Бей первая - Юля Артеева

внезапного приступа смеха. И говорю в темноту, вспоминая дурацкую песню, которую сегодня включали раз сто:

– Кис-кис, кис-кис.

– Я котик, ты котик, – продолжает Бус с матраса.

– А твои поцелуи, – это уже Тоха.

– Почти как легкий наркотик, – финалит Белый.

– А если я дальше не помню?! Я, получается, в перекличке не участвую? – возмущенно шепчет Кир, и мы смеемся так, что у меня мышцы сводит.

– Мы завтра подучим с тобой, Гильдия, не паникуй, – говорит Тим.

А я, уже засыпая, чувствую, как Кир целует меня в лоб. Если бы это был последний день в моей жизни, я бы хотела прожить его именно так.

Глава 27

Утром просыпаюсь раньше всех. Разгильдеев обнимает меня, придавив к дивану тяжелой рукой. Сопит так умильно, что долгие минуты я просто наблюдаю за тем, как он дышит, опасаясь дышать самой. Потом максимально аккуратно выскальзываю из его захвата и встаю с постели. Трачу еще секунд десять, любуясь адской четверкой. Без брони в виде шуток, подростковой агрессии и высокомерных взглядов они выглядят очень уязвимыми. Как дети. Трогательные. Чистые. Разметавшиеся в простынях и подушках. Смаргиваю и на цыпочках иду в ванную.

Умываюсь, собираю волосы в пучок. Выбившиеся короткие пряди подкручиваю мокрыми пальцами. Полощу рот с зубной пастой. Хмыкаю – наверное, в этом даже что-то есть. Какой-то колорит молодежных тусовок.

Изучаю себя в зеркале. Без косметики я выгляжу моложе, почти ребенком. И чувствую себя как-то по-особенному ранимой. Подавляю желание пошариться по шкафчикам в поисках хотя бы туши. Я и так уже скинула с себя все доспехи в отношении этих четверых. Какая уже теперь разница, накрашена я или нет.

Крадусь на кухню и прикрываю за собой дверь. Ставлю чайник, изучаю содержимое холодильника. Достаю яйца, колбасу, помидоры. Отыскиваю большую сковороду и готовлю огромную яичницу. Машинально одергиваю короткие шорты. Они похожи на те, в которых занимаются тайским боксом. Интересно, Бус хотел подобрать мне что-то по размеру или правда просто всучил максимально короткую вещь из своего гардероба? И кого хотел порадовать – всех четверых или Кира?

Никто меня не видит, но от этих глупых мыслей я тут же заливаюсь краской. Вчера в дурмане вечеринки он много меня обнимал, и это казалось правильным. А сегодня, когда за окном серое октябрьское утро, я уже ни в чем не уверена. Может, он вообще был пьян? Хотя я этого не заметила. А я, поверьте, умею определять степень опьянения. Как заправская ищейка, отслеживаю запахи, изменения в голосе, в чертах лица. Мне самой это отвратительно, но все же предпочитаю думать об этом, как о своей сверхспособности. Супермен летает, Халк невероятно сильный, а Милана Кицаева умеет выкупать, пил человек или нет. Не так уж плохо, а?

Яичница шкворчит, чайник закипает, вся кухня дышит утренним уютом. Впервые по-настоящему внимательным взглядом окидываю помещение. Очень скромно. Очень чисто. Как-то по-домашнему. Наверное, у Тима хорошая семья. Хотя – как я могу судить по одной кухне? Я – намного больше, чем мои шрамы на спине. А Бус – намного больше, чем эта кухня.

Чутко улавливаю за дверью шаги и надеюсь, что это Кир, конечно. Но в кухню заходит Малой, сонно щурится и ерошит кудрявые волосы.

Смешно принюхивается:

– Ты что, завтрак готовишь?

– Ну да. Доброе утро.

– Доброе. Лана, ты просто топ. Там готово уже? Может, пацанов разбудить?

– Подожди, – вдруг выпаливаю я.

– А?

– Антон…

– О боже, ну зачем полным именем, сразу хочется сбежать.

Я сбиваюсь и смеюсь. Он тоже.

– Ладно. Малой. Тох, как тебе, блин, комфортно. Просто хотела узнать, между нами все в порядке?

– А почему не должно быть? – он изображает непонимание, но я чувствую фальшь.

– Слушай, я не хочу душить тебя разговором. Просто у меня никогда не было друзей, – вдруг выдаю то, что не собиралась, – и мне важно, чтобы в наших отношениях все было нормально.

Тогда кукленок улыбается. Снова проводит по кудрям ладонью:

– Честное слово, все в порядке. Был сложный момент, мы его обсудили и больше к этому не возвращаемся.

– Никаких обид?

– Никаких. Ты классная, и я счастлив дружить с тобой.

– Хорошо, – я киваю, сцепляя перед собой пальцы.

Тоха тоже кивает, выходит из кухни, но потом возвращается, двигаясь спиной вперед:

– И если у кого-то из моих друзей будут с тобой более близкие отношения, я тоже буду счастлив. Поняла, Мальвина?

– Поняла.

– Кайф. Я пойду будить пацанов, приму удар на себя. Доставай тарелки, надо будет задобрить их готовым завтраком.

Я начинаю бездумно метаться по кухне, прокручивая в голове наш диалог. Трогаю чайник, не могу понять, нужно ли кипятить его снова. Нахожу чай, но не вижу кофе. А если кто-то захочет кофе? Мне самой лучше воздержаться, сердце и так шарашит на максималках.

Заставляю себя успокоиться. Как всегда, давлю эмоции вниз и внутрь. Складываю.

Когда на кухню заходит Бус, у меня почти все готово. Он протягивает мне зубную щетку. Розовую.

– Что это?

– Мама в стоматологии подрабатывает, вечно тащит оттуда всякую ерунду. Ну, не ворует, конечно, – он смущается, – ей отдают. Короче, у пацанов уже есть свои щетки тут, а эта давно лежит.

Я медленно протягиваю руку. И продолжаю изучать зубную щетку, даже когда Тимур выходит из кухни. Одержимо собираю подтверждения, что они правда меня признали, что относятся искренне. И вот у меня в руке – самый весомый аргумент. У меня и правда есть друзья. Целых четыре, и они все потрясающие.

Иду в ванную и снова теряю дар речи. На полочке стоит чей-то телефон, где включен мультик. В нем кролик обстоятельно и просто объясняет, как надо чистить зубы. Адская четверка внимает ему с удивительным вниманием.

– О, малая, – неразборчиво говорит Белый, – присоединяйся.

И впятером мы чистим зубы под идиотский мультик, то и дело хохочем, отчего на стекло разлетаются брызги зубной пасты.

Заканчиваю раньше всех и под вопли: «Кролик будет тобой недоволен!» бегу на кухню. Там раскладываю еду по тарелкам.

– Ого, – говорит Кир, когда заходит.

У него с подбородка капает вода на голую грудь. Что, нельзя было одеться? Он ведь уже умылся.

Старательно отвожу от него взгляд и снова трогаю чайник, обжигая руку.

– Кому чай, кому кофе?

Принимая заказы, занимаюсь кружками. Лишь бы не смотреть туда, куда не нужно. Нормально вообще, что у одиннадцатиклассника такое тело? Он что, ходит к репетитору не по физике, а по фитнес-бикини?!

Когда все готово, сажусь на подоконник, только бы держаться подальше от того, что может сдетонировать. Парни едят,