Герои Вопреки. Часть I (СИ) - Заров Антон

Поколебавшись, прихватил несколько зубил и, комплектный к ним, молоток наиболее привычного вида. Просто на всякий случай.

Рядом нашлась высокая катушка, на которую непривычно, но весьма хитроумно, были намотаны цепи различной толщины. На удивление, они вполне прилично сохранились.

Видимо были запасными к тем лебедкам под потолком, что до сих пор исправно покачивались над головой.

Поколебавшись, сумка все же не резиновая и вполне конечная, в последний момент решил забрать с собой моток тонкой, но прочной цепи, на глаз метров пятнадцать длинною.

Накрепко привязав один её конец к причудливому боевому крюку, оставшемуся без рукояти, он соорудил себе вполне эффективную кошку для скалолазания.

Не хотелось больше оказываться в ситуации, когда пропасть неширокая, а не перепрыгнешь.

Но главным сокровищем оказалась нержавеющая фляга, забытая и помятая упавшим на нее со стойки молотом. Почти не колеблясь, решил использовать ее для воды.

Запаса горючей смеси должно хватить надолго. Даже несмотря на то, что целый баллон в сумку просто не влезал физически, всегда можно было вернуться сюда и дозаправиться.

Отмыв флягу и кое как выправив вмятины на ее железных боках. Раккар с удовольствием напился из нее воды и прицепил к поясу удобной скобой креплением.

Наконец-то он мог ощутить некоторую уверенность в завтрашнем дне и точно знать, что не придется терпеть жажду, чтобы подольше протянуть до следующего источника чистой воды.

Утолив первое любопытство и уже более придирчиво оглядев представленный ассортимент, не удержался и засунул в сумку один изящный топорик, аккуратный и хорошо легший в руку.

После чего приступил к вскрытию менее перспективных хранилищ.

И в первом же ящике вычурного комода нашел самую настоящую газету. Гномью газету. Отчеканили её на тонком листе жести, скрученном в трубочку.

В наличии был заголовок, квадратные колонки текстов и не то выдавленная с какого-то наброска, не то набросанная каким-то инструментом картинка.

Выглядела она карандашным эскизом, изображающим собрание гномов важного вида за круглым столом. Но картинка была настолько качественно перенесена на металл, что не уступала средневековым литографиям.

Особенно выделялась небольшая миниатюра с лицом некоего гнома в профиль. Вид важный, а нос массивный, как у орла.

«Этот птиц тут явно был „председятлом“, — подумалось со сдавленным смешком.»

Настолько важный и серьезный вид был у гнома, чьи пропорции тела карикатурно напоминали человеческие.

Текст провозглашал начало совещаний по поводу вступления в войну, далекую от их гор.

Помощь сородичам и диким лесным племенам, что в эту войну ввязались или невмешательство.

Судя по резким выражениям, решение было для редактора газеты очевидно отрицательным.

«Мда, картинка смешная, ситуация страшная. Вот бы у кого спросить, что тут происходит то вообще, в мире этом. Хотя может мне и без разницы это все. Перебедуюсь свой срок, да на волю. В мир „тот“, а гномы пусть тут сами как-нибудь без меня…»

Опасливо вернув газетный лист на место, решил вдумчиво перечитать стопку местной корреспонденции, когда станет совсем уж нечем заняться.

Новостями он и в своем мире мог не интересоваться. А о прошлом подгорных гномьих Советов читать было и вовсе как-то неадекватно по его мнению.

Хмыкнув, перешел к следующему шкафчику на фигурных ножках. В отличии от остальных, дверцы его поворачивались наружу на прекрасно работающем механизме.

А в круглых держателях были плотно закреплены стеклянные и керамические колбочки да чашечки с бутылочками. Их содержимое по большей части давно пришло в негодность и осело грязной мутью на дне.

На некоторых сохранились бирки или надписи. Хоть Раккар и мог их прочитать, но решительно не понимал, что они означают.

Воспоминания гнома тут не помогали, тот просто повторял про себя названия, как нечто очевидное и не требующее пояснений. Так в итоге и не удалось разжиться никакими реагентами.

О чем совсем не сожалелось. Предугадывать эффект их использования после окончания срока годности желания не было.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Последний оплот полезных вещиц пришлось буквально штурмовать. На нем висел давно проржавевший замок, на котором и пришлось применять свежеприобретенные зубило с молотком. И то, на взлом ушло больше часа усердных ударов под разными углами.

«Крепко запирались братья гномы, — подумал Раккар, утирая пот и тяжело дыша.»

Распахнув дверцы, он обнаружил за ними покрытые техногенной резьбой выдвижные ящики.

На самом верхнем, покрытом чеканными механизмами, нашлись целые россыпи самых обыкновенных шестерней и зубчатых передач разной сохранности. Там же, в креплениях, прикипели ржавчиной разнокалиберные гаечные ключи причудливо изогнутой формы.

«А может это их ржой так погнуло, — засомневался Толя, пытаясь понять где у гномов заканчивается эргономичность и начинаются деформации металла от времени.»

Следующий выдвижной ящик был покрыт стилизованными изображениями стопок листов и скрутками свитков.

На каждый из них накладывался либо циркуль, либо подобие пишущей ручки, либо гравер для чеканки. Внутри ожидаемо оказались стопки чертежей на металлических тонких листах.

Несмотря на непривычный формат и ракурсы, вполне можно было разобрать что изображено и какие использованы материалы.

Среди несложных механизмов даже можно было различить элементы простого двигателя, правда неясно на каком принципе работающего.

Шокировали так же, подробно проработанные на чертежах, примитивные образцы огнестрельного оружия. С точными расчетами толщины ствола и заряда пороховой смеси.

Для которой правда не нашлось инструкции по составу и смешиванию. Но Толя точно знал, что на земле в разное время были открыты разные рецепты. Значит и тут что-то да придумали свое, под гномью материальную базу.

А открыв следующую дверцу, он с нескрываемым удивлением узнал в закрепленных на стенках ящика трубках и миниатюрных кресалах, пистоли. Давно пришедшие в негодность, но когда-то вполне рабочие.

«Выходит, огнестрел тут существует не только на бумаге. Что в корне должно менять привычный всем мир „меча и магии“, добавляя к нему переменную прогресса.»

Недолго думая, стал запихивать в сумку все чертежи, что показались интересными. В отличии от алхимических реагентов, чертежи он читал без особого труда и почти сразу понимал, что в них к чему.

Конечно не хватало знаний о местных материалах, но с этим пока было ничего не сделать.

Вытащил последний ящик, достал из креплений какую-то книгу и, распахнув на первых же страницах, застыл с открытым ртом.

Теория и практика на каждом листе, описывали механизмы и устройства, построенные на энергии магических кристаллов. Сами кристаллы и устройства накопления в них силового заряда так же описывались в подробностях.

Вот только как он ни шарил по ящику, а тот все равно оставался пустым. И тетрадь рунической механизации была единственным найденным в нем предметом.

На приложенных чертежах были изображены план-схемы различных устройств под непривычными углами. Странные чернила даже и не думали выцвести или потускнеть. Все свободное место на гладком пергаменте было исписано ровными и четкими символами.

Смысл складывался в сложные и емкие понятия, формулы и выводы. По ним можно было направлять и выстраивать в целые логические цепочки поток магической энергии.

Потенциал для применения начинался от простого водяного насоса и навряд ли заканчивался способными воспринимать конкретные команды механическими роботами.

До сих пор Анатолий не открывал в себе такого интереса к сложным механизмам и алгоритмам программирования. Хоть и слышал о средневековых калькуляторах и целых примитивных компьютерах на механических принципах. А сейчас у него только что зубы не скрипели от досады из-за отсутствия тех самых кристаллов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Бережно погрузив в сумку пухлый томик, он попытался отвлечься от раздражения за работой. Но взяв в руку молот, почувствовал себя глупо. Постучать оказалось не по чему.