Тараканьими тропами - Матвей Геннадьевич Курилкин

аборигенам настороженно, но приветствие ей понравилось. Всё лучше, чем если бы её принялись убеждать, что она — плохая злая ведьма, которая должна была вести себя вежливо с корненосцем Маугли.

— Первое — мне нужно знать, о каких пришельцев со звёзд вот он, — девушка не без удовольствия пнула по заднице бессознательного Маугли, — сейчас тут распинался. Вообще всё об этих пришельцах, как давно они у вас были, где они сейчас. Второе — мои спутники. Их надо как-то достать. Особенно — таракана.

— Конечно, уважаемая пришелица. Но предложу начать с ваших спутников. Если они по какой-то причине остаются в сетях ловчей травы им, возможно, некомфортно. Что касается ваших друзей со звёзд — я готов рассказать о них после того, как вы и ваши спутники почтите визитом наше скромное жилище.

Ни в какие жилища Кэт не хотела. Подозревала, что «великий кормчий» не просто так приглашает — рассчитывает что-то с неё получить.

«С другой стороны, информация тоже бесплатной не бывает, — вздохнула девушка. — А за сведения о родителях я готова заплатить».

— Будь я живым существом с эмоциями, мне было бы неприятно, что ты поставила Грегора выше меня в списке своих приоритетов! — прорезался голос Мупа в наушниках.

— Ой, какие мы нежные, — ответила девушка, отключив внешние динамики скафандра. — Сидишь во мху — и сиди. Никто тебя не заставлял там окапываться. Мог бы, как я, сам вылезти, заноза шарообразная. Обиженку он тут изображать будет! Сейчас эти придурки тебя вытащат. И даже если не вытащат — ничего тебе не будет, перетопчешься. Сам говоришь, что уже можешь через мох продираться. А Грегор там, бедный, от кислоты помирает парализованный.

— По моим оценкам его состояние сейчас в пределах нормы. Боли он пока не чувствует — кислота ещё не растворила верхний плотный слой кожи.

— Вот и не будем дожидаться, когда растворит, — ответила Кэт. — Всё, заткнись, отвлекаешь, банка консервная.

Аборигены как раз закончили совещаться, и к Нари вновь в качестве парламентёра повернулся «космонавт».

— Уважаемая пришелица? Могу ли я попросить у вас помощи? Дело в том, что ловчая трава ведёт себя необычно. Мы используем эту ловушку в загонной охоте, и обычно её достаточно посыпать специальным порошком, секрет которого мы пронесли через века. Этот порошок заставляет траву отпускать и выталкивать своих жертв на поверхность. Но сегодня он не действует, и мы теперь не знаем, как ещё можно помочь вашим спутникам. Может быть, если вы смогли выбраться, вы поделитесь с нами своей мудростью и расскажете, как можно повторить этот подвиг?

— Ну, по идее, эта трава должна сама скоро помереть, — Нари пожала плечами. — Только непонятно, насколько скоро. Жуки, на которых она росла, уже померли, а без них она не такая шустрая. Но сколько ещё будет помирать — это не ко мне… Ладно, короче, я поняла. Помочь вы ничем не можете, у вас лапки. Всё самой придётся делать. Верёвки у вас хотя бы есть какие-нибудь?

Верёвки у аборигенов были, и даже вполне приличные — они их в мешках принесли, видно, рассчитывая связать жертв, если бы всё пошло по плану Маугли. Кэт даже удивилась — она-то ожидала увидеть какие-нибудь лианы, а тут — прямо верёвки, и очень прочные, чем-то напоминают пеньку по материалу.

Пришлось тащиться опять в яму со мхом.

— Ищу во мху енота, ищу во мху енота… — Напевала Нари, рубая светошашкой вездесущие ловчие жгутики. Впрочем, уже не такие уж вездесущие. Вялые, скорее. — Да уж, хентая с вами больше точно не получится.

— Катерина, хочу в очередной раз напомнить, что родители крайне не одобряют использование обсценной лексики в речи! — нудел Муп.

— Ты там сломался что ли, глюк шарообразный? — возмутилась девушка. — Где ты тут слышишь хоть одно обсценное слово? Ищу во мху енота! Что не так-то⁈

— Во-первых, по моим данным, на всей планете нет ни одного енота. И тем более, его нет здесь. Так что с большой долей вероятности, ты используешь игру слов, которая подразумевает бранное слово. Ты — высокообразованная молодая девушка, тебе не пристало шутить таким образом.

— Какой же ты унылый, душный и занудный! — Начала Нари, и радостно воскликнула: — Вот во мху енот!

Действительно впереди показался чёрно-фиолетовый бок бедного Замзы, а рядом с ним — Муп, который, как только Нари освободила проход, вылетел из ловушки как бутылка из пробки и шустро двинулся в сторону «берега».

— Эй! — Возмутилась Нари. — Многофункциональный умный помощник. Ты помогать собираешься⁈

— По моим расчётам в моей помощи нет необходимости, — ответил Муп, но всё же вернулся и принялся выполнять указания.

«Обиделся всё-таки, — думала Нари. — Нежный цветочек, блин!»

И попенять было не на кого. Мупа делала она сама с помощью родителей, и то, что в результате получилось — исключительно её вина. Нужно было сразу думать, а не конструировать всяких нытиков.

«Сделала бы нормального помощника — тупого, но исполнительного. Горя бы не знала! А теперь вот мучайся с ним!» — сердилась девушка, но вслух не ругалась. Если Муп обидится всерьёз, он превратится и вовсе в невыносимого зануду. Такое уже было, и повторения Нари не хотела.

Впрочем, она быстро выкинула моральные трудности бракованного робота из головы. Гораздо сильнее её сейчас волновали местные аборигены. Ну и, конечно, их оговорки про пришельцев со звёзд. Девушка очень, очень боялась, что это окажутся какие-нибудь другие пришельцы. Мало ли, кто это может быть? Человечество, как они выяснили, действительно распределено по вселенной очень широко. Настоящий вирус. И если некоторые справились самостоятельно, то другим помогли какие-то загадочные пращуры. Теперь наткнуться на следы людей можно в самых неожиданных местах. Вот как здесь!

«И везде они одинаковые, — рассуждала Нари, обвязывая с трудом приподнятого Грегора верёвкой вокруг надкрыльев. — Гордиться тем, что у тебя есть „корень плодородия“ — это так по-человечески! Наших бы феминисток сюда — вот бы порадовались подтверждению всех их самых ужасных фантазий!»

Хотя бы вытаскивать самой Грегора не пришлось. Достаточно было протянуть верёвку толпившимся на краю ямы с мхом аборигенам, и те, дружно взявшись, вытянули пленника из ловушки. Теперь Замза лежал на твёрдом, но всё такой же недвижимый. Нари печально покачала головой — таракана было жалко. Это ладно, если он сейчас без сознания, а если нет? Чувствовать всё, что с тобой происходит и