Железная скорлупа - Алексей Игнатушин

— Уберешь ты меч, человек? — всхлипнул Красный Колпак.

— Обещай не причинять вреда, — потребовал рыцарь.

— Обещаю, обещаю, — зачастил гном радостно.

Инконню помедлил, спрятал меч в ножны:

— Вставай.

Гном проворно вскочил, смерил рыцаря недружелюбным взглядом и мигом оказался у стола: затрещала под седалищем скамейка, кувшином он звякнул о край кружки. Красный Колпак наполнил пивом и вторую кружку, отставил в сторону, сделал приглашающий жест.

— Садись, пей, — сказал хмуро. — Шлем-то сними.

Рыцарь колебался. Красный Колпак усмехнулся презрительно. Инконню хмыкнул, со злостью потянул шлем.

— Слепой металлург! Ты очумел?! — закричал гном испуганно.

— Очень меткое замечание, — усмехнулся рыцарь.

«Неужели мое лицо настолько обезображено?» — подумал с холодком при виде искаженного лица гнома. Показалось, у того борода поседела.

Красный Колпак съехал на краешек скамейки, грязно-бурым беретом прикрыл лицо, со страхом посмотрел на кружку в руках рыцаря. Глиняный край коснулся губ. Инконню отхлебнул теплого пива, поморщился. Под перчаткой лопнуло несколько волдырей, пальцы увязли в противной жиже.

— Пиво дрянь! — сказал рыцарь сердито, бухая дном кружки об стол.

Гном окрысился:

— Уж простите, ваше величество!

Посмотрев на обезображенное лицо с содроганием, сунул под берет кружку. От голых стен комнатки отразились сочные глотки.

— Придется башню спалить, — пробурчал гном сурово, рыгнул, в руках заблестел жиром ломоть мяса.

— Почему ты такой злой? — спросил рыцарь укоризненно. — Люди и гномы не враждуют.

Гном бухнул кружкой, забубнил из-под бурого берета:

— Не враждовали. Скажи спасибо щенку Элидору. Заблукал парнишка, укрылся в пещере, так бы и подох, если бы собратья не провели в наше царство, обогрели, накормили, стали играть золотыми мячами. Радоваться бы, так нет, захотелось домой, мамашу навестить! А та мигом стала упрашивать, чтобы он спер золотые мячи. Ну, никакой благодарности! — от возмущенного крика затряслись стены. — Хорошо, хоть покражу удалось вернуть. Знай, с той поры гномы Уэльса закрыли королевства для смертных. Как вы к нам…

Инконню покачал головой:

— Да, алчность — плохое качество. Но и вы мелочны. Из-за глупого мальчишки с людьми рассорились.

Гном швырнул на стол бурый берет, который, по обычаю, давшему имя, обмакивал в кровь убитого, и закричал возмущенно:

— Все вы одинаковы! Он смертельно оскорбил нас, обманул наше доверие! До-ве-ри-е! Понимаешь, чума?

— Как не понять, — вздохнул рыцарь. — Скажи, пожалуйста, где держат пленницу из мира смертных, украденную сегодня?

Гном пристально вгляделся в лицо, где гроздья волдырей лопались кровавой жижей. Затем шумно проглотил пиво и утер губы.

— Зачем тебе? — спросил потеплевшим голосом. — Я-то из-за прыщей не сразу разглядел, но ты сородич сайдов. Что тебе до смертной девки?

Рыцарь ощутил раздражение.

«Еще кто скажет про это — зарублю! — подумал гневно. — Если я наполовину нечеловек, то должен помогать мнимым сородичам похищать женщин? В ад такую родню!»

— Не называй ее девкой, — буркнул сердито. — Леди Хелия образец непорочности и правильного воспитания. Где она?

Гном еще отхлебнул пива из кувшина, пустую посуду шваркнул об стену, а в руках оказалась новая.

— В главной башне, где еще? — удивился он меланхолично. — Говорят, королю хорошо заплатили за похищение, но кто — не знаю. Кто-то из смертных, — сказал гном, усмехнулся. — Дожили, нас нанимают люди.

«Козни колдунов, — подумал рыцарь злобно. — Жаль, не могу вонзить меч в их черные брюха!»

— Можешь пойти во дворец, до полудня никто не проснется, разве что по улицам бродят стражи, но редко, — продолжал бубнить гном. — Впрочем, дюжина рыцарей, что послана за девицей, стоит на страже, их не минуешь, хе-хе. Да и во дворце много погани. А я сижу в проклятой караулке! Забыл, когда окрашивал шапку кровью, скоро Навозным Колпаком назовут.

Инконню покоробила жажда убийства ради обновления шапки, и он сказал мстительно:

— Встретил я в лесу ваших рыцарей, лежат вояки, не справились с атакой. Ускользнул один.

Красный Колпак, выпучив глаза, влил в рот пивную волну.

— Кто помог? — спросил он с жадным любопытством.

Инконню пожал плечами.

— Есть со… помощники, — сказал, вспоминая демона с неприязнью.

Гном хмыкнул, налил пива в кружку, зачавкал мясом. Рыцарь в нерешительности потоптался на месте, в голове предостерегающе кольнуло, вынуждая поторапливаться.

Красный Колпак с неодобрением посмотрел на кувшин в руках рыцаря:

— Имей совесть, налей в кружку, нечего слюни пускать в напиток!

Инконню кивнул, бросив взгляд на стену, округлил глаза. Гном в недоумении оглянулся, и кувшин тут же разлетелся об его голову.

Рыцарь с сочувствием посмотрел на вырубившегося гнома.

— Извини, но не убивать же тебя, говоруна басистого, — сказал смущенно.

За дверью в темном углу оказалась лестница. Рыцарь спустился по ней, потянулся к дверной ручке — увидел в проеме пустынную улицу.

Рыцаря кольнуло: в королевствах людей даже зимой все встают спозаранок и работают, а эти похитители невинных девушек дрыхнут до полудня!

На мягком снегу оставались глубокие следы, дома сладко дремали под белыми одеялами. В воздухе было разлито умиротворение, и рыцарь против воли умилился, сердце сладко защемило.

Впереди возникла фигура в зимнем плаще: рыцарь проворно метнулся за угол дома.

Когда осмелился высунуть голову, стража не было. В грудь толкнула волна слабости и смертного холода, накатило безразличие и тоска.

«Ну, и что толку?»

Усмехнулся, вспомнив наказ Пвилла о служении королю.

«Не узнать ни имени, ни родителей, — подумал горько. — Хотя не только ради этого принял рыцарские обеты».

Величественные башни вырастали перед ним, невесомые, построенные из воздуха и девичьих грез, из застывшего солнечного света, распиленного на блоки и скрепленного сгущенным блеском звезд.

Инконню жался к стенам домов, делая короткие перебежки.

Длинная улица уткнулась в каменную стену, увитую зеленым плющом, ветерок донес отголоски сладких ароматов. Инконню, укрывшись за последним перед стеной домом, воровато огляделся.

От легкого скрипа вздрогнул. Захрустел снег, девичий голос замурлыкал песенку. Рыцарь осторожно высунулся, уставился на спину в зеленом плаще, златовласый затылок. Рукой девушка покачивала накрытую корзинку. Прошлась немного вдоль стены… скрылась в ней!