодом.

– Я утром не встану. Замерзну. Гунвальд, ты меня понесешь.

– Не понесу – я сам превращусь в хладный труп, – проворчал каршарец.

– Слушайте, а зачем мы будем мучиться на жёстких матрасах на полу, если в конюшне полно мягкого сена? – спросил Герон. – И там теплее. Правда, там лошадками пахнет, но здесь, думаю, к утру будет пахнуть гораздо сильнее и неприятнее, чем на конюшне.

Поглядев на Йуру, снимавшего портянки далеко не первой свежести, Дилль согласился с Героном. Наскоро перекусив, друзья отправились на конюшню. Дилль счёл нужным предупредить Эрстана – "вдруг маг решит, что мы сбежали и какое-нибудь зловредное заклинание наложит". Вообще-то Дилль хотел поговорить с Эрстаном о своих подозрениях насчёт амулетов и некромагии, но сил после тяжёлого перехода у него совсем не осталось.

– Завтра поговорю, – буркнул он, рухнул в кучу душистого сена и моментально уснул.

Однако и на следующий день Диллю не удалось поговорить с Эрстаном. Для разговоров по пути он был слишком занят тем, как поудобнее расположиться в седле, чтобы не травмировать свою не привычную к подобным путешествиям пятую точку. А вечером, на очередной ночёвке, Диллю опять было не до разговоров с магом.

Дело в том, что ночевать драконоборцам в этот раз пришлось на постоялом дворе, стоявшем на перекрёстке дорог. Несомненно, хозяин постоялого двора привык к большому количеству путешественников – у него кроме огромного огороженного высоким забором двора был добротный дом с большим количеством спален, а также несколько хозяйственных пристроек, в которых при необходимости можно было разместить пару десятков человек. Как сказал хозяин, у него часто останавливаются путешественники и торговые караваны, вот обслуга караванов и ночует в этих пристройках. Дилль подумал, что место для ночлега здесь очень удобное, видимо, поэтому тот, кто планировал маршрут отряда драконоборцев, и назначил здесь остановку.

Как оказалось, драконоборцы были не единственными постояльцами – во время ужина, когда весь отряд сидел в просторном обеденном зале, со второго этажа спустилась хорошо одетая дама в сопровождении служанки. При виде женщин из-за столов послышались приветственные возгласы, свист и улюлюканье – впрочем, оживление быстро смолкло, когда маг поднялся и многозначительно потрогал амулет, висевший у него на груди. Драконоборцы уткнулись в свои миски, демонстративно перестав обращать внимание на незнакомок. Впрочем, не все – Гунвальд просто пожирал глазами даму. Дилль пихнул локтём каршарца и многозначительно показал взглядом на мага, но варвар только отмахнулся. Состроив недовольную физиономию, дама проследовала к дальнему столу, служанка получив какие-то указания от неё, тут же удалилась. К столу поспешно подбежал хозяин двора и принялся извиняться:

– Простите, госпожа баронесса, за временные неудобства. Сам бы я ни за что не пустил сюда такую ораву, но что поделать – это приказ королевского прокуратора. Что? Нет, не волнуйтесь, эти люди, хоть и выглядят странно, но на самом деле они никакие не разбойники, а драконоборцы. Вон и господин маг из королевской Академии их сопровождает. Да, да, едут освобождать Неонин от зловредного чудовища.

Дама уже более благосклонно оглядела собравшихся, задержала взгляд на Гунвальде, не спускавшем с неё горящих глаз, и заказала лёгкий ужин и хорошего