Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

в озере полотенце и вытерла рвоту с его лица, груди и живота. Потом обняла компаньона и прижала к себе.

— Обопрись спиной на борт, Шон. Тебе сразу станет легче. Все в порядке, я с тобой. Сиди спокойно, я о тебе позабочусь. — Максвелл смахнула было слезы — на этот раз слезы счастья, — но они безостановочно текли, и спасительница прекратила с ними бороться. Какие мелочи! Сейчас ей хотелось кричать от радости.

— Что случилось? — еле слышно спросил Кинг. — Что здесь происходит?

— Помолчи, Шон, побереги дыхание. «Скорая помощь» будет здесь с минуты на минуту.

Она присела рядом и, положив его голову к себе на колени, стала укачивать как ребенка. Детектив открыл глаза.

— А ты как? Ты в порядке?

Только в эту минуту Мишель поняла, что преступник все-таки достал ее. И сообщила об этом не боль, которой Максвелл поначалу не почувствовала, а струившаяся по руке кровь. Молодая женщина нащупала в рукаве блузки дырку, которую проделала пуля, а потом, тоже на ощупь, исследовала ранение, оказавшееся, по счастью, поверхностным. Оторвав нижнюю часть рукава, она перетянула руку чуть выше раны, чтобы остановить кровотечение.

— Мишель, ты в порядке? — снова спросил Кинг. На этот раз он говорил более твердо, хотя от слабости у него едва ворочался язык и закрывались глаза.

— Еще в каком! В жизни не бывало лучше, — солгала Максвелл.

Глава 69

— Кто-то заблокировал вентиляцию отопительной системы, Шон, — сообщил Тодд Уильямс детективам в госпитале. Шеф полиции приехал туда в сопровождении двух своих помощников и Сильвии. — Из-за этого угарный газ прямиком шел в вашу каюту. Вам здорово повезло, что Мишель вовремя добралась до вашего дома.

— Чуть не опоздала. — Максвелл покосилась на обмотанную бинтами раненую руку, висевшую в повязке на груди.

Кинг укоризненно посмотрел на нее с больничной койки.

— Почему ты сказала мне, что у тебя все в порядке? Сомнительно, что пулевое ранение в руку — это полный порядок.

— Ерунда. Пуля прошла по касательной, лишь оцарапав кожу.

— Нет, не ерунда. Потенциально выстрел был опасный, — произнесла Сильвия, вступая в разговор. — Заметьте, рана на внутренней стороне руки. Дюйм в сторону — и пуля попала бы в торс, причинив куда больший ущерб.

Мишель отреагировала на чрезмерную, по ее мнению, озабоченность врача небрежным пожатием плеч и осведомилась:

— Кстати, пулю или стрелка нашли?

— Ни пули, ни стрелка, — ответил Уильямс. — Пуля, по всей видимости, лежит на дне озера. Стрелок же бесследно исчез.

— Все-таки один положительный момент во всем этом есть, — бросил Кинг, и присутствующие как по команде посмотрели на него. — Если этот парень решил от меня избавиться, значит, мы подобрались к нему довольно близко.

— В любом случае, сидя здесь, его не поймаешь, — посетовал Уильямс.

Когда шеф с помощниками удалился, Сильвия повернулась к Шону.

— Ты не должен возвращаться на лодку. Переезжай ко мне. У меня полно места.

Мишель подошла к Диас и твердым голосом отчеканила:

— Он переедет ко мне в коттедж. Уж я точно смогу о нем позаботиться.

Кинг посмотрел на женщин.

— Она права, Сильвия. Ты сейчас нарасхват, и сиделки из тебя не получится. Впрочем, я не особенно в ней нуждаюсь, поскольку чувствую себя хорошо.

Максвелл покачала головой.

— Ты слышал, что сказал доктор? Несколько дней постельного режима и никаких волнений.

— Совершенно верно. Тебя накачали кислородом, поэтому тебе кажется, что ты уже поправился. При всем том организм перенес сильнейший шок, и если ты сразу приступишь к работе, в скором времени снова окажешься на больничной койке. — Диас посмотрела на Мишель и добавила: — Вам тоже необходимо поберечься.

— Не беспокойтесь. Ничего со мной не случится.

Сильвия обняла Кинга за плечи, прошептала что-то ему на ухо и ушла.

— Что она тебе сказала? — спросила Мишель.

— Я не имею права на маленькие личные тайны?

— У тебя не должно быть от меня никаких тайн. Я только что спасла тебе жизнь. И заметь: это происходит не в первый раз!

Шон вздохнул.

— Ну, она сказала, чтобы я не смел больше так ее пугать…

— Только это?

— Извини, если не угодил. Полагаю, тебе хотелось бы услышать отчет о том, сколь бесконечно она меня любит, не так ли? Вынужден тебя разочаровать. Чтобы подобные разговоры имели место, даму необходимо как минимум три раза сводить в ресторан, один раз — в кино на последний сеанс, ну и основательно потискать, разумеется.

— Опять умничаешь? Значит, тебе и в самом деле полегчало…

— Слушай, а мы не можем убраться отсюда прямо сейчас?

— Врачи сказали, что хотели бы еще немного понаблюдать за тобой.

— Чтоб их черти взяли! Мне хочется одного: подышать свежим воздухом, — а где он, спрашивается, в госпитале?

— О'кей. Пойду узнаю, что тут можно сделать. Но предупреждаю: даже если тебя отпустят, первым делом нам придется съездить к тебе за вещами.

— А ты сможешь водить машину с такой рукой?

— И водить смогу, и стрелять. Судя по тому, как складываются обстоятельства, оба этих умения нам очень пригодятся, причем в самом ближайшем будущем.

Когда они часом позже вышли на парковочную площадку перед госпиталем и двинулись к пикапу Мишель, Кинг не без иронии произнес:

— По крайней мере на этот раз злодеи не взорвали мой дом.

— Я восхищаюсь мужчинами, способными видеть во всем светлую сторону.

— Теперь мне осталось справиться лишь с одной проблемой.

Максвелл, придя в смущение, искоса посмотрела на него.

— Это с какой же?

— Выжить в том бедламе, который царит у тебя дома!

Едва рассвело, когда Салли Вэйнрайт поднялась с постели и стала собираться на работу. Что бы ни случилось, лошадей необходимо накормить, выездить и вычистить. Не говоря уже о чистке конюшни, уборке навоза, ремонте сбруи и седел, а также о тысяче других дел, которые должен сделать грум в течение рабочего дня. Салли раньше всех поднималась и раньше всех ложилась. Но сегодня она собиралась не так быстро, как обычно, поскольку вчера до позднего вечера разговаривала с Кингом. Признаться, она опасалась последствий этого разговора, но соглашалась с детективом в том смысле, что поступила правильно, рассказав ему обо всем. По крайней мере теперь все узнают, что Джуниор ни в чем не виновен.

Одевшись, девушка вышла в холодное прозрачное утро и быстрым шагом двинулась в направлении конюшни. Подойдя к первому стойлу и протянув руку, чтобы открыть его, она задалась вопросом, долго ли ей еще здесь работать. Из всего семейства Бэттл верховыми лошадьми пользовались только Саванна и Эдди, но с отъездом Саванны, о чем в последнее время говорили все чаще, содержание