Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

прорезал тьму, когда Максвелл подкатила на своем «Белом ките» к плавучему дому Кинга. Выбравшись из кабины, прошла по сходням на борт и спустилась по трапу к двери кубрика.

— Шон! — крикнула она, ударив кулаком в дверную створку. — Ты дома? — Оглядевшись, она заметила стоявшую на парковке машину Кинга и вновь воззвала: — Шон!

Потом подергала за ручку двери, но дверь оказалась запертой изнутри. Выйдя на палубу, Мишель обошла вокруг плавучего дома и заглянула в иллюминатор, который, она знала, являлся окном спальни напарника. Ничего не увидев, постучала костяшками пальцев в стекло.

— Шон! — крикнула Максвелл снова, так как ей показалось, что из спальни донесся какой-то звук. Она прислушалась. Звук повторился и напомнил Мишель болезненный стон.

Вернулась бегом к двери кубрика и толкнула ее плечом. Дверь не поддалась. Тогда детектив отошла на несколько шагов и, выставив плечо вперед, с разбегу протаранила дверь, вложив в удар всю силу тренированного тела. Не слишком прочный замок сломался, и дверь распахнулась. Выхватив из кобуры пистолет, Мишель ворвалась в помещение и сразу же ощутила свинцовую тяжесть атмосферы в комнате, что только увеличило владевшее ею паническое чувство. Откуда-то снизу доносился тихий вибрирующий звук, напоминавший гудение, источника которого она не понимала. Задыхаясь, влетела в спальню Кинга, задевая попутно в темноте какие-то предметы, и поднесла руку к выключателю. В следующее мгновение комната осветилась.

— Шон! Шон?!

Попыталась растолкать его, но у нее ничего не получилось. Тогда Максвелл стащила напарника с постели и, протащив по каюте, коридору и трапу, выволокла из кубрика на палубу. Это усилие из-за недостатка кислорода в воздухе каюты стоило ей большого труда, и она, оказавшись на улице, некоторое время хватала ртом воздух, пытаясь отдышаться. Потом посмотрела на напарника. Он лежал на палубе без движения, а его лицо в свете фар казалось багровым. Отравление угарным газом, подумала Мишель и, склонившись над Кингом, начала делать ему искусственное дыхание «рот в рот». При этом, переводя дух, выкрикивала:

— Дыши, Шон! Дыши, чтоб тебя черти взяли!

Максвелл не жалела усилий. От частых глубоких вдохов у нее начался озноб и закружилась голова, но она, не обращая внимания на мелкие неудобства, продолжала работу.

— Вздохни, Шон, ну пожалуйста! Хотя бы разок. Сделай это для меня, малыш, умоляю… И не вздумай умирать, сукин сын! Я тебе этого не прощу.

Прервав на секунду манипуляции, Мишель пощупала пульс Кинга, а затем, расстегнув рубашку, приникла ухом к его груди. Биение сердца едва прослушивалось, и она, вогнав в партнера очередную порцию воздуха, выхватила из кармана мобильный телефон, набрала номер 911 и вызвала «скорую». Потом продолжила делать искусственное дыхание, готовясь в случае необходимости приступить к массажу сердца. По счастью, сердце Кинга, хотя и тихо, продолжало биться. Если бы его легкие вышли из пассивного состояния и хотя бы раз самостоятельно расширились, набирая воздух, он был бы спасен. Но несмотря на все усилия Мишель, которой начало уже казаться, что она сама вот-вот упадет в обморок, напарник оставался совершенно неподвижным.

«Он как мертвый, возможно, уже умер. Неужели я проиграла?»

— Прошу тебя, Шон, не сдавайся, не умирай… Я здесь, рядом с тобой, хочу помочь тебе… Ты все преодолеешь, справишься с этой напастью, ты не умрешь, я это точно знаю.

Она вновь закачала в легкие детектива очередную порцию воздуха, стремясь заставить их расшириться и работать самостоятельно. При этом повторяла про себя как молитву, что ничего еще не потеряно и надо продолжать делать искусственное дыхание, пока не приехала «скорая помощь».

— Ты справишься, Шон. Ты выживешь. Твое время еще не пришло, не пришло — слышишь меня? Ты мне очень нужен — не смей оставлять меня в одиночестве!

Снова и снова Мишель прижималась губами к его губам, а делая перерыв, чтобы отдышаться, ругалась и проклинала его. Требовала, чтобы он держался, жил дальше, начал дышать сам. Пыталась криком и ругательствами пробиться к его сознанию, в каком бы измерении оно в данный момент ни находилось.

— Оставайся со мной, Шон… Оставайся со мной… Верь мне, твое время еще не пришло. Дыши, Шон, чтоб тебя черти взяли!..

Наконец, очень медленно, Кинг начал возвращаться в этот мир. Неожиданно его грудь судорожно поднялась и опала, потом еще раз поднялась, снова опала, затем его дыхание, хотя очень тяжелое и поверхностное, стало обретать некое подобие регулярности, а багрово-красное лицо словно просветлело. Мишель сбегала на кухню за водой, набрала в рот и опрыскала лицо и голову напарника. Черт, и куда только запропастилась проклятая «скорая помощь»? По идее она давно уже должна прибыть на место. Молодая женщина знала, что, хотя в положении Кинга наметился определенный прогресс, его состояние могло измениться в худшую сторону в любой момент. Максвелл, кроме того, опасалась, что длительная нехватка кислорода могла самым пагубным образом отразиться на состоянии мозга. Отогнав в следующий момент эти неприятные мысли, она продолжала колдовать над напарником, возвращая к жизни.

Окатив Кинга последней порцией воды из чашки, она хотела было сбегать на кухню за новым запасом, как вдруг, опустив глаза, замерла, словно обратившись в статую. На торсе между грудей высветилась алая точка лазерного прицела, остановившаяся в следующее мгновение точно над сердцем.

На этот раз она не колебалась ни секунды, поскольку в сознании была свежа еще память об аналогичных играх с убийцей в недостроенном доме Джуниора. До сих пор преступнику удавалось опережать их с Кингом на шаг, это не говоря уже о том, что в прошлый раз он сумел превратить их в безвольных исполнителей своих приказов. Сказав себе мысленно, что это больше не повторится, Мишель молниеносным броском уклонилась от лазерного прицела, выхватила в движении пистолет и открыла частый огонь в том направлении, где, по ее мнению, мог укрываться злодей, забравший столь многое у столь многих.

В следующий момент Максвелл упала на палубу судна, перекатилась, добралась до борта, послужившего ей защитой, выбросила нажатием на кнопку опустевший магазин и вставила новый. Затем, дослав патрон в патронник, осторожно выглянула из-за края борта и осмотрелась. Преступника она не заметила, зато услышала быстро удалявшийся от лодки звук шагов бегущего человека. Мишель хотела было перепрыгнуть через борт и устремиться за ним в погоню, как с места, где она оставила Кинга, послышался громкий стон. Забыв в ту же секунду и о преступнике, и о своем намерении изловить его, Максвелл бросилась к напарнику. Детектив пытался присесть, содрогаясь всем телом и судорожно кашляя. Наконец ему удалось принять вертикальное положение, после чего началась сильная рвота. Мишель намочила