Замуж за криминального авторитета - Ольга Джокер

талию. Это лучшая реакция на мой необдуманный жест. Возвращаю взгляд в толпу, но брюнетку уже не вижу.

- Я отойду на минутку, - шепчу Давиду, когда празднование находится в самом разгаре.

Цокая каблуками, выбираюсь из шатра и оглядываюсь вокруг.

- Где здесь можно найти дамскую комнату? - спрашиваю у проходящего мимо официанта и, услышав ответ, следую в указанном направлении.

Мне приходится пройти по деревянному мосту через маленький пруд. Затем я сворачиваю налево и утыкаюсь в небольшую кирпичную постройку, именуемую уборной. Внутри стерильно и чисто, пахнет моющими средствами.

Тщательно намыливаю руки, смываю густую пену, затем осторожно промакиваю лицо. Косметика оказалась стойкой – по прошествии двух часов, проведенных на улице, макияж не потёк, а алая помада до сих пор не стёрлась.

Вернувшись к месту празднования осматриваю гостей и пытаюсь найти среди них Давида. Сердце буквально выпрыгивает из груди, когда я замечаю его в компании брюнетки! Надо же какая хитрая - как только я ушла, она не теряла возможности...

Меня будто ведром ледяной воды окатили… Дыхание сбивается, слёзы подкатывают глазам… Почему она? Любая, но только не эта… Наверное, где-то на интуитивном уровне я чувствую, что её и Юсупова связывало что-то большее, чем просто рабочие моменты. Я вижу в ней конкурентку. Интересно, Ольга Ивановна намекала на неё?

- Шампанского? – спрашивает официант.

- Спасибо, - беру ледяной бокал в руку и стою на месте не в силах пошевелиться.

Теперь ощущаю себя в теле брюнетки – наверняка так же гадко и дурно, чувствуя, как давит виски от увиденного. Она что-то говорит Давиду, кажется немного истерично и повышая голос. Он невозмутимо качает головой и совершенно не смотрит на девушку.

- Потанцуем? – рядом со мной останавливается молодой мужчина.

У него светлые волосы, он чуть младше Юсупова и ниже его ростом. И вообще какой-то непримечательный по сравнению с мужем, но я цепляюсь в него словно в спасательную соломинку.

- Давайте, - киваю ему.

Ставлю бокал на стол и протягиваю свою руку. Только сейчас начинаю слышать музыку, словно выбираюсь из-под воды на поверхность. Звучит Лара Фабиан, моя любимая.

Я на секунду закрываю глаза, пытаясь справиться с неприятной дрожью, когда влажная ладонь блондина опускается на мою поясницу. С Давидом у меня по-другому. От его касаний хочется взлетать до небес и парить над землей…

- Вы работаете в «Трансуголь»?

- Я? Нет, я пришла сюда с мужем, - отвечаю мужчине.

В этот момент как раз поворачиваюсь к Юсупову лицом и вижу, что он до сих пор стоит рядом с брюнеткой, только теперь смотрит в нашу сторону и прожигает меня своими карими глазами. Кровь усиленно разгоняется по венам, блондин что-то говорит мне, но я его не слышу. Вижу только, что брюнетка тоже замечает меня. Неприятно усмехается, поворачивается к Давиду и кивает на танцпол.

Не знаю, что движет мною больше: алкоголь или ревность, но я срываюсь с места и бегу. Выбравшись из шатра, оглядываюсь вокруг. На улице уже темно и только фонари освещают каменные дорожки на территории комплекса. Слёзы стекают по лицу и шее, обида на саму себя и собственную глупость душит и лишает воздуха.

Быстро перебирая ногами, иду вперед. Представляю как Давид сейчас обнимает брюнетку и кружит её в танце, отчего завожусь пуще прежнего. Спотыкаюсь о мелкие камешки, чертыхаюсь и вновь иду. Куда? Не знаю… Лишь бы не видеть всего этого.

- Далеко собралась?! – слышу за спиной строгий голос Юсупова.

Останавливаюсь. Не дышу. Неужели, всё это время он шёл за мной, а не танцевал в зале? Мгновенно вытираю слёзы, чтобы Давид их не видел, медленно поворачиваюсь к нему и хочу что-то сказать в своё оправдание.

- Это что, блядь, за детские выходки, Катя? – он вдруг подходит вплотную, хватает меня за локоть и пригвождает к стене, отчего слова, которые я придумала в своей голове, моментально испаряются.

Глава 30.

***

Карие глаза Давида становятся чёрными и, кажется, прожигают во мне дыру. Я никогда не видела его настолько взвинченным, разве что тогда в лесу, когда пыталась сбежать.

- Скажи мне правду, - пытаюсь высвободить руку, но тщетно. Он крепко удерживает меня. – У тебя были отношения с той брюнеткой?

- Считаешь, я должен перед тобой отчитываться? – удивленно вскидывает брови Юсупов.

Знаю, что выгляжу жалко, но слова Ольги Ивановны и присутствие конкурентки выбили меня из колеи. Не могу больше держать лицо и делать вид, что со мной всё нормально. Я тяжело переживаю всё, что связано с мужем.

- Не считаю, Давид.

- У нас был с тобой уговор, - напоминает хрипловатым голосом глядя мне в глаза.

- Я помню. Наши отношения лишь для отвода глаз. Не навсегда.

- Умница, - произносит Юсупов, всё ещё прижимая меня к стене. - Тогда что не так, Катя? Почему ты убежала с торжества со слезами?

Он разговаривает со мной, словно с умалишенной. Медленно и неторопливо, но я вижу, что он сердится и тон его голоса становится значительно выше, чем обычно.

- Ты был прав, я маленькая глупая девочка. Не справилась с собой…

Делаю глубокий вдох, опускаю глаза в пол.

Рядом с Юсуповым должна быть женщина его возраста, а не я. Спокойная, выдержанная, умеющая держать лицо даже в самых сложных ситуациях. Признаю это, хотя сердце рвётся на части при одной только мысли об этом.

- Нужно было не заходить так далеко, если не готова, - произносит Давид. - Я тебя заранее обо всём предупредил.

Неожиданно он послабляет хватку и отпускает мою руку. Я свободна, я этого хотела, но вместо того, чтобы отойти от разъяренного мужа, кладу руку ему на плечо, ощущая сильные перекатывающиеся мышцы под рубашкой.

- Наверное, сам виноват, - вдруг снижает голос Давид. – С тобой было сложно сдержаться, Катя.

Усмехаюсь сквозь слёзы, потому что Юсупов впервые признается в подобных вещах… Встаю на носочки,