Три сестры. Анна (СИ) - Дина Сдобберг

одинаковые рамки. Я собиралась вывесить это всё на стене в приёмной аптеки на всеобщее обозрение. Для исполнения своей задумки я ещё и заказала большую уличную вывеску для аптеки. Отвлекаясь от подготовки к проверке на разумность, я размышляла, каким образом мне воскресить дело Саргенсов. Ведь после того, как им владел сорр Фрег, я получала почти что погубленное дело. И пришла к выводу, что мой единственный шанс, это реклама.

Здесь были зазывалы, объявления и рекомендации. Вот и весь набор инструментов. Я, которая вообще и близко не стояла с предпринимательством, вряд ли могу выплыть сама, да ещё и вытащить аптеку, если буду ограничиваться знаниями и умениями Анни. А вот вспоминая потоки рекламы всего и вся, льющиеся с экранов с начала девяностых… Вот только реклама должна быть умной, рассчитанной на возвращение клиента и превращение его кошелька в постоянный источник моего дохода.

А значит будем использовать в рекламе местные реалии.

Здесь огромный вес имеет государство, и все абсолютно приучены к тому, что армия и йерлы получают лучшее. Поэтому, крупным шрифтом на новой вывеске было указано, что моя аптека поставщик лекарственных составов в госпиталя имперских легионов и лекарню городской управы. Причём я просила обязательно указать год. Получалось, что без малого триста лет, аптека Саргенс сидит на договоре с армией и управой. А это просто непредставимые гарантии качества! С этим не сравниться ни один ГОСТ, ни одни ТУ! И я решила это использовать наполную!

А ещё не стоило упускать из вида тот факт, что здесь была магия. И не просто была, а считалась чем-то невероятно ценным. И раз уж я столкнулась с проблемами, связанными с этой самой магией, то будет справедливо, если я же получу и выгоды. Именно поэтому я старательно выверяла самое заметное место для посетителей аптеки, чтобы вывесить туда свидетельства о признании четырёх Саргенсов озарами, и свидетельство об отсутствии дара у меня. Каждый желающий сможет увидеть, что я доказала, что не озар. Но при этом все будут знать, что дар где-то есть в моей крови. А значит, влияет на составы, которые я делаю.

Вечером я пила чай и размышляла о наступающем дне. Открытие аптеки после десяти дней простоя, смена вывески, визиты ательера Антуана и мастера Редкинса…

Сложный и насыщенный день предстоит. А мне нужно ещё и как-то красиво объявить о начале работы аптеки. Вот когда пожалеешь, что не вникала в своё время в весь этот безумный "рынок"!

Глава 24

Утро началось внезапно. Я едва успела закончить с уборкой на кухне после завтрака, когда в парадную дверь уверенно постучали.

Ранним гостем оказался мастер Редкинс с несколькими своими подмастерьями. Один был совсем юн, лет одиннадцать на вид. Любопытный взгляд он пытался прятать за строго и серьёзно сведëнными бровями.

— Внук, — улыбнулся мне мастер, перехватив мой взгляд. — Иии… Фрау, начнём с гостевой, жилой части или рабочей?

— Это как вам будет удобно. В реставрации нуждается весь дом и сразу. Так что думаю не имеет значения откуда начинать, — немного растерялась я.

— Нам нужно разложить инструменты, измерять… Много беготни и шума. Значит, будем мешать работе. Поэтому, аптеку оставим на вечер. Следовательно, начнем с официальной части. — Непонятно, то ли мне, то ли своим помощникам, то ли просто размышлял вслух, произнёс мастер Редкинс.

— Думаю, работы в аптеке сегодня будет немного. Ещё никто не знает, что аптека снова работает. — Улыбнулась я.

— Почему же? — удивился мастер. — Вот, уже с утра в Вестнике Тервеснадана целая полоса.

Взмахнул он газетой, которую видимо читал по дороге.

— Позволите? — попросила я, протянув руку за газетой.

— Конечно, фрау. Но аптеку я рекомендую уже открыть. Когда дождём до личных комнат, я вас приглашу. — Сдержанно улыбнулся мастер.

— Благодарю. День сегодня обещает быть сумасшедшим. Ещё должен прийти ательер, чтобы обновить шторы, скатерти и подобрать оббивку на стулья и кушетки. Ах, да! Ещё и ювенал из управы, чтобы составить иск о задолженности по аренде и требование об освобождении помещения. — Со вздохом перечислила я.

Мастер Редкинс нахмурился, его губы шевелились, словно он что-то жевал.

— Фрау, позволите небольшой совет от привыкшего брюзжать старика? — спросил мастер, склонив голову к плечу.

— Уверена, что мне этот совет пойдёт на пользу, — ответила я.

— Когда придёт ювенал, не уводите его в кабинет или другую комнату. Пусть все, кто будет заходить во время работы ювенала в аптеку видят, насколько вы серьёзно относитесь к делам и закону. Что даже кругом вам задолжавшего кузена вы выгоняете со своей территории при помощи закона! А не самовольно, на что в принципе имеете право. — Произнёс мастер.

— И как скоро такая молва разнесётся по столице? — прищурилась я, стараясь просчитать, все плюсы и минусы для меня от таких разговоров.

— Этого не могу сказать. Но уверен, что любому, кто решит проверить надёжность аптеки Саргенс, как партнёра, это станет известно. Неприятности случаются, фрау. А уважение к чужой собственности даже в таких обстоятельствах, и к закону, не смотря на личность вашего оппонента, весомый плюс к вашей репутации, фрау. — Ответил мне мастер, наблюдая за тем, как его подмастерья уже раскладывали необходимые для замеров и оценки инструменты.

— Спасибо за добрый совет, мастер Редкинс. — Даже присела в благодарственном поклоне перед стариком я.

— Да что уж там, так, брюзжание старого ворчуна. А добрый совет или нет, решает только тот, кто его слышит. — Кивнул мне старик, но было заметно, что ему приятна моя благодарность.

Оставив мастера наедине с проблемами, что создал своим откровенно свинским отношением сорр Фрег, я поспешила в аптеку. До привычного времени открытия оставалось минут двадцать, не больше. А я ещё хотела успеть забежать на кухню за холодным лимонадом для посетителей, ведь погода становилась всё теплее. И ознакомиться с новостями в газете.

Устроившись за стойкой, я открыла газету. Пролистав какие-то статьи о предстоящих балах летнего сезона и прочих увеселениях, что на летнее время перемещались на королевские острова, о громком скандале в академии ювеналов и ещё более громком о назначении леди Дианы Пембрук на должность леди-директриссы закрытого пансиона для девочек озаров, я наконец-то нашла то, о чём говорил фрай Редкинс.

Мне была посвящена целая колонка сразу после главного разворота газеты. Отметив про себя, что место для статьи очень даже престижное, особенно учитывая к какому сословию я отношусь, я углубилась в чтение.

Некто за подписью "сотрудник Дю Морт" не поленился рассказать читателям о семье Саргенсов, упомянув и о озарах в семье, и о