Невеста по контракту, или Избранница герцога - Мила Синичкина

Понятия не имею как, но Артуру сегодня удалось воссоздать одно из моих самых дорогих воспоминаний юности. Тот парень с яблоком мне помог, поддержал, вселил уверенность. Да много чего на самом деле. Хотя не сказать, что он делал что-то особенное, нет, совсем нет. Просто оказался рядом в нужный момент со своей молчаливой поддержкой.

Жаль, не запомнила его лица, да и имя не спросила. Он был в шляпе, натянутой на самый лоб, было очень сложно разглядеть детали его внешности, и я банально стеснялась открыто рассматривать незнакомца. Искренне наслаждалась простой человеческой поддержкой. Не знаю, возможно, не произойди со мной та встреча, я бы так и не смогла вырваться из–под родительского гнета. Она словно влила в меня дополнительные силы, помогла расправиться личным крыльям.

Естественно, ни о каких поцелуях речи тогда не шло! Я девушка, знающая себе цену. Артур мой супруг, и к тому же действует на меня совершенно по-особенному.

Ах. Стоит проветрить голову и прогнать из нее глупости. Слишком уж поддаваться очарованию Клемондского нельзя, он тот еще хитрец. Хотя и уверяет, что со мной он за редким исключением честен и действует исключительно во благо. Да и амулет молчит, давая молчаливое одобрение Клемондскому. Вот как так?

Все вокруг знают, как лучше для меня. Кажется, я это уже проходила однажды.

Вот возьму и отправлюсь назло искать литературу по бракоразводным процессам. Как раз в таких поместьях обычно собраны особенно старые и редкие книги. Я уверена, по магическим бракам здесь тоже есть информация.

И неважно, что на эту мысль меня натолкнул Филип, а я в свою очередь рассказала Артуру. Это не отменяет того, что я имею возможность пойти и прочитать искомое. Как–нибудь и без помощи отыщу нужные книги, я уверена.

А рассказать Клемондскому о единокровном брате было правильным решением. Все же я предпочитаю прежнего известного союзника, а не нового, неизведанного, к тому же менталиста. В конце концов, я пока не собираюсь никуда деваться, это было бы неразумно для моего положения в обществе.

— Грейс, ты здесь, — в покои входит Артур, — это хорошо, лучше тут и сиди. Меня не отпускает беспокойство по поводу Карла и Филипа. И ведь ничего не докажешь! — восклицает он эмоционально, возводя руки к потолку.

— Что ты хочешь доказать? И разумно ли раскрывать всем свое чудесное выздоровление? — выгибаю бровь.

— Как что? — удивляется тот. — Все!

— Это в корне меняет дело, — глубокомысленно киваю.

— Хоть ты не издевайся, — он машет на меня рукой, присаживаясь в соседнее кресло, — и без того устал. Голова кругом от происходящего. Нет больше зацепок, мнение Карла ни к чему не привязать, а Филип, — Клемондский замолкает.

— Что Филип? — поддаюсь вперед. — Вы с ним были близки, да? Раз ты присутствовал, когда я изображала его лже–невесту. И почему я тебе не видела, кстати?! Может, внимательнее отнеслась бы к твоему приходу ко мне.

— Я не выступал на главных ролях, зачем, вечер же не мой, брата. Не хотел отвлекать внимание гостей на себя, Филип и так больше Клариссы обделен, поскольку живет со своей родной матерью. Он как бы совсем не наш, понимаешь? — произносит герцог, потирая от усталости свой лоб.

— Понимаю, Артур, — киваю, — как не понять. А еще я понимаю, что к нему у тебя особое отношение, возможно, чувство вины играет свою роль, я не душевед, изъясняюсь так, как чувствую. Но я не лгала и ничего не придумывала, оно мне не нужно, даже учитывая твой фокус. А потому придется признать, что не все с твоим единокровным братом чисто, да и его дар менталиста нельзя сбрасывать со счетов. Он мог попросту манипулировать твоими чувствами благодаря своим способностям. Подумай об этом на досуге.

Глава 45

Наш романтичный день становится буквально последним днем, проведенным с Клемондским вместе на одной волне. Зрение у него налажено, поводырь не нужен. Супруга есть, никто ничего больше не оспаривает.

И да, теперь он предпочитает вести себя, как стандартный муж — решать свои дела, не вмешивая в них жену. Хотя как я бы это охарактеризовала — считает, что сам лучше справится, а я не нужна.

Но что ж, сам, так сам. Мне тоже есть чем заняться. Если я раскрыла ему подробности встречи с Филипом, совершенно не значит, что воспылала тайной любовью к герцогу. Наш поцелуй тоже ничего не значит, а свидание в том парке не более чем удачное стечение обстоятельств. Все.

А потому я не унываю, беру себя в руки и нахожу досуг, интересный мне. И это совсем не чтение дамских романов на своей половине покоев.

С обидой, злостью и прочими эмоциями я тоже прекрасно справляюсь. Белатрис Клемондской бы подучиться, а то сидит который день с кислой миной, едва мы с герцогом решаем посетить семейную трапезу. Меня же ровным счетом ничего не задевает, я играю в долгую, а не как они все.

Осталось убедить в правдивости собственной невозмутимости свои чувства.

Гости, кстати, активно разъезжаются, покидая главный семейный оплот. Большинство весьма довольны жизнью, насколько я могу судить по их лицам, ведь Артур начал раздавать вольные на управление личными землями. Теперь они не будут зависеть от Клемондского, однако, и за финансовой помощью не обратятся в случае чего. Палка о двух концах, хочешь независимости, будь независим во всем.

Я так и не поняла, кто именно оказался вором, если честно. То ли какой–то двоюродный дядя, то ли троюродный, да и это неважно. Собственно, главное то, что людей в поместье все меньше, а обстановка становится лишь горячее, как ни странно.

Например, Карл и Филип никуда не собираются. И если по второму я еще понимаю мотивы, то чего хочет первый — неясно. Он играл примитивно, обвинил в обмане, получил доказательство магического брака. До сих пор с любопытством рассматриваю узор на запястьях, это ж как–то Свет додумался определить меня в подходящие герцогу кандидатуры.

Ах да, Кларисса, она–то как раз уехала обратно в свой пансион становиться и дальше благородной девицей, впрочем, не забыв понервировать на прощание.

— Матушка, вы уж постарайтесь, присмотрите за Грейс, все–таки первый внук на подходе, — сказала та, прощаясь с матерью Клемондского, когда мы все вышли ее проводить.

К счастью, мне даже не понадобилось краснеть и оправдываться, Белатрис сама осадила падчерицу, развеяв тайну