Война - Илья Николаевич Мельцов

К сожалению, долго мне так развлекаться не позволили. Очередной камень, ударивший во врага, заставил его обозлиться. Крупный воин выдержал попадание и, обезглавив одного из наших, решил разделаться с досадной помехой в моем лице. Буквально несколько шагов, и он сократил между нами дистанцию, после чего ударил сырой силой. Защита выдержала, но прицел я сбил, отчего очередной снаряд ушел в сторону, а в следующую секунду уже стало не до магии.

Мужчина был крупнее и выше меня. Его изогнутая сабля, с которой все еще стекала кровь убитого человека, с бешеной скоростью опустилась на окружающую меня сферу, и в этот момент я отчетливо понял, что долго она не выдержит.

Времени на кастование заклинаний не осталось. Вытащив из ножен шпагу, я попытался отвести следующий удар так, как меня учили когда-то в интернате, а чуть позже тренировал Мирон. Полностью отразить выпад я все-таки не смог, но вражеское оружие хотя бы не проломило защиту, а лишь незначительно уменьшило ее прочность.

Атаковать я не мог, уступая противнику в силе, скорости и умении держать шпагу, поэтому ушел глухую оборону. Получалось, прямо скажу, не очень, однако пока обходилось без ранений. Невидимый щит держался, не позволяя заточенной стали попробовать мою кровь. Натиск противника усиливался с каждым ударом, мне все труднее удавалось оставаться на ногах, но какого-то выхода из ситуации я не видел.

Удар, два шага назад, и вновь тяжелый клинок пробует защиту на прочность, заставляя меня снова и снова отступать. Не хватало мне техники, а на каст заклинаний не было времени. Враг это тоже понял и, кажется, даже перестал поддерживать свою энергетическую защиту, полностью сосредоточившись на нападении, однако воспользоваться таким подарком я не мог.

Опять удар… и моя шпага не успевает отразить его. Сфера лопается, словно мыльный пузырь, на лице врага появляется кровожадная улыбка, вновь поднимается его оружие, и в этот момент из груди моего противника, как подводная лодка изо льда, пробивается чей-то клинок. Поглощенный схваткой, я совершенно не заметил, что к врагу со спины подкрался Мирон. Весело подмигнув мне, он отбросил в сторону мертвого мага и тут же переключился на следующего. Я же после небольшой передышки, опять полез в сумку за очередным камнем – штурм продолжался.

Не знаю, сколько еще прошло времени, но в какой-то момент я понял, что мы побеждаем. Уверен, нашей заслуги в этом было немного, но в любом случае в битве случился перелом.

Каспийские дворяне умирать не хотели. Поняв, что штурм заставы затягивается, а потери превышают разумные пределы, они начали постепенно отступать. Бой еще не завершился, но мне стало очевидно, что основная его фаза подходит к концу. Всё еще звенела сталь, маги кастовали заклинания, но прежнего накала не было, мы выдавливали врагов из пролома.

Наконец сильно поредевший отряд дворян, что пришел отомстить за нападение на свое княжество, окончательно потерял прежний запал и бросился прочь. Их осталось человек пятнадцать, большая часть нападающих так и осталась лежать на обугленных бревнах разрушенной стены. Трупы и раненые усеяли место ожесточенной схватки. Увы, но наших полегло не меньше. Поэтому за отступающими никто не бросился в погоню. Штурм кончился. Пришло время подводить итоги.

Первое, что я сделал, когда последний из вражеских воинов покинул заставу, отправился на поиск пацанов. Витек, к моему удивлению, не получил даже царапины, а вот Берт заработал рваную рану на спине – его приложило заклинанием об обломок камня. Выглядел он неважно, но кровь уже остановил, и на первый взгляд жизни юноши ничего не угрожало. Хуже дела обстояли у второй группы курсантов, их хоть и поставили на безопасный участок стены, но в основной схватке они тоже участвовали. Один из них погиб, двое получили ранения разной степени тяжести.

Серьезные потери понес гарнизон заставы. Из сотни простых солдат выжили не больше трети. Сержанты и офицеры гнали рядовых на убой, и во многом благодаря такой жертве мы победили. Неравный обмен один к десяти позволил нивелировать численное преимущество врага в магах, но цена…

Дворяне пострадали меньше. Чуть позже мне стало известно, что из сорока офицеров погибли семнадцать, еще девять получили тяжелые ранения, остальные, в том числе и Мирон, отделались сильным магическим истощением и мелкими травмами. Застава выстояла. Однако расслабляться было рано.

Не прошло и пяти минут после того, как закончился бой, а к месту основного сражения уже спешил лекарь. Всех, кто мог стоять на ногах, тут же отправили ему на помощь – вытаскивать из-под завалов раненых и убитых. Причем приказ распространялся на весь личный состав – полковник, отражавший штурм вместе с остальными дворянами, не делал различия между офицерами и рядовыми – работали все. Точнее, почти все. Нестор Обрезков, выглядевший так, будто и не участвовал в схватке, на просьбы помочь не реагировал, изображая временную глухоту.

Лекаря на всех не хватало, пусть атакующая магия оставляла очень мало шансов на выживание, но десятки все еще живых людей требовали помощи. Оторванные конечности, обожженные тела, распоротые внутренности, все эти плоды войны не замечались в пылу боя, но адреналин распадался в крови, и многим при виде результатов скоротечной схватки становилось дурно. Кто-то пытался поднять мертвого друга, кто-то блевал, согнувшись в три погибели. Радость победы постепенно уходила, уступая место гнилому послевкусию боя. Уж на что я считал себя черствым человеком, но даже мне стало плохо, однако сантименты пришлось оставить на потом – людям требовалась помощь, и пусть лечить я не умел, но элементарно затянуть тряпкой кровоточащую рану был способен.

Берт нам с Витьком помогать не мог, он хоть и остановил себе кровь, но ходил с большим трудом, поэтому мы его командировали к легкораненым, которыми уже занималась Любаша. Девушка прибыла вместе с лекарем и всеми силами пыталась облегчить страдания солдат.

Штатный коновал заставы, естественно, в первую очередь занимался спасением дворян. Несколько офицеров находились на краю гибели, и только усилия лекаря не давали им пересечь черту, а в это время простые солдаты продолжали умирать. И я прекрасно понимал, что все делается правильно, что один маг куда ценнее, чем десять обычных рубак, что лекарь не сможет вылечить всех, но мне было до боли в груди жаль тех, к кому помощь так и не подоспела.

Разбор завалов, перевязка раненых и перенос убитых к штабу отняли у нас довольно много времени. Линия мертвых тел росла, как страшное напоминание о том, насколько хрупка человеческая жизнь. Работали на износ, и если