Путь тени - Анастасия Пак

Шериан шел спокойно, безразлично глядя на изможденные лица, изредка среди толпы встречался добротно одетый человек с острым внимательным взглядом и таким же острым кинжалом под темным плащом, он внимательно оглядывал предполагаемую жертву, но проходил мимо. Они живы потому, что умеют хорошо чувствовать опасность и потому что любят ночь, когда любой шорох, любая тень играет тебе на руку, нервируя оглядывающуюся дрожащую жертву.

Неожиданно людская волна покачнулась и издалека донеслись истошные крики, ветер принес удушливый запах дыма.

– Пожар! Пожар! – колыхнулась толпа и понеслась назад. Крики удвоились, стали еще громче и пронзительней. Шериан быстро завернул в проулок, туда же ныряли и другие, не желающие быть растоптанными в этот день, но основная масса проплывала мимо по прямой. Пожары здесь не редкость, сгорит немало хибар прежде, чем огонь будет укрощен и погибнет много людей, не сумевших выбраться из тисков обезумевшей толпы.

Шериан поплотнее прижался к грязной стене и напряженно вгляделся вдаль, уже различая высокое гордое пламя. Здесь пожар – бог и ужас. Ему поклоняются и его боятся, бог и палач, лекарь и убийца.

Нескоро сюда прибудет помощь, ох как нескоро, скорее дадут здесь все уничтожить, разом стереть десятки тяжелых судеб, никчемных жизней. "Надо бы немного переждать и попытаться влиться в поток", – прикинул воин.

– Хотите уйти отсюда, господин? – вкрадчиво спросили за спиной. – Разумеется за вполне приемлемую плату. Скажем, десять золотых, – змеиная улыбка скользнула по бескровным губам.

Шериан посмотрел на бродягу и нахмурился. Было в нем что-то фальшивое, в его ободранной одежде, далеко не дешевой, хороших сапогах, дорогом отточенном оружие.

– Иль подохнуть охота?! – не дождавшись ответа грубо спросил он, улыбки как не бывало.

– Да нет вроде, – медленно ответил воин.

– Вроде – это как? – скривился тот и сплюнул. – Жить что ль надоело, так чего стоишь, вид загораживаешь?! Вон иди и спаси кого-нибудь, помри красивой смертью! Тьфу ты, черт, время мое тратишь. Слышь, а коли помирать собрался, мож пожертвуешь содержимое кошелька на доброе дело? Их-то в огонь за что?

– А с чего ты взял, что я в огонь полезу? – поинтересовался Шериан. – Я никуда идти не собираюсь.

– Ну и дурак, – тихо ответил он. – Ну и стой здесь, щас городская стража понаедет, мигом всех растрясет, так что думай. Предложение в силе.

– Это радует, – улыбнулся воин. Крики становились все истошнее, пламя приближалось с бешеной скоростью, выбираться действительно было пора. – Пошли, – кивнул он проводнику и тот сразу просветлел лицом.

– Нет, ну сегодня будто все сговорились мне нервы потрепать, – пробурчал он. – Нет чтоб сразу сказать, да куда там, стоим, вытрепываемся. Ну пошли, раз собрался, а то не ровен час, передумаешь.

Он пробился сквозь вжавшихся в стены замерших людей к маленькой двери, странным образом сложил руки, нажимая на какой-то угол, обернулся и поманил его за собой.

– Захлопни за собой и закрой на задвижку, – деловито обронил он, – а то щас весь этот сброд сюда попрется, а услуга эта платная, да и не для всех опять же.

Шериан оглядел темную комнатушку без единого окна, с потолка свисали космы паутины, а воздух был насквозь пропитан пылью.

– Эй, приятель, – окликнул его проводник, – поторопись, а то эта дыра будет нам общей могилой, а я, знаешь, компаний не люблю. Так что давай выбираться отсюда.

Он пролез в какой-то полуобвалившийся проем в стене, ведущий в другую заброшенную лачугу, провел его через несколько совершенно одинаковых темных комнат, на миг воину даже показалось, что они идут под землей. Прогнившие ступени трещали под ногами, но проводник шел уверенно, полный мрак ничуть не смущал его, они пару раз куда-то завернули, потом спустились, потом поднялись, снова ступени, заброшенная комната…

– Ну вот и пришли, – удовлетворенно произнес проводник, пнул какую-то дверь и они вывалились на свежий воздух в полутемной улочке. Пожар дымился далеко за спиной, сюда все еще долетали отчаянные крики. Проводник похлопал его по плечу, напоминая о своем присутствии.

– Десять золотых, – он протянул ладонь, внимательно смерил взглядом каждый желтый кружок, попробовал один на зуб.

– Ладно, пойдет, – по его грязной роже расплылась широкая улыбка. – Меня Волком звать, – неожиданно представился он. – Или Серым.

– А есть другие? – поинтересовался воин.

– Мы все здесь ночные волки, – он пожал плечами, – безликая масса но своей сути, но есть и личности, – он сверкнул белозубой улыбкой, странно контрастирующей с грязной физиономией. – Например, я. Так что надо будет чего, обращайся.

– Как я тебя найду?

– Да к любому здесь сунься, – небрежно ответил Волк. – Кто угодно покажет. Нравишься ты мне, парень, так что если что – как меня найти, знаешь. – Он махнул рукой и пошел прочь.

– О, чуть не забыл! – он обернулся на полпути. – Тебя звать-то как? А то меня всякие спрашивают.

– Шериан.

– Приметное имя, – качнул головой Волк, – не забудешь.

Воин посмотрел ему вслед и заприметив улучшающийся вид близлежащих домов пошел по направлению к ним, а там обнаружилась и мало-мальски приличная дорога, хоть и не мощеная камнем, но достаточно широкая после узких загроможденных хламом проулков – явный знак улучшающейся жизни населения. Эта часть города, прилегающая к нищему району хоть и не отличалась особой чистотой и изяществом, но все же давала повод ее жителям относиться к соседям с брезгливостью, забывая о том, что многие их родственники как раз оттуда. С каждым шагом дома раздавались вширь и ввысь, кое-где начала сверкать изощренная архитектура, заменяющая недостаток вкуса ужасающей фантазией, благо средства позволяли – жили здесь в основном купцы, не особо известные, но уже на то претендующие. Ближе к "Харчевне" селились люди почтенные – зажиточные горожане, заморские купцы, просто приезжие, надеющиеся заполучить здесь место получше и как само собой полагающееся – положение повыше, чем у себя на родине.

Шериан быстро поднялся по ступеням и вошел в просторный зал, резко остановился – ощущение чужой силы, слабой, но показной, заставило его вглядеться в полумрак. Пара прищуренных глаз из угла сделала то же самое, в них мелькнуло удивление, потом тень узнавания. Молодой стихийный маг поднялся из-за дальнего стола и пошел ему навстречу. Шериан, пытаясь изо всех сил скрыть накатившее раздражение, принудил себя вежливо ответить на приветствие и последовать за магом к его столу.

– Вот так-так! – воскликнул он. – Капитан личной стражи императора в эдаком захолустье, – говорил он громко, ничуть не стесняясь и из-за соседнего стола местные покосились на них с явной злобой.