Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

ним всё в порядке, и Рейчел настаивала на том, что хочет навестить его. Даже если бы он не сказал ей номер, она бы обратилась к Джессике. Ван Яну было неудобно отказывать, поэтому он сказал номер, но убеждал её не навещать его, однако, очевидно, она не послушалась.

— Привет, Рейчел! — весело произнёс Ван Ян в приёмной, глядя напротив себя на накрашенную по-простому Рейчел в жакете и джинсах. — Всё неймётся лично поглазеть на меня в тюремной форме?

Рейчел улыбнулась, показав свои фирменные ямочки на щеках:

— Да, вот такая я плохая девочка.

Ван Ян пожал плечами:

— Думаю, мне не надо тебе говорить, что я в полном порядке?

— Нет, не надо. Такой человек, как ты, в любом месте будет в порядке.

Видя, как он бодр и весел, Рейчел наконец почувствовала облегчение, словно сбросила тяжёлый камень с плеч. Она воодушевляюще произнесла:

— Ян, ты сейчас здесь, и все твердят, что ты сам виноват. Я поначалу хотела выругать тебя, но потом поняла, что это же ты. Ты, который, как идиот, никогда не признаёт поражения и отстаивает вещи, которые другим кажутся бессмысленными.

Она хихикнула, добавив:

— Но ты это ты. Ты, который нравишься людям.

Ван Ян лишь расплылся в улыбке, ещё сильнее ощутив тепло в груди. Она тоже была замечательной девочкой, но… Он промолвил:

— Спасибо, Рейчел! Ты действительно хороший друг.

Рейчел тут же хохотнула, лицо приняло странное выражение:

— Я знаю, незачем постоянно мне напоминать об этом… мой друг Ян.

Затем она сообщила:

— Кстати, я принесла тебе несколько книг. Думаю, тебе понравится.

— Угу, спасибо, мне нравится читать! — кивнул Ван Ян. Похоже, следующие пару недель ему не придётся беспокоиться, что почитать.

Двое людей проговорили примерно 25 минут. Не прошло и полчаса, как они попрощались. Ван Ян тоже попросил Рейчел не приходить на следующей неделе. Та согласно кивнула.

Решётка камеры медленно закрылась. Продолжавший валяться на койке Роберт присвистнул, сказав:

— Добро пожаловать обратно домой!

Ван Ян, направляясь к столу, пренебрежительно произнёс:

— Это не мой дом.

Роберт безразлично агакнул и с заинтересованным видом промолвил:

— Рейчел Макадамс… Знакомое имя. Дай-ка угадаю, она твоя ненаглядная?

— Нет, заткнись, — ответил Ван Ян и, больше не обращая на него внимания, продолжил писать историю «Побега».

После обеда, когда наступило 2 часа дня, в камере вновь раздался голос из громкоговорителя: «Ван Ян, опять к тебе! Девушка по имени Натали Хершлаг. Будешь встречать?»

Ван Ян в который раз встал со стула, крикнув:

— Да!

Натали уже давно предупредила, что собирается прийти. Ей тоже было неудобно отказывать, она была куда более настойчивой, чем Рейчел, вдобавок заявила, что притащит купленную в Израиле пушку, чтобы вытащить его из тюрьмы. Ван Яну в тот момент лишь и оставалось что пошутить:

— Осторожней, иначе тебя схватит ФБР!

Видя, что Ван Ян подошёл к решётке, Роберт затряс ногой, закинутой на другую ногу, и сказал:

— Натали Хершлаг… Сейчас угадаю, это наверняка та звезда, Натали Портман. Ух ты, ничего себе, какой я смышлёный! Так что, я прав?

Ван Ян обернулся, с насмешкой промолвив:

— Продолжай и дальше разлагаться, лёжа на кровати, старикан!

Сидевшая в приёмной Натали носила обычную молодёжную одежду, на которой красовался рисунок мультяшной собаки. Она выглядела немного измученной. После участия прошлым вечером в «Оскаре» она поспешила на самолёт до Нью-Йорка, затем, едва сойдя с самолёта, помчалась в тюрьму Райкерс, где поблизости её обнаружили скрывавшиеся в засаде папарацци. Ей пришлось пережить бомбардировку вспышек, затем простоять в очереди… Очень утомительно! Но сейчас, увидев собственными глазами его, она подумала: «Плевать, это того стоило».

— Чувак, шикарно выглядишь в тюремной форме! — Натали показала большой палец, разглядывая Ван Яна. — Круто, она на тебе очень стильно смотрится!

Ван Ян не удержался от смеха и, дёргая за голубую форму, произнёс:

— Правда? А я ещё было подумал, что просто я такой самовлюблённый. Оказывается, что нет.

Натали развела руками и скривила рот:

— Конечно, нет. А ещё… Странно, почему мне кажется, что ты стал крупнее? Какие грудные мышцы!

Ван Ян со смехом закатил глаза, ответив:

— Потому что здесь хорошо кормят, да и времени достаточно: я сейчас ежедневно делаю по миллиону отжиманий и по миллиону раз качаю пресс. Неудивительно, что я стал крупнее.

Он посмеялся, обернулся назад и, взглянув на надзирателя, стоявшего снаружи у двери приёмной, сказал:

— Насмотрелась на новую модель Ван Яна? Насмотрелась — тогда я пойду.

— Ты заставляешь меня страдать, — качая головой, холодным голосом произнесла по-китайски Натали. — Я так старалась попасть к тебе, а ты ни капли не растроган?

Ван Ян с беспомощным и невинным видом тоже заговорил по-китайски:

— Что не так? Не делай такое лицо, я уже давно просил тебя не приходить.

Глядя на её явно измотанное лицо, он действительно был благодарен ей за визит, но не мог как-либо отреагировать на её «операцию», чтобы она ошибочно не надумала себе чего-нибудь лишнего, иначе всё только усложнится.

— Ха-ха! — вдруг радостно засмеялась Натали, неотрывно уставившись ему в глаза, и пальцем показала на свои глаза. — Не забывай про эти глаза. Это глаза будущего психолога. Я вижу тебя насквозь!

Ван Ян пожал плечами и коротко ответил на китайском:

— Слишком умничаешь!

Натали довольно хихикнула и, больше не возвращаясь к этой теме, вновь заговорила по-английски:

— Ян, снаружи многие твои фанаты протестуют с плакатами в руках. Они узнали меня, затем меня окружили журналисты, ты знаешь, что дальше будет.

— Ой, да брось! — Ван Ян страдальчески схватился за лоб. Теперь точно конец. Пусть она и пришла к нему как близкий друг, слухи об их отношениях непременно будут ещё сильнее разрастаться.

Посмотрев в камеру, висевшую в углу стены, он произнёс:

— Эй, у меня нет с ней никаких отношений, я её друг-гей, я гей, ясно?

Натали прыснула и ударила по столу, сказав:

— Расскажу-ка я Генри эту хорошую новость! Вот он обрадуется!

Затем двое людей продолжили болтать на всякие несерьёзные темы, пока почти не прошло полчаса. Надзиратель напомнил о времени, постучав в окошко в двери. Натали с горечью вымолвила:

— Больше всего ненавижу такое.

Ван Ян с беспечной улыбкой произнёс:

— А мне нравится! Наконец могу вернуться в камеру.

Натали стиснула зубы, проворчав:

— Короче, не буду с тобой препираться! Я тут тебе принесла несколько книг по даосизму, этого хватит, чтобы убить время.

Ещё книги? Ван Ян невольно улыбнулся и кивнул:

— Этого вполне хватит.

Натали подмигнула ему, сказав:

— Я приду на следующей неделе, принесу тебе «Плейбой», что скажешь?

Ван Ян обессиленно опёрся грудью на стол, прошептав:

— Я же гей.

Натали