Ламбрант-Некромант - Гапарон Гарсаров

— Вы просили узнать про этого грёбаного Силантьева — я узнал! Что не так-то?!

— Всё не так, никудышный из тебя информатор. Свободен!..

Следователь кивнул в сторону двери, а сам принялся листать какие-то бумажки, даже не подняв взгляд на сидящего перед ним парня. Борис понял, что положение его ухудшается с каждой новой минутой. Надо было что-то с этим делать. Ведь Тронин вполне способен пустить ход его делу с задержанием на центральном кладбище. В этом даже не стоило сомневаться. Но и предложить ему взамен что-либо Падерин тоже пока не мог, хотя и искренне верил в причастность Павлова к смерти тех двих студентов.

— Пожалуйста, дайте мне ещё немного времени, — попросил он жалобным голосом. — Я постараюсь нарыть побольше инфы. Узнаю что-нибудь про других ребят. Может, там всплывут какие-нибудь зацепки.

Степан Игоревич взглянул на свои наручные часы и мотнул головой.

— Вот ночь спать не буду, а докажу, что этот Павлов всё устроил, — заявил Борис, вспомнив о запланированной ночной встрече сатаниста с коллекционером Гелеонтом.

— Завтра до обеда крайний срок, понятно? — согласился следователь с каменным лицом.

— Конечно! — с жаром ответил Падерин и ринулся на выход.

То, что удалось отсрочить свои неприятности ещё почти на сутки, немного порадовало Бориса. Но когда он вернулся в машину и стал размышлять, складывалась тупиковая ситуация. Конечно, в причастность трансвестита Павлова он был уверен почти на 100 %. По здравой логике, рассматривать какие-то другие варианты уже не имело смысла. Вот только глупый Тронин не хотел верить в такой расклад. Когда Борис находился у него в кабинете, даже закралось подозрение, что следователь не спроста игнорирует личность рогатого сатаниста. Правда, искать сейчас связь между ними тоже бесполезная трата времени. Раз уж Степану Игоревичу нужны сведения и на второго покойника, придётся разведать подробности их личной жизни.

Вопрос лишь — как это сделать. Тем более уже близился вечер. В университет ехать бессмысленно. Да и Падерин не знал толком, где учился второй убитый — по фамилии Брахаун. Вряд ли на юрфаке, ведь тогда связь между ними была бы очевидна. Впрочем, Женя Дольсон, его сексапильная сокурсница, говорила что-то про сатанистов, которые примерно так же массово покончили с собой. Может, в этом удастся отыскать нужную ниточку?

Падерин остановил машину возле кафе, на окнах которого был нарисован знак беспроводного интернета. Стоило подкрепиться, заодно и воспользоваться ресурсами сети. Тем более, мобильник милой Женечки не отвечал на звонки. Заказав пиццу и большую чашку кофе, Борис устроился за угловым столиком, где не так часто мелькали посетители. Информация о происшествии с сатанистами нашлась моментально. Правда, никаких подробностей ни один новостной сайт не содержал: ни имён погибших, ни их точного количества. То ли шестеро, то ли семеро… Единственное, что понял Борис, так это официальную версию властей. Якобы молодые люди зашли в церковь равноапостольного Димитрия Каримского, забаррикадировались там и сожгли себя живьём. Причём, церквушка тоже сгорела практически дотла. Пришлось звонить Андрею.

— Ну да, было дело, — подтвердил тот сонным голосом. Видимо, Падерин отвлёк сокурсника от послеобеденного сна.

— А ты не знаешь, кто там конкретно был среди этих самоубийц? — уточнил он у нового приятеля. — Может, кто-то с юрфака?

— Не, такого не помню, — зевая, говорил Андрюха. — Там вообще с универа никого не было вроде бы.

— Но в инете написано, что тоже студенты, — парировал Борис. — Значит, где-то учились же.

— А почему тоже? Ты чё там, решил за следаков пошабашить?

— Типа того, — с неохотой признался Падерин, взяв кусок пиццы. — Так можешь помочь чем полезным? Вспоминай давай, это же всего год назад было.

— Даже не знаю, братуха, — уныло вздохнул сокурсник. — Я ведь криминальным трэшом не увлекаюсь. Вот Кислицына это дело точно должна знать, она что-то болтала такое пару недель назад.

— Кислицына? Это преподша наша, что ли?

— Ага, по уголовке которая. Она то ли книжку пишет, то ли дисер про такую вот хрень.

— Ну вряд ли она сейчас в универе, да?

— Так она ж адвокатесса! У неё офис где-то рядом там.

Действительно, адвокатская контора, в которой работала Кислицына, имела в интернете весьма навороченный сайт. Не удивительно, что фирма располагалась в самом центре города, практически на соседней с университетом улице. Сюда-то Падерин и приехал, быстро закончив свой полдник. Но чтобы поездка не оказалась напрасной, он под видом потенциального клиента по телефону записался на приём к своей преподавательнице, тем более та как раз ещё была на месте.

В помещении царило оживление. Несколько девиц в белых блузочках бегали между кабинетами с охапкой бумаг, словно куда-то опаздывали. У стойки регистратора стоял высокий молодой человек в солидном пиджаке и с кем-то громко разговаривал по телефону. В такой обстановке никто и не обратил внимания на Бориса, поэтому кабинет Кислицыной пришлось искать самостоятельно. Впрочем, дверь с красивой зеркальной табличкой оказалась за лестницей. Падерин даже усмехнулся, наконец-то узнав, как зовут его преподавателя.

— Белла Денисовна, разрешите? — уточнил он, заглянув к ней.

Кислицына стояла у большого окна и курила. На ней была та же тёмная одежда, что и пару дней назад, когда Борис впервые увидел её в университете. Лишь брошь на груди сверкала уже другая — в виде большого жёлтого глаза.

— Это Вы записывались на приём? — как-то недовольно отреагировала адвокатесса, и Падерин догадался, что своим звонком заставил женщину задержаться на рабочем месте.

— Да. Надеюсь, Вы примете меня?

Белла Денисовна жестом потребовала войти, а сама затушила сигарету в пепельнице и переместилась в большое кожаное кресло.

— Видите ли, я Ваш студент, — сразу же признался Борис. — Вы говорили на лекциях, что готовы помочь, если какие-то проблемы.

— Что случилось-то? — поторопила женщина. — Только имейте в виду, за изнасилования и убийства малолетних я не берусь.

Прозвучало это довольно странно, но Падерин сдержал эмоции и уселся напротив неё.

— Нет, я тут курсовую у Вас решил писать, — стал вдохновенно сочинять парень. — Сам я из Нижнего Новгорода перевёлся, а там я активно занимался исследованием массовых самоубийств.

Как ни странно, Белла Денисовна сидела с непроницаемым лицом, слушая бред своего позднего посетителя.

— Ну, с точки зрения уголовного права, конечно, — поспешил добавить Борис. — И вот мне сказали сокурсники, что Вы специализируетесь по такой категории дел…