Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

Уже выехав из-за ограды, он начал беспокоиться. Взрыва все не было и не было. Все сроки вышли.

— Чего они там ждут? Не любопытные что ли? Я же сказал, что часы прежде завести ну…

И тут бабахнуло!

Ба-а-а-ах! Позади него раздался громкий хлопок!

* * *

Михаил Павлович Мирский махнул рукой, отпуская своего помощника. Высокий офицер, затянутый в щегольской черный мундир, молодцевато щелкнул каблуками сапог и отвесил короткий поклон. И, придерживая ножны палаша, пошел в сторону экипажа.

— Что-то подозрительно тихо, — в задумчивости проговорил шеф столичных жандармов, вслушиваясь в «висевшую» в доме тишину. Необычно, что и говорить. — Катя что ли еще не пришла… Эта егоза давно бы уже прибежала, — улыбка сама собой появилась на губах, едва только про дочь вспомнил. — Странно.

Недоумевая, начал подниматься по лестнице на второй этаж. Там был личный кабинет супруги, где она частенько пропадала. Возможно, и сейчас там с чем-то возилась.

— Нет, кто-то все-таки есть в доме…

На последней ступеньке мужчина остановился, услышав какой-то странный звук. Чей-то разговор, кажется. И, вроде бы, голос супруги узнал.

— … Все, сударыня, разговор окончен! — действительно, это был голос супруги, Анастасии Мирской. Причем, в ее голосе отчетливо слышались недовольные нотки. — И не смей повышать на меня голос. Как я сказала, так и будет…

У Мирского брови удивленно поползли вверх. Он даже и не ожидал, что его супруга могла таким тоном говорить. Причем ее голос доносился из комнаты дочери, что было очень и очень странным.

— … Как ты, вообще, могла так себя вести⁈ Этот человек совсем не нашего круга, — слово «человек» женщина произнесла таким тоном, словно это было какое-то ругательство. — Ты, вообще, никаких дел не должна с ним иметь! Никаких! Держись от него на расстоянии выстрела! Я понятно говорю?

Мужчина недоуменно покачал головой. Что это еще такое? С кем это его дочь не должна встречаться?

Он подошел к комнате и, толкнув дверь, оказался внутри, где застал весьма живописную картину: его дочь с заплаканными глазами стояла у окна, а супруга с недовольно сдвинутыми бровями нависала над ней.

— Что тут происходит, мои хорошие? Дочь? Анастасия? — Мирский переводил взгляд с одной фигуры на другую. А обе почему-то молчали, насуплено поглядывая в ответ. — Я жду.

После недолгого молчания женщина переменила позу. Повернулась к мужу и недовольно произнесла:

— Наша дочь ведет себя просто возмутительно. Молодая особа ее круга не должна якшаться со всяким… э-э сбро… — не договорив, она запнулась, но сразу же продолжила. — Представляешь, Миша, — ее глаза горели настоящим возмущением. — Она сказала, что ей нравится тот мальчишка! Ну, тот самый… приютский.

До Мирского наконец-то дошло, что хотела сказать супруга. Она возмущалась тем, их дочь проявила интерес к этому странному парнишке, Рафаэлю Мирскому. Вот же Анастасия дур…

— Так, дамы! — теперь уже пришла его очередь строго сдвинуть брови. Причем это у него очень хорошо получалось. По крайней мере, некоторые жутко бледнели при виде него, а кое-кто, вообще, без чувств падал. — Катерина, приведи себя в порядок. Не приличествует юной леди выходить к столу в таком виде. Как будешь готова, спускайся в столовую ужинать. А с вами сударыня нам нужно серьезно поговорить.

Взяв супругу за локоть, он вывел ее в коридор. Плотно прикрыл дверь в комнату дочери, и начал непростой разговор:

— Анастасия, что это сейчас такое было? Признаться, я тебя совсем не узнаю. Что плохого в том, что она общается с тем молодым человеком? Все дело в том, что он незнатного происхождения? Я правильно тебе понимаю?

Женщина, являя собой холодность и неприступность, плотно сжала губы.

— Значит, я прав, и все дело в его незнатном происхождении, — с тяжелым вздохом, мужчина покачал головой. — Вижу ты уже забыла, кем был твой отец, твой дед, а до этого его дед. Ведь только именно твой батюшка получил потомственное дворянство благодаря своим капиталам. Что молчишь?

Анастасия продолжала молчать. Хотя остро чувствовалось, что она едва сдерживалась, чтобы не нагрубить ему.

— А ты, вообще, хорошо подумала, когда запрещала дочери общаться с ним? И не надо смотреть на меня так. Я не страдаю излишним либерализмом. Напротив, я практик до мозга костей, — Мирский выразительно постучал себя по лбу. — Ты знаешь, что сегодня высочайшим указом Его императорского Величества этому самому юноше будет даровано личное дворянство⁈ А может быть слышала, что на самом верху очень озаботились его судьбой? Поговаривают, сама Ее императорское Величество выразила желание встретиться с ним и расспросить его о героическом поступке. Ты, вообще, понимаешь, как высоко этот юнец может взлететь⁈

Глава 8

* * *

По улице несся, как угорелый, высокий плотный парень. Мелькали высокие башмаки, за спиной развевались полы модной куртки апаш. Прохожие с удивлением расступались в стороны и еще долго провожали его взглядом, с осуждением что-то бормоча ему вслед.

Витян, а это был именно он, уже оказался у кирпичной стены, отделявший от проспекта городской парк. Одним махом «взлетел» на стену и тут же слетел вниз. Оказавшись на той стороне, рванул дальше. Гигантскими скачками перескакивал через красочные цветники и газоны, проламывался через декоративные изгороди.

Дыша, как загнанная лошадь, вырвался из-за парка. Сил уже почти не было. Обеими руками вцепился в фигурные чугунные ворота, едва не повиснув на них.

— Б…ь, сдохну щас… — харкнул он себе под ноги с таким видом, словно собрался все нутро выплюнуть. — Черт, черт… Точно сдохну.

Снова харкнув тягучую слюну, парень оторвался от ворот и поковылял дальше. До дома его тетушки оставалось чуть более версты, но медлить было никак нельзя. Нужно было попасть к ней, как можно скорее.

— Тетушка⁈ Тетушка⁈ — Витян с силой заколотил в дверь, едва только оказался на пороге дома мадам Камовой. Дверь с аккуратной бронзовой ручкой в виде головы льва аж ходуном ходить начала от таких ударов. — Тетушка, это я! Тетушка!

В нетерпении он уже и ногу занес, чтобы ударить посильнее. Казалось, мгновение, и дверь, вообще, с петель снесет.

— Тетушка⁈ Это я! Открывай, не бойся! Все кончилось! — кричал он во весь голос. — Слышишь⁈ Все закончилось!

Наконец, послышался скрежет замка. Следом тетушка, похоже, сдвинула массивный засов, больше подходящий для ворот средневекового замка. Дверь чуть отворилась, и в проеме показалась женщина с ружьем. Дуло весьма внушительного калибра при этом смотрела прямо в лицо племянника.

— Чего орешь, как оглашенный? Живо внутрь! — рявкнула она на него, толкая дверь от себя. — Только что тут какие-то типы крутились. Чую, по наши души…

Она цепко ухватила его за ворот куртки