Тараканьими тропами - Матвей Геннадьевич Курилкин

class="p1">— В задницу великого кормчего, — едва дыша проскрипела Нари. Муп куда-то там бил электрическими разрядами, пытаясь заставить мышцы сколопендры расслабиться, но пока почти безуспешно. Хватка вокруг Нари чуть-чуть ослабла, так что дышать девушка смогла. А вот шевелиться пока не получалось: — На кой-чёрт мне с ними идти, если они того и гляди закончатся? Ну и, самое главное — надо же было выяснить, чего они тут все так панически боятся! И потом, если бы я им не помогла, неизвестно, чем бы всё закончилось. Догнали бы их, и всех перебили. Кого бы мы тогда допрашивали?

— Это возмутительная безответственность! — сообщил Муп. — Я высказываю решительный протест против таких действий. Ты подвергаешь себя неоправданной опасности! Нам нужно просто вернуться к первоначальному плану — добраться до вулкана и найти маяк. Даже если он по какой-то причине сломался, вся информация осталась там, достаточно её только считать!

— Ты найди ещё этот маяк, — Нари всё пыталась выбраться, извиваясь внутри сжавшего её кольца как червяк. — Ещё неизвестно, что могло его так надёжно испортить… это ж тебе не китайский нонейм, киннарское производство! А тут живые свидетели… если, конечно, их ещё кто-нибудь не догнал.

Муп, наконец, попал разрядом в нужное место, и сколопендра разом разжалась. Нари рухнула на землю и со стоном перевернулась на живот. Хотелось немного полежать и прийти в себя, а ещё лучше — позволить скафандру накачать тело какими-нибудь стимуляторами. Обычно Кэт блокировала эту функцию, предпочитала обходиться своими силами.

«Но, пожалуй, тут уже не до чистоплюйства. Эти твари слишком мощные…»

Кэт перевернулась на живот, подтянула под себя колени, а потом встала на ноги. Огляделась. Убежище было разрушено. Часть стен зияли новыми проходами — там, где внутрь пещеры прокопались сколопендры. Повсюду лежали тела гигантских тварей. И трупы людей. Не так много, как Нари боялась, но достаточно. Кэт подошла к одному из покойников. Бесполезно. Тут даже медицинская капсула бы не помогла. Бедолагу сначала пронзили в нескольких местах, а потом с такой силой швырнули в стену, что голова раскололась и мозг вытек. Мерзкое зрелище. Возле входа в эвакуационную нору собрались оставшиеся защитники — Нари не успела к ним подойти. Пока она разглядывала очередное тело в надежде, что ему можно помочь, к ней подошёл один из аборигенов и низко поклонился:

— Спасибо вам, госпожа ведьма… если бы не вы… — его голос сорвался от эмоций. — Сегодня они застали нас врасплох. Разведывательный отряд подобрался слишком близко. Мы не смогли бы их задержать, и всех наших…

— Размотали бы, — кивнула Нари. — Разведывательный отряд, получается?

Девушка поёжилась от неприятного ощущения. Просто разведывательный отряд! Что тогда будет, если придёт основная масса?

— А обычно вы как с ними справляетесь? — спросила Нари.

— Обычно мы узнаём об их появлении хотя бы за полчаса, — объяснил абориген. — За это время все успевают уйти, их следы засыпают специальными реагентами. Воины занимают позиции и встают заслоном снаружи убежища. Пока основная часть защитников сдерживает разведывательную ячейку, часть защитников убегает. Нам удаётся обычно убить одну-двух сколопендр. Они становятся глупее, и когда закончат расправляться с заслоном, не могут сообразить, что их обманывают. Стремятся догнать тех, кто уводит их в сторону, и когда догонят — просто съедают, а искать основную массу беженцев забывают.

— У меня столько вопросов, что даже не знаю, с какого начать, — призналась Нари. Она заметила, что абориген сильно бережёт руку и кривится при каждом движении. Да и остальные его соратники выглядят ну очень паршиво.

Девушка вернулась к оставленному неподалёку рюкзаку, достала конвертер. Рецепт заживляющего геля был забит на горячую клавишу, так что лекарство было готово уже через минуту.

— Давай сюда пострадавших, лечить будем, — велела Нари. — Вы, получается, смертники?

— Так точно, госпожа колдунья, — снова поклонился абориген. — Пустоцветы. Так получается, что мы — не самые ценные члены общества. Если и приходится кем-то жертвовать, то только нами. Но благодаря вам, сегодня удалось обойтись почти без потерь! А самое главное — мы смогли убить целый разведывательный отряд сколопендр! Подчистую! Это просто чудо! Такая победа!

— Угу, — мрачно кивнула Кэт. Она не разделяла восторгов смертника. Ей результаты сегодняшней битвы победой не казались. — Прям зашибись, как мы классно тут всех укокошили. А что ты там говорил, что они глупее становятся, когда одну-двух убивают?

— Это очень умные насекомые, госпожа колдунья, — пояснил мужчина. Он завороженно смотрел, как Нари смазывает страшный ожог очередному пострадавшему, и его лицо разглаживается. Гель действует почти мгновенно не только стимулируя регенерацию, но и обезболивая. Нари по себе знала, как это, когда боль вдруг уходит, оставляя после себя только лёгкую прохладу и онемение. — Но они умные только когда вместе. Чем больше — тем умнее. Поэтому у них редко бывают разведывательные отряды менее восьми особей. Когда их восемь — они действуют очень разумно, слаженно. Чем меньше их становится, тем проще они сами. Одна многоножка уже совсем не страшная. Просто опасное насекомое, которое легко убить.

— Хочешь сказать, они тоже умные? Как тараканы? Ну, жуки, один из которых со мной пришёл, — пояснила Кэт, сообразив, что пустоцвету незнакомо слово «таракан».

— Нет, — покачал головой мужчина. — Те жуки не слишком умные. Сколопендры намного, намного умнее. Даже умнее людей. Но только когда их много.

«Вот почему мне показалось, что вначале боя они пошустрее были!» — сообразила Нари. — «Коллективный разум, получается. Но не как у муравьёв. Получается, не коллективный даже, а распределённый. Скорее, как у нейросетей. Чем больше узлов, тем больше возможностей… надеюсь, у них есть какие-то ограничения на количество этих самых узлов. Потому что если нет — мы имеем во врагах планетарный разум. Чуждый и страшный. Считай, бог, только очень уж злой».

Девушка уже закончила обрабатывать раны пустоцветов, и теперь рассматривала мёртвую сколопендру.

— Договориться с такими точно не получится, — тихонько пробормотала Нари. Слишком чуждые. С тараканами действительно не сравнить. Да, у них тоже нет мимических мышц, но они очень характерно двигают усиками, надкрыльями — их эмоции очень легко считать. Нари уже привыкла распознавать настроение того же Грегора. А здесь… никаких эмоций. Нечему там испытывать эмоции, потому что отдельная особь не отличается от обычного насекомого. Просто машина для убийства, управляемая нейросетью из таких же машин. Стремительная, беспощадная и неотвратимая.

— Кстати о Грегоре…