Книга Атруса - Робин Миллер

Они зашагали вниз по склону, скользя по траве. Сначала Атр думал, что они приблизятся к островитянам незамеченными, но когда они оказались на расстоянии сотни ярдов от деревни, послышались крики. Кто-то заметил их. Раздался гул голосов, появились признаки лихорадочной деятельности.

Ген коснулся руки сына, веля ему остановиться.

Атр с тревогой взглянул на него.

– Это опасно? Ген покачал головой.

– Наберись терпения, Атр. Ты явился сюда, чтобы наблюдать, – вот и наблюдай.

Атр замолчал, глядя, как десять высоких мужчин бегут к ним по склону с пылающими факелами в руках.

На расстоянии десяти шагов островитяне остановились, пали на колени и склонили головы перед Геном. Один из них, самый высокий, вскоре поднялся, шагнул вперед, не поднимая головы, и протянул гирлянду желтых цветов, пробормотав на ломаном Д'ни:

– Добро пожаловать, повелитель. Твое жилище готово.

В трепещущем свете факелов Атр разглядел, во что одет островитянин – в грубое, сотканное вручную подобие плаща Гильдии!

– Хорошо. – Ген наклонился, позволяя мужчине повесить ему на шею гирлянду. Затем, выпрямившись, приказал: – Собери жителей деревни. Я буду говорить с ними.

– Слушаюсь, повелитель! – Островитянин с любопытством взглянул на Атра темными блестящими глазами.

– А теперь веди нас, – повелительным и суровым тоном потребовал Ген.

Они зашагали по узкой улочке между низких, но просторных хижин с островерхими тростниковыми крышами. Деревянные стены хижин поднимались на фундаментах из больших, обтесанных каменных глыб. Искусно сплетенные мосты с деревянными настилами слегка покачивались над их головами. Достигнув озера, Атр увидел, что по земле здесь протянулись дощатые тротуары, в камне вырублены ступени, ведущие вниз, к причалу. Опорой ему служили сотни длинных свай, врытых в дно озера. У причала покачивались крепкие на вид рыбачьи лодки с убранными мачтами и свернутыми парусами.

Люди сбегались отовсюду – мужчины, женщины, дети. Все они были бледнокожими, коренастыми, закутанными в бурые плащи. Волосы у них были светлыми и прямыми, напомнившими Атру солому.

Чуть дальше в камне был прорублен канал, соединяющий озеро с открытым морем. Канал был неширок – по нему едва могла проплыть одна лодка. Через него островитяне перекинули крепкий деревянный мост.

На другом берегу вновь начался подъем. На вершине узкого гребня, за которым возвышался склон более высокого холма, находилось нечто вроде хижины для собраний размером гораздо больше, чем остальные строения деревни. Пока они перебирались через канал по мосту и поднимались на склон, Атр видел, как впереди один за другим вспыхивают огоньки, освещая гирлянды, подвешенные между деревянными столбами перед хижинами.

Позади молча следовали жители деревни, факелы в руках освещали путь.

Приблизившись к хижине, Ген повернулся лицом к толпе, числом не менее двух сотен человек.

– Люди Тридцать Седьмой Эпохи! – громко произнес он, и эхо на тысячу ладов повторило его голос. – Перед вами мой сын Атр. Я решил, что мы некоторое время побудем с вами. Пока Атр здесь, вы должны оказывать ему такой же почет, как и мне.

Атр удивленно покосился на него. Впервые он слышал от отца подобные слова. Но Ген продолжал:

– Вы должны давать ему все, что он пожелает, выполнять все, что он прикажет. Понятно?

– Понятно! – в один голос ответили островитяне.

– Вот и хорошо, – заключил Ген и повелительным жестом поднял левую руку, отпуская людей, а затем повернулся к Атру: – Идем со мной.

Атр замешкался, глядя, как рассеиваются в темноте, спускаясь вниз по склону, жители деревни, а затем вошел вслед за отцом в хижину.

Внутреннее убранство хижины оказалось знакомым: оно напоминало молельни, которые он видел внескольконате огромный деревянный стол, напоминающий стол в кабинете Гена.

Атр заметил, что Ген с насмешливой гримасой наблюдает за ним.

– Хочешь узнать, зачем я привел тебя сюда?

Помедлив, Атр кивнул.

Ген прошел к столу и сел в кресло, а затем взял в руки длинную узкую книгу, лежащую среди других книг.

– Дело в том, Атр, что я привел тебя сюда по множеству причин, но главным образом – чтобы ответить на твои настойчивые вопросы о том, как создавать Эпохи. Мне хотелось испробовать на практике твои теоретические познания. Здесь будет храниться твоя записная книжка – в нее ты занесешь все наблюдения об этом мире. – И он протянул книжку Атру. – И кроме того, я хочу, чтобы ты многое испытал сам и научился рассуждать непредвзято. Я хочу, чтобы ты собственными глазами увидел благоговейный страх, с каким к нам относятся жители Эпох.

– Благоговейный страх?

– Да, Атр, страх. Так и должно быть, разве мы не божества? Разве эти люди не обязаны нам своим существованием? Скажи, неужели они оказались бы здесь, если бы я не испещрил словами чистые листы бумаги?

Ген помолчал.

– Некоторое время ты побудешь здесь и понаблюдаешь за этой Эпохой, постараешься увидеть как можно больше. Это поможет тебе, когда ты начнешь творить сам. Ты будешь жить у одной из местных жительниц – у старухи, муж которой умер несколько лет назад. Будь с ней вежлив, но соблюдай дистанцию. Ты понял?

– Да, понял. Ген откинулся на спинку кресла.

– Хорошо. Тогда иди. Мой слуга ждет снаружи, он проводит тебя.

Слуга молча шагал впереди Атра, высоко подняв церемониальный факел с вырезанными на рукоятке символами Д'ни. Островитяне падали на колени и склоняли головы, когда Атр проходил мимо, а влед ему летел негромкий боязливый шепот.

Они прошли по тропинке через деревню, а затем свернули налево и поднялись по узкой лестнице между двумя хижинами с островерхими крышами. Впереди виднелся лишь темный, освещенный луной склон холма.

Проводник шагал медленно и торжественно, словно возглавлял пышное шествие.

Атр оглянулся на озеро, отыскал мост, а за ним, в темноте, – хижину отца. Позади нее, освещенный фонарем изнутри, стоял низкий длинный шатер. Пока Атр рассматривал шатер, из хижины появился Ген и вошел под полотняный навес.

Атр отвернулся. Впереди, чуть левее, у вершины холма, появился огонек. По мере того как путники приближались к нему, огонек рос, освещая силуэт хижины, примостившейся на склоне у самой вершины. Свет исходил из открытой двери.

В освещенном прямоугольнике двери появилась фигура, мгновение постояла на пороге и шагнула вперед, растворившись в темноте.

Свет факела проводника упал на крыльцо хижины и осветил старуху. Как и остальные жители деревни, она была облачена в простую одежду из грубой домотканой материи. Ее волосы густыми седыми прядями обрамляли морщинистое лицо, светясь подобно нимбу. Такой старой женщины Атру еще не доводилось видеть.