Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

У них было чудесное прошлое, в котором произошло как множество сладостных событий, так и множество ужасных ссор. В целом же им было настолько хорошо, что они почти готовы были обручиться. Но какое это теперь имело значение? Всё уже давным-давно закончилось. Закончилось после того звонка Хелен. Никакой новой истории у них больше не могло начаться. Ни он, ни Хелен не смогли бы пойти на такое. К тому же сейчас у него была любимая девушка, а у неё был парень. Закончилось значит закончилось.

Ван Ян отложил «Графа Монте-Кристо» и полистал любовный роман, который принесла Рейчел, хороший друг. Затем он отложил эту книгу и полистал книги на китайском языке, которые подарила ему Натали: «Дао дэ цзин», «Чжуан-цзы»… Зачем она подарила эти каноны? Пребывая в некотором недоумении, он с улыбкой покачал головой, как неожиданно заметил на одной из страниц «Чжуан-цзы» ярко-красный отпечаток губ и рядом китайское слово «сюрприз!».

— Что за… — Ван Ян тут же безудержно захохотал. Эта девчонка и впрямь была дьявольски хитрой, порою невозможно было угадать её мышление. Хоть это и в самом деле был «сюрприз», он не сработал. Ван Ян вырвал эту страницу, без труда сложил из неё хрупкий бумажный самолётик и кинул на стол.

Затем он отложил «Чжуан-цзы» и взял журналы Джессики. Что-то было про кино, что-то про баскетбол. Ван Ян обожал в свободное время читать эти журналы. Он невольно вымолвил:

— То, что надо!

Ему действительно приглянулись «Граф Монте-Кристо» и другие романы и его интересовал даосизм, но, как ни крути, на первом месте всегда повседневная жизнь. А что есть повседневная жизнь? Как раз эти журналы. Из четырёх девушек Джессика доставляла ему наибольшую радость и наибольший комфорт в повседневной жизни. По этой причине он и был безумно влюблён в неё.

Ван Ян с интересом открыл баскетбольный журнал и уже собрался приступить к чтению, как к нему, присвистывая, подошёл Роберт и потянул руку к столу, желая взять книгу, но Ван Ян с силой ударил его по руке, заявив:

— Нельзя, я ещё не прочитал. Тебе не разрешено читать раньше меня.

Роберт пренебрежительно скривил рот и пошёл прочь, бросив:

— Жадина!

Ван Ян, просматривая журнал, с улыбкой промолвил:

— Роберт, тебя сегодня вроде никто не навещал? И ни одного подарка не прислали.

Роберт подошёл к унитазу, приспустил штаны, чтобы справить малую нужду, и непринуждённым тоном произнёс:

— Да, ты победил.

Пока он мочился, то вдруг услышал вопрос Ван Яна:

— Роберт, каково это употреблять наркотики?

Роберт повернул голову к нему:

— Что ты хочешь сказать?

Ван Ян пожал плечами и, читая в журнале свежую информацию по чемпионату NCAA, сказал:

— Просто интересно.

— Хм… — Роберт подтянул штаны, на мгновенье призадумался и вздохнул: — Они могут дать тебе всё, что ты захочешь.

Ван Ян усмехнулся, поднял голову и покосился на него, пренебрежительным голосом промолвив:

— Например, дать «Оскар» за лучшую роль?

Роберт ничего не ответил. Ван Ян опять произнёс:

— Свободу? Но что я вижу, так это то, что ты заперт в крохотной убогой комнатушке.

Роберт по-прежнему молчал. Ван Ян же не умолкал:

— Любовь? Сегодня никто тебя не навестил, ха-ха-ха…

Роберт молча пожал плечами.

— Не будем об этом, — Ван Ян прекратил смеяться и серьёзно произнёс: — Они помогли тебе выиграть меня в армрестлинге? Поразмысли об этом, старикан!

Роберт сделал пару шагов, сел на край койки и, с задумчивой улыбкой глядя на Ван Яна, произнёс:

— Вау! Как там говорится? Сильный спасает самого себя, святой спасает других. Волшебный юноша, хочешь спасти меня?

Ван Ян, не поднимая головы, усмехнулся:

— Думай как хочешь, я просто вижу, какой ты жалкий, словно щенок, желающий, чтобы его погладили. Вот я и не могу остаться равнодушным.

Он внезапно что-то вспомнил и сказал:

— Эй, приятель, скоро ведь твой день рождения? Посмотрим, как много людей придёт поздравить тебя.

Выражение лица Роберта как будто бы стало немного серьёзнее. Опёршись локтями о койку, он произнёс:

— Парень, не радуйся слишком рано, ты провёл в тюрьме всего несколько дней, одной недели недостаточно. А я? Я просидел 17 месяцев! Вот что я тебе скажу…

Он насупил брови, неторопливо промолвив:

— Сначала они всегда приходят навестить тебя, заботятся о тебе, СМИ тоже делают о тебе репортажи. Но рано или поздно СМИ перестают обращать на тебя внимание и никто больше тебя не навещает, их даже раздражают твои звонки… Что потом? Они предают тебя забвению.

Слушая его речь, Ван Ян впал в лёгкий шок. «Все предадут меня забвению? Никто больше не заботится о нём, все постепенно отдалились от него?» Он улыбнулся и помотал головой:

— Возможно, я скоро выйду. А возможно, мне придётся здесь долго просидеть. СМИ постепенно забудут обо мне, и фанаты вполне могут постепенно забыть обо мне, но! Не моя семья и не Джессика…

— Хм, Джессика, красивое имя, не так ли? — с усмешкой произнёс Роберт. Лицо приняло ностальгическое выражение, ему вспомнилась девушка по имени Сара Джессика Паркер. Он сказал:

— Джессика… Как давно это было, нам было тогда 19. Или 21? Да, когда-то мы были так молоды.

Он посмеялся над собой:

— В то время я говорил ей: «Джесси, я люблю тебя! Ты такая хорошая, мы поженимся, мы будем счастливы вместе». А она говорила: «Роберт, я люблю тебя, я тебя не оставлю!»…

Он хотел дальше что-то сказать, но внезапно замолк, дыхание перехватило. Та девушка пробыла с ним 7 лет и в итоге всё-таки оставила его… В то время он пьянствовал, принимал наркотики, но она после каждого его похмелья ничего не говорила, лишь молча укладывала его одежду, отвозила его на машине на съёмочную площадку. Она была добрым, чутким человеком, она дала ему тёплый дом… Но он, почему он был таким эгоистом?

— Говори же, чего замолчал? — Ван Ян, видя, как глаза Роберта немного покраснели, вздохнул про себя. Неужели от наркотиков так сложно освободиться? Он громко произнёс: — Дауни, это ты, а не я! Я не стану употреблять наркотики и уж тем более не заставлю любящего меня человека полностью во мне разочароваться!

Он хлопнул журналом по столу и с насмешкой сказал:

— Дауни, думаешь, кого надо винить в том, что ты оказался в нынешнем положении? Свою Джессику? Почему она оставила тебя? Почему твоя жена и сын оставили тебя? Почему твоя жизнь — это хаос? Ты сам знаешь.

Ему неохота было дальше говорить. Он махнул рукой, добавив:

— Знаешь? Сейчас ты жалкий, смехотворный отброс!

— Ха-ха-ха! Да, я отброс, не отрицаю этого, — держась за живот, захохотал