Любовь контрабандиста - Барбара Картленд

— Значит, Роза тоже замешана в этом? — перебила его Леона. — Ох, Хьюги, есть ли хоть кто-нибудь, кому удалось вырваться из этого чудовищного замкнутого круга?

— Ты не сочтешь его таким уж чудовищным, — отозвался Хьюго веселым тоном, — когда увидишь результаты вчерашней работы в виде толстой пачки купюр.

Я вынужден был поместить Чарда в свою комнату, поскольку камин дымил так, что бедняга мог задохнуться.

Когда я решил, что он уже улегся спать, я потихоньку улизнул за порог, чтобы посмотреть, что там делается.

Убедившись, что все прошло благополучно и груз полностью вывезен, я предупредил Розу, что собираюсь спать в бывшей детской, и попросил ее приготовить постель, как только она вернется.

— Надо думать, ты не догадался сказать ей, что лорд Чард спит в твоей комнате? — осведомилась Леона.

— Конечно, нет, а зачем? — изумился Хьюго.

— Затем, что Лью обманом заставил меня открыть дверь, и мне пришлось бежать к тебе в комнату за помощью, — объяснила Леона.

Хьюго так и подпрыгнул на кровати.

— Боже праведный! И ты столкнулась с Чардом?

— Да, я застала там лорда Чарда.

— О чем ты с ним говорила? Что ты наделала? Он ничего не заподозрил, ведь так?

Вопросы слетали с его губ один за другим, вместо ответа Леона поднялась с постели и подошла, к окну. Она широко раскрыла решетчатые ставни и встала рядом, задумчиво глядя куда-то вдаль. Отсюда она могла видеть море, отливавшее бледным светом в лучах восходящего солнца, и линию горизонта, настолько слабо различимую, что трудно было определить, где море сливалось с небом.

— Хьюги, так не может больше продолжаться, — промолвила она наконец.

— Не говори ерунды, — отрезал Хьюго. — Мы все погрязли в этом деле по уши, и пути назад нет. Я хочу знать только, догадался ли о чем-нибудь Чард?

— Мне кажется, да.

— Тогда нам придется впредь действовать осмотрительнее. Слава богу, что он пригласил нас на сегодня в Клантонбери. Завтра мы получим, как условлено, очередную партию груза и потом на короткое время затаимся. Выручки от двух последних партий нам хватит, чтобы прочно встать на ноги.

— Ты серьезно рассчитываешь доставить завтра товар на берег? — спросила Леона взволнованно.

— Ну разумеется! — тотчас отозвался Хьюго. — Мы должны не спускать глаз с Чарда в Клантонбери, а Лью будет зорко следить за всем, что происходит здесь. В случае надобности мы можем спрятать ненадолго часть груза в подвалах, если не все лошади успеют вернуться в срок.

Леона резко обернулась, взглянув ему прямо в лицо.

— Только не здесь! Только не в этом доме, Хьюги!

— Почему бы и нет? Груз часто хранился здесь и раньше, и, если Чард вздумает обыскать деревню, он ничего не найдет. Откуда ему может быть известно о существовании потайных подвалов? Он не всемогущ.

— Не знаю почему, но мне кажется, что он может что-то заподозрить. — Леона почти теряла самообладание.

— Что ты сказала ему прошлой ночью? — спросил Хьюго с внезапной недоверчивой ноткой в голосе.

— Ничего насчет груза. Ничего в этом роде, — поспешила успокоить его Леона. — Но я думала, что это был ты. Я просила тебя не позволять Лью преследовать меня.

— Возможно, он не знает, кто такой Лью, — в голосе брата прозвучало сомнение.

— Уверена, что знает, — возразила Леона. — Лью Куэйл давно уже на примете у властей, и, когда здесь последний раз появились драгуны, они искали его.

Они знают его по имени, так же как и люди из береговой охраны.

— Во всяком случае, его им не поймать, — заявил Хьюго. — Во всем Суссексе не найдется человека, будь то мужчина, женщина или ребенок, который согласился бы его предать.

— Ты имеешь в виду, они не осмелятся, — парировала Леона.

Хьюго пожал плечами.

— Не хотелось бы мне оказаться на месте того, кто выдаст Лью, — бросил он небрежно.

Леона вздрогнула и затем спросила:

— Каким образом он забрал отсюда Эндрюса — если так звали раненого?

— Просто вывел его через заднюю дверь, я полагаю.

Там уже ждали двое друзей, готовых помочь ему добраться до дома. Лью сказал мне, что я должен быть тебе признателен и что ему намного лучше.

— Вряд ли стоило его трогать до утра, он, еще не вполне оправился, — заметила Леона.

— Было гораздо разумнее увести его подальше от дома, — резонно возразил Хьюго. — Если бы Чард наткнулся на него, нам пришлось бы плохо. — Он судорожно вздохнул и затем добавил:

— Забыл тебе сказать.

Чард прислал сюда свой экипаж, чтобы доставить тебя в Клантонбери.

— Как он добр! — воскликнула Леона.

— Добр?! — вскричал Хьюго. — Все так, как я и предполагал. Да еще кучера, верховые и слуги, должно быть, застряли на почтовой станции в Уортинге! Для нас чертовски унизительно, когда такой человек, как Чард, вынужден доставлять свой экипаж и своего камердинера вместе с собой из страха обнаружить нашу бедность!

Хьюго говорил с такой горечью, что Леона посмотрела на него широко раскрытыми от изумления глазами.

— Ты думаешь, причина в этом? — спросила она робко.

— Конечно! — воскликнул он в ответ. — И ты не можешь быть настолько глупа, чтобы этого не заметить.

Не думаешь же ты, что особа его круга путешествует без камердинера и, по крайней мере, пары сопровождающих? Но он явился сюда, словно нищий приходской священник.

— Мы могли бы принять у себя его камердинера, — возразила Леона.

— Ну разумеется, — резко бросил Хьюго, — и уйму других слуг в придачу. Но Чард так не считает. О нет!

Он, видите ли, готов терпеть лишения вместе с семейством Ракли. Вот с какого рода оскорблениями мне приходится мириться, Леона. И ты еще удивляешься, что мне нужны деньги! И я раздобуду их любым способом, чего бы это мне ни стоило.

— Ох, Хьюги, неужели это так много для тебя значит? — спросила Леона жалобным голосом.

— Да, очень много! — отрезал он. — Я хочу занять достойное место среди других молодых людей своего возраста. Я хочу иметь возможность прогуливаться по Сент-Джеймсу без опаски попасться на глаза надоедливым кредиторам. Я хочу обладать достаточными средствами, чтобы играть, приобретать породистых лошадей и разъезжать в экипаже, в котором не стыдно было бы показаться на людях. — Он испустил хриплый смешок, в котором не было ни малейшей доли веселья, и продолжал:

— Я хочу, кроме того, позволить себе хоть иногда принимать у себя своих друзей. Что за адская скука каждый раз возвращаться в эту жалкую, полуразвалившуюся, богом забытую лачугу! Вспомни хотя бы вчерашний обед. Даже свиньи и те не стали бы его есть!

И подавал его старый Брэмуэлл, который уже давно одной ногой стоит в могиле.