Кровавый дракон - Андрей Вячеславович Шевченко

когда шар приблизится, и повёл кончиком шеста, изменяя направление движения боевого заклятья. Шар брызнул каплями расплавленного камня, оставив на стене заметную вмятину.

— М-м, неплохо. А что ты скажешь на это?

Новое творение мастера выглядело, как клубок шерсти с торчащими из него спицами. Только вместо шерсти было пламя, а вместо спиц — крохотные, но явно злые молнии. Старик двинул это страшилище в Дилля, и ему пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы в последний момент не дрогнуть. Магическая «подушка» на торце посоха отклонила шар… но не совсем. Когда шар пролетал мимо Дилля, молнии вдруг из крохотных превратились в длинные и извилистые. Они оказались действительно злыми, а какие ещё могут быть молнии у четырёхсотлетнего мага?

Его затрясло, как в лихорадке, внутренности едва не превратились в наружность, а в голове воцарилась пустота. Когда последствия электрического удара прошли, Дилль с трудом поднялся на ноги и потряс онемевшими руками.

— Не забывай, что электричество может достать тебя, — как ни в чём ни бывало сказал мастер. — Твоё счастье, хе-хе, что мы учимся — настоящий боевой шар оставил бы от тебя лишь обугленный скелет. Поэтому рекомендую даже при работе с посохом держать универсальный щит. А в целом ты молодец.

— Просто я переименовал «подушку» в легендарный щит, как вы и советовали, — криво усмехнулся Дилль и поморщился от привкуса крови во рту. — Мастер, если я буду держать щит, то как мне орудовать посохом? Щит ведь не выпускает изнутри энергию.

— Делай полупрозрачный щит, — как нечто само собой разумеющееся выдал старик. — Он отразит внешнюю энергию и не будет сдерживать твои атаки.

Дилль подавил раздражение и спокойным голосом сказал:

— Мастер, вы мне ещё не показывали, как делается полупрозрачный щит.

— Не знаю, сумеешь ли ты, — с сомнением в голосе сказал старик. — Это ведь тебе не кровавого дракона в небо запускать.

— Пока не попробуем — не узнаем, — с наигранной бодростью проговорил Дилль.

— Главная опасность при создании полупрозрачного полога — это его близость к магу, — почесав гладкую голову, сказал старик. — Понимаешь, хех, если ты ошибёшься, то твоё собственное заклинание, не пройдя сквозь щит, сработает. И сработает на расстоянии вытянутой руки от твоего драгоценного тела.

Дилль представил себе, как рядом с ним взрывается такой же шар, каким он разгромил половину медитативного зала, и поёжился. Да от него и щепоти пепла не останется.

— Поэтому ты должен быть на сто процентов уверен в себе, когда решишься сделать такой щит. Я тебе сейчас объясню принцип, а потом ты начнёшь с малого светового шара. Даже если он и вспыхнет в тебя под носом, то от временной слепоты ещё никто не умирал, — и, строго поглядев на ученика, Иггер погрозил пальцем. — А если ты хоть раз зажмуришься, я на тебя наложу заклятье, и будешь ты неделю ходить с широко распахнутыми удивлёнными глазами.

Дилль поклялся не закрывать глаз. Потому что врачеватели, которых в Академии пруд пруди, пусть и не сразу, но смогут восстановить зрение, а вот как спать с открытыми глазами он не представлял.

* * *

В кабинете главы Академии проходило заседание совета наставников. В отличие от заседаний Совета высших магов, когда все участники должны присутствовать в парадных мантиях и сидеть на строго определённых согласно иерархии местах, сейчас наставники были обряжены кто во что горазд, а сидели там, где им показалось удобнее. У стены на мягком диване расположились мастера Китан и Росс — оба в рабочих мантиях. В кресле, закинув ногу на ногу, сидел мастер Оквальд в голубом тренировочном костюме свободного покроя. Смотритель Криан зевал в углу кабинета. Тройка мастеров, назначенных гроссмейстером ответственными за работу с муарами, сидела на мягких стульях, а сам Адельядо находился за своим столом. Общую непринуждённую обстановку подчёркивали винные бутылки и семь хрустальных бокалов, стоящих на круглом столике у огромного окна.

— Ну-с, начнём, — гроссмейстер посмотрел на наставника Теовульфа. — Мастер, ваше мнение.

Мастер Росс, не поднимаясь с дивана, неспешно заговорил:

— Адепт Теовульф по моим расчётам овладел воздушной стихией на уровне, достаточном для присвоения ему звания магистра. Заметьте, я говорю о силе его способности, но не о знаниях. Знаний ему, разумеется, для магистерской степени не хватает. Для адепта, который не проучился и года, он весьма успешен. Во-первых, он освоил полёты. Мастер Гвинард по каким-то своим причинам не пожелал развивать у адепта эту способность.

— Когда изловим Гвинарда, мы обязательно спросим об этом, — мрачно пообещал Адельядо. — Извините, мастер, продолжайте.

— Так вот, у Теовульфа наблюдались перебои в работе воздушных заклятий. После тщательного обследования я обнаружил, что иногда его организм вступает в резонанс с заклинанием, в результате чего заклинание прекращает работу. Причину этого, к сожалению, выявить я не сумел. Думаю, для этого потребуется работа целой коллегии мастеров-врачевателей. Предполагаю, эта аномалия каким-то образом связана с тем, что человек он только наполовину — всё-таки, вампиры — существа из другого мира.

Мастер Росс сделал паузу, словно собираясь с мыслями.

— Я когда-то читал о схожей проблеме и рекомендовал адепту работать не с собой, а с предметами. Это помогло. Теовульф, воздействуя на обычную доску, сумел легко взлететь. Из двадцати шести попыток сбой произошёл лишь однажды, да и то, потому что адепт отвлёкся. Могу утверждать, что полётная дисциплина им освоена.

— Я видел, что он вытворяет на своей доске, — хмыкнул Оквальд. — Ему бы в бродячий цирк — от зрителей отбоя бы не было.

— Мастер Оквальд, — немедленно ощетинился наставник Тео, — оставьте ваши инсинуации.

— Вы меня неверно поняли, — примирительно сказал Оквальд. — Я всего лишь хотел подчеркнуть, что удивлён успехами вашего ученика в полётной дисциплине.

Мастер Росс посверлил взглядом насмешника и продолжил:

— Боевые заклятья оставляют желать лучшего, но требовать большего от адепта первого года обучения — неправильно. Пока что он освоил лишь заклятья одиночного урона второй степени. Ни заклятья массового урона, ни увеличение поражающей мощности я пока не планирую ему преподавать. Не считаю, что его способностей хватит. Зато защитные заклятья у Теовульфа очень необычные. Стандартный воздушный щит у него получается неимоверно крепким. Опытным путём я выяснил, что адепт может отражать даже предметы с высокой энергией движения. Например, арбалетные болты. Думаю, он и выстрел из баллисты выдержит — не проверял, так как баллисты в Академии нет.

— Если желаете, можем доставить, — заметил Адельядо.

— В этом нет необходимости, — отмахнулся Росс. — В конце концов, он и сам выяснит это. Что самое интересное, его щит держит мощные удары, зато спокойно пропускает мелкие предметы с низкой энергией движения. То есть, небольшой камень легко преодолеет защиту адепта. Урона, конечно, такой камень не нанесёт, но ведь на него могут быть наложены какие-нибудь зловредные заклятья. Это — очевидный минус, потому что воздушный щит никак не препятствует проникновению любых магических заклятий. Ещё из плюсов — адепт освоил защиту посохом на уровне первой и второй степени.

Мастер Росс пригладил седую бороду и закончил:

— Кроме того, у адепта наблюдается склонность к работе с электрическим полем. Я много раз наблюдал, как в его воздушных вихрях спонтанно возникают электрические разряды. При развитии этой способности адепт однозначно перейдёт в разряд боевых магов.

— Спасибо, Росс, — сказал гроссмейстер Адельядо. — Поскольку мастер Иггер не может присутствовать здесь по причинам, всем вам хорошо известным, вместо него об адепте Диллитоне расскажу я. Самый необычный адепт за последние… лет шестьсот, наверное… обладает драконьей магией и ярко выраженной склонностью к огненной стихие. Повторю за мастером Россом — адепт Диллитон, как и адепт Теовульф, уже сейчас перерос все ученические ступени. По силе дара, разумеется. Мощь его, по словам мастера Иггера, находится на уровне хорошего боевого мага времён Величайшей битвы.

Лица некоторых из присутствующих вытянулись от удивления, а мастер Стефан даже присвистнул.

— Да, да, этому способствует драконий дар. Наш адепт вытворяет такие вещи, что не каждый архимаг с пятидесятилетним стажем способен их повторить. Итак, под руководством мастера Иггера адепт развил свои атакующие заклятья до стабильного третьего уровня одиночного урона. В отдельных случаях, когда он сильно сердится, заклятья приобретают огромную поражающую силу. Мастер Китан после расскажет, во что превратился его медитативный зал после тренировки адепта Диллитона. Кстати, этот болван — я имею в виду адепта, едва не погиб при этом. В активе Диллитона огненная магия, энергетическая атака и, как