Бей первая - Юля Артеева

– Ой, я не знаю. А кто будет?

– Мы втроем. Я и две девочки, – называю имена одноклассниц, с которыми, правда, особо не общаюсь, – Марина и Лида.

– А из взрослых будет кто?

– Родители Марины уезжают, но дома будет ее бабушка, – меня уже несет.

Мама вытягивает губы трубочкой. Думает. Я начинаю паниковать. Отец еще не успел докурить? Нет же?

– Ладно. Хорошо, иди.

– Спасибо! – мне почти хочется ее обнять. – Только ты папе не говори, ладно? Не скажешь?

– Милаш, ну как же я ему не скажу?

Как, блин. Вот так! Мне хочется закричать, но я сдерживаюсь, блокирую злость, представляю, как руками утрамбовываю ее глубже в свое тело.

– Он даже не заметит, что меня нет. Просто не говори. Пожалуйста.

– Ладно. Но если спросит, – она звякает горлышком о рюмку, – я скажу. Что тут такого? Просто девичник.

Я киваю. О большем и мечтать не стоило.

Входная дверь открывается, а я буквально отпрыгиваю к раковине. Наливаю в стакан воду и почти успеваю проскользнуть мимо отца.

– Лана! – окликает он, и вода из кружки выплескивается на пол в коридоре.

– Да?

– Зарплату перевели?

– Да, – отвечаю через силу, – но мне еще не пришла.

– Знаешь, что нужно делать?

– Конечно, – смиренно киваю. И наконец сбегаю.

Уже в комнате перевожу дыхание. Беру телефон.

Разгильдеев Кирилл

Ты где?

Разгильдеев Кирилл

Уже уснула?

Кицаева Милана

Нет, просто ходила на кухню за водой.

И это чистая правда.

Глава 25

На пятом этаже старой девятиэтажки Буса я останавливаюсь, чтобы отдышаться. Слишком быстро шла, а по лестнице и вовсе взлетела. Прислоняюсь к стене и достаю из рюкзака зеркальце. Пальцами поправляю подведенные черным глаза. Подкрашиваю губы голубым блеском. Локоны лежат как надо, но я все равно взбиваю их у корней. Касаюсь колец с подвесками в волосах. Порядок.

Почему я так нервничаю? Потому что последний раз на день рождения меня приглашали в восьмом классе.

Ладно, поехали. Нажимаю на звонок.

– Мальвина пришла! – кричит Тимур, распахивая дверь.

Из глубины квартиры громко играет музыка. На кухне кто-то гремит стаканами. Сразу наступаю в кучу обуви в коридоре. Так вот они какие, подростковые вечеринки?

– Малая, привет!

– Вау, Лана, классно выглядишь.

– Врубайте Скриптонита, пацаны, Мальвина нам сейчас зачитает.

Несколько растерянно, но я смеюсь. Адская четверка, очевидно, на кураже. Снимают с меня куртку, крутятся рядом, Бус присаживается на пол и начинает развязывать шнурки у меня на ботинках.

– Вот это сервис! – говорю, моментально загораясь их весельем.

Даже Кир не такой угрюмый, как обычно. Подает мне руку, помогая скинуть обувь. На телефоне включает Скриптонита и делает громче. Впятером мы устраиваем какие-то дикие пляски прямо там, в коридоре. Качаем, кривляемся, понижая голос, пропеваем хором:

– Ты это серьезно? Да я поугорал. На улице грязно, но тебя не замарало.

Малой за руку тянет меня в квартиру:

– Что будешь пить?

– Я не пью.

Он закатывает глаза:

– Да я знаю. Любая безалкогольная жидкость, Мальвина. Чай, вода. Мы купили тебе лимонад. Будешь?

А у меня пережимает горло. Глаза слезятся. Купили лимонад. Для меня. Очень глупо, но я почти готова разрыдаться. Киваю и быстро отворачиваюсь, делаю вид, что оглядываюсь.

Тоха достает из холодильника стеклянную бутылку, открывает и сует мне в руки.

– Поможешь? – говорит Белый и подает мне глубокие миски.

– Да, что нужно?

– Да просто чипсы разложить.

В дверь звонят.

– Гости! – воодушевленно орет Бус, и парни подрываются к выходу.

А я радуюсь, что могу себя чем-то занять. Потому что следующий час в дверь звонят просто беспрестанно. Приходят наши одноклассники, какие-то знакомые ребят по стритболу. Небольшая квартирка Тимура трещит по швам. Но атмосфера мне нравится. Играет музыка, раздаются взрывы хохота, звенят бутылки. Это странно, но алкоголь меня не триггерит. Меня вообще ничего не напрягает, даже Дунаева с приспешницей. Просто держусь от нее подальше, да и все. Хотя она то и дело бросает на меня многозначительные взгляды. Я игнорирую, потягивая свой лимонад. Кто-то из мушкетеров все время рядом со мной. Как правило, даже все четверо. Могут отойти ненадолго, но потом нас будто магнитом притягивает друг к другу. И я чувствую себя невероятно комфортно в этом хаосе.

– Все в порядке? – спрашивает Разгильдеев, наклоняясь ко мне.

– Да. Тут весело.

– Это только начало.

– Дальше будет хуже? – я смеюсь.

Он пожимает плечами и отпивает пиво из запотевшей бутылки:

– Посмотрим.

– Подержишь? – я отдаю ему свой лимонад и оглядываюсь. – Туалет там?

– Да, первая дверь направо.

К счастью, там свободно. Учитывая количество человек на квадратный метр, это даже удивительно. Санузел совмещенный, так что я заодно проверяю макияж, мокрыми пальцами чуть подкручиваю растрепавшиеся локоны. Смотрю на себя в зеркало. Вид шальной и счастливый. Я и чувствую себя так же. Напоследок еще кручусь, оценивая свой лук. Широкие джинсы с завышенной талией и черный кроп-топ с длинным рукавом. Хорошо, что не стала надевать юбку. Так я чувствую себя гораздо комфортнее, а выгляжу все равно… сексуально?

В дверь кто-то застенчиво скребется, и женский голос пищит в щель:

– Извините, но мне очень надо!

Поспешно открываю дверь и сталкиваюсь с Мариной. С той, у которой как будто бы ночую.

– Ой, привет.

– Привет, Милана! – она улыбается. – Сори, мне невтерпеж.

И она ужом проскакивает мимо меня. А я еще в зеркало себя рассматривала! Посмеиваясь, возвращаюсь в комнату и забираю у Кира свой лимонад.

И когда я уже решаю, что это лучшая вечеринка в мире, музыка стихает, и раздается щебечущий, обманчиво доброжелательный и сладкий голос:

– А давайте в «Правда или действие»?

Дунаева, будь она неладна.

Народ вокруг реагирует воодушевленно. Одобрительно гудят, смеются. Кристина подкручивает звук на колонке, музыка снова играет, но уже фоном. Она же своей фирменной походкой от бедра движется в центр комнаты:

– Правила все знают? Отвечаем честно, действия выполняем беспрекословно. А чтобы было интереснее, тот, кто откажется, покидает тусовку. Без исключений. Очередность не строгая, сыграем по принципу «бутылочки», но оппонента выбираем сами.

– Оппонента? – бормочу Кириллу в плечо. – Откуда она такие слова знает?

Он прыскает от смеха и зажимает рот рукой.

Кристина удостаивает меня странным взглядом. Готовит какую-то подлость, к гадалке не ходи. Но пока меня все это только смешит. Неужели и правда собралась задеть меня с помощью дурацкой игры?

– Я начну, – воркует Дунаева и указывает пальчиком на Разгильдеева, – правда или действие?

– Действие, – лениво тянет он.

Она выглядит расстроенной, как будто ожидала чего-то другого. Поджимает губы:

– Хорошо. Проколи ухо.

– Что? – вырывается у Белого. – Что за бред?

Кристина