Конец режима: Как закончились три европейские диктатуры - Александр Баунов

Если бы режим решил закрыть все частные газеты разом, он оставил бы без прессы не своих врагов, а вполне лояльных граждан и большинство собственных функционеров. Бывают режимы, которые на это решаются, но испанский остановился на пороге.

Преемник объявлен, борьба не окончена

Четверть века с конца 1940-х по середину 1970-х прошли в Испании под разговоры о скором конце франкистского режима, который вот-вот падет под давлением международной критики, внутренних противоречий, американского вмешательства, дворцовых интриг. А может, собственные либералы, монархисты, буржуазия, Запад заставят Франко уйти, передать власть дону Хуану или другому новому главе государства, провести выборы. Все это время Франко сохранял полноту власти, сберегал основные черты политического строя в неприкосновенности и делал все, чтобы режим пережил его. Для этого нужно было провести подготовку, и Франко через не хочу занимался строительством институтов, призванных его пережить, делегировал все больше практических полномочий членам правительства и осторожно начал вводить в круг своей единоличной власти других действующих лиц.

И все же Франко мучительно тянул с объявлением преемника, опасаясь «политической хромоты». В 1962 г. с приходом второй волны технократов у Франко в правительстве появился заместитель — генерал Агустин Муньос Грандес, бывший командир «Голубой дивизии», убежденный фалангист и противник монархии. Если бы с Франко в то время что-то случилось, Муньос, к замешательству всего мира, как минимум на время возглавил бы правительство, а возможно, и государство. Одиозного ветерана на посту заместителя главы правительства сменил покровитель технократов и сторонник монархического проекта адмирал Луис Карреро Бланко.

Опоры режима клонились в разные стороны, и, чтобы Франко мог и дальше рассчитывать на их поддержку, его проект будущего должен был выглядеть компромиссом между интересами разных элитных групп. Согласно органическому закону, разделение постов главы государства и правительства выглядело одной из основ будущего компромисса. Главой государства должен стать присягнувший Франко король, главой правительства — один из соратников диктатора, который будет обеспечивать преемственность политического курса при новом коронованном главе страны. При этом король, который по определению не может устроить всех, не получит полной власти.

Франко давно перестал рассматривать возвращение на трон главы дома испанских Бурбонов — дона Хуана, графа Барселонского. Не только потому, что дон Хуан был либералом, интриговал, а порой и открыто выступал против Франко, но еще и по той причине, что его восшествие на трон выглядело бы возвращением старой монархии по законам престолонаследия. Франко хотел не реставрации, а учреждения новой монархии. Будущий монарх должен был принести клятву верности основным законам режима и признать, что обязан троном не происхождению, а победе националистов в гражданской войне и личному выбору Франко. Вот тогда это будет не восстановленная старая, а новая, франкистская монархия, даже если ее возглавит кто-то из представителей династии.

По совету Карреро Бланко Франко обратил внимание на молодое поколение испанских Бурбонов. Отправляя сыновей в Испанию, дон Хуан понимал, что делает их заложниками отношений династии и диктатуры, но в его глазах шанс вернуть трон того стоил.

В 1956 г. юный Хуан Карлос во время игры с оружием случайно убил своего младшего брата Альфонсо. Это произошло, когда они гостили у родителей в португальском Эшториле. Альфонсо был младше Хуана Карлоса на три года, так что поводов для теорий заговора было немного. И все же после трагической смерти одного принца от руки другого многим казалось, что шансы дона Хуана или Хуана Карлоса занять трон упали до нуля. Люди любят светлые сказки, а не трагедии о принцах: граждане могли не захотеть видеть во главе страны семью, чья история омрачена таким несчастьем, а национальный лидер не станет подбирать из нее преемника.

Незадолго до этого трагического события Франко ответил отказом на просьбу дона Хуана отправить Хуана Карлоса в Лувенский католический университет, находящийся в Бельгии: высшее образование принц должен получить в Испании. Впрочем, даже дон Хуан вынужден был признать, что Франко подошел к обучению его сына ответственно. Патриотическое воспитание и прочая идеология занимали в программе сравнительно скромное место. Хуан Карлос сначала вместе с братом, потом без него учился в специально созданной школе-пансионе с детьми из других семей испанской элиты. Затем он прошел полный курс в военной академии в Сарагосе (которую до войны возглавлял сам Франко) и дополнительные полугодовые курсы в академиях флота и военно-воздушных сил и получил гражданское университетское образование, но уже на дому.

На рубеже 1950-х и 1960-х университеты были слишком пропитаны протестными настроениями, а в 1962 г. Хуан Карлос стал к тому же семейным человеком и не мог жить студенческой жизнью в кампусе, как во время военной учебы. Гражданское университетское образование строилось по той же схеме, что и военное: два года изучения экономики, политики и права и сокращенные курсы агрономии, горного и инженерного дела. Военное образование было ценно и тем, что выпускник давал присягу государству и его лидеру, отдавая себя в распоряжение действующего режима.

Преподавателей на всех этапах отбирали не из числа невежественных фанатиков или крикливых идеологов. Это были люди, лояльные режиму, но рационально мыслящие, с бесспорными профессиональными компетенциями. За программу университетского образования Хуана Карлоса отвечал Торкуато Фернандес-Миранда, невысокий человек с аккуратными усиками, высоким лбом, большими ушами и коротким подбородком, знаток государственного права, недавний ректор университета в Овьедо, а ныне функционер министерства образования.

Миранда был одним из видных интеллектуалов режима. Во время гражданской войны он, как и многие другие, добровольцем присоединился к армии Франко — не потому, что увлекался фашизмом, а поскольку был ревностным католиком и жалел церковь, которую безжалостно разоряли республиканцы. Миранда оказал огромное влияние на Хуана Карлоса и учил его теории государства и права совсем не как будущего диктатора. Он же приучал своего воспитанника к мысли, что во всех законах франкистской Испании имеются пункты, которые позволяют принимать поправки, и таким образом можно изменять законы, не нарушая их.

Другим влиятельным педагогом Хуана Карлоса был Лауреано Лопес Родо, технократ из «Опус Деи», один из инициаторов экономических реформ и правая рука Карреро Бланко в правительстве. По настоянию Лопеса Родо принц три раза в неделю в течение трех лет практиковался в разных отделах министерства финансов. Карреро Бланко и Лопес Родо лоббировали интересы Хуана Карлоса в разных элитных группах, преодолевали сопротивление фаланги, приучали Франко к мысли, что Хуан Карлос — лучший из возможных кандидатов в преемники. Между собой они называли это «операция "Принц"».

Франко и сам не был против кандидатуры Хуана Карлоса. Национальный лидер не имел сыновей, в долгом католическом браке по любви с астурийской аристократкой Кармен