Война - Илья Николаевич Мельцов

которой оказался на кровати, но от ухода в царство Морфея меня и остальных удерживало желание узнать реакцию полковника на полученные известия. Мирон обещал зайти к нам после разговора и обсудить текущую ситуацию.

Честно говоря, я надеялся, что нас, как и вторую группу курсантов, отправят с заставы куда-нибудь в безопасное место – вряд ли в случае нападения от недоучившихся магов будет много пользы. Но это по моим рассуждениям, у начальства же на этот счет могут быть совершенно иные мысли.

Через час мы уже немного отошли от последствий бешеной гонки и даже начали бурное обсуждение произошедшего за день. Еще спустя некоторое время дверь нашей комнаты отворились, и на пороге показался Мирон, по лицу которого сразу стало понятно: ничего хорошего мы не услышим.

– Полковник приказал в ближайшую неделю с заставы ни ногой. – Командир устало сел на единственную свободную кровать. – Говорит, нужны все доступные маги, даже недоучки.

– Он поверил в каспийских разведчиков? – почему-то спросил Витек.

– Конечно. С чего бы ему сомневаться в моих словах? Застава переходит на военное положение. Подмогу уже запросили, к нам отправят отряд магов в количестве тридцати человек, но успеют ли они – это большой вопрос.

– Когда, думаете, будет нападение? – спросил я.

– Завтра или через день. Каспийские, может, и обойдут нас стороной, нацелившись на деревни, но пленник сказал, что целью все-таки является наша застава, так что, если они хотят сохранить эффект неожиданности, то уже двигаются сюда. Все дело в амулете этого дворянчика, чтоб ему Пятый хребет вырвал. Не знай враги про смерть разведчиков, и времени на подготовку у нас бы сразу прибавилось.

– Это понятно, а сейчас-то что делать? – послышался обеспокоенный голос Берта.

– Набирайтесь сил. Тренировки на ближайшее время отменяются – меня отправляют отслеживать подходы врага. На какое-то время вы остаетесь одни, поэтому сидите на месте и никуда не лезьте. Если нападение все же случится, я заранее объясняю, что и как нужно делать.

Сказав еще пару слов на прощанье, Мирон покинул комнату, оставив нас в тяжких раздумьях о дальнейшей судьбе заставы. Командир, как ни старался, не смог скрыть нервозность и беспокойство, и это состояние передалось всем в комнате. Даже Витек, который, казалось бы, всегда ждал возможности поучаствовать в настоящей войне, чувствовал себя неуютно, маскируя свою неуверенность непрерывной болтовней.

Нападение произошло вечером следующего дня. С самого утра застава кипела, готовясь к атаке вражеского отряда. Из увольнений и патрулей отозвали всех магов, и в кои-то веки комнаты общежития до отказа наполнились людьми. Мужчины в форме постоянно мелькали в коридоре, громко ругаясь и обсуждая предстоящее сражение. Какой-то особой нервозности и уж тем более паники в их голосах не было слышно, что, с одной стороны, внушало уверенность в надежности обороны, но с другой – даже немного напрягало, ведь бесшабашность и шапкозакидательство нередко приводили к печальным последствиям.

Среди разворошенного муравейника, в который превратилась военная часть, нам не нашлось места. Командир отбыл по заданию полковника, а кроме него до нас никому не было дела. Примерно так же обстояли дела и у второй группы курсантов, они, как и мы, практически безвылазно сидели в своей комнате, выходя из нее только для посещения столовой и уборной.

Сидение взаперти не слишком хорошо сказывалось на душевном состоянии пацанов. И если Берта текущая ситуация привела в молчаливо-раздраженное настроение, то Витек места себе не находил, нарезая круги по комнате, периодически замирая возле окна, словно суслик, высматривающий опасность. Пришлось даже пару раз прикрикнуть на паренька, чтобы тот прижал свою пятую точку к кровати. Надолго, правда, Витька не хватало, и спустя несколько минут все возвращалось на круги своя.

Нервное ожидание затянулось до полудня, наверное, поэтому, когда в комнату ворвался обеспокоенный чем-то Мирон, мы восприняли его появление с изрядной долей облегчения: наконец-то выматывающая неопределенность подошла к концу.

– Слушаем меня и не перебиваем, – без лишних прелюдий начал командир, – через час возле стен заставы должен появиться отряд врагов. Точное число выяснить не удалось, но человек пятьдесят там есть, а это значит, что на стенах вам делать нечего. Оборону прорвут, в этот сомневаться не приходится. Ваша задача в это время находиться подальше от горящих бревен и падающих камней. Держитесь поближе к центру заставы, можете возле штаба засесть. Вы, как сказал полковник, – резерв. Если поймете, что где-то нужна ваша помощь, – действуйте. Меня рядом не будет, ведите себя осторожно, насколько это вообще возможно. До сирены из комнаты не выходить. Даррелл, остаешься за старшего, ты отвечаешь за жизнь этих двоих, и пусть поможет вам Милосердная мать. Постарайтесь выжить, пацаны.

Мирон ударил кулаком в грудь, объединив в этом жесте и прощание, и знак уважения курсантам, после чего покинул комнату, предоставив нас самим себе.

– … – выразил общее мнение Витек, и на этот раз я был с ним полностью согласен.

Противный, вгрызающийся в мозг звук сирены раздался спустя пять минут. Начался последний этап подготовки к отражению вражеской атаки. Стену возле ворот заполнили солдаты и офицеры, оставив на остальных направлениях только редких наблюдателей. Где-то там сейчас как раз находилась троица второкурсников. Полковник рассудил, что там от магов-недоучек будет максимум пользы.

Мы же, согласно распоряжению Мирона, остались возле штаба. Витек, естественно, рвался на передовую, но после устного внушения, подтвержденного легким подзатыльником, смирился с участью стороннего наблюдателя. Если командир не ошибся в своих выводах, то врагов нам хватит, а подставлять себя под первый удар, нарушая при этом приказ, я не собирался.

Вскоре сирена, раздражающая своим воем, стихла, и застава, как мне показалось, погрузилась в абсолютную тишину. И в этом напряженном молчании, словно раскат грома прозвучал гулкий удар, донесшийся со стороны ворот. Что там происходило, мы, конечно, не могли видеть, но, судя по всему, вражеский отряд начал штурм.

Насколько мне было известно, слаженный удар пяти магов средней силы мог бы без особых проблем проломить не самые выдающиеся стены нашей заставы, однако для этого требовалось подойти на сравнительно небольшое расстояние, рискуя попасть под град заклинаний гарнизонных дворян. Поэтому штурмовой отряд необходимо было увеличивать вдвое, укомплектовав его теми, кто будет держать энергетические щиты. Отсюда вытекала еще одна проблема: множество сильных магических воздействий, сосредоточенных в одном месте, вызывали что-то вроде астральной бури, усложняющей кастование заклинаний.

Крупные или важные для княжества крепости имели стационарные защитные артефакты, многократно усиливающие оборонительные способности находящихся внутри людей. Однако большинство городов и пограничных застав, таких как наша, подобной роскоши были лишены, а значит, исход штурма решало либо численное