Герои Вопреки. Часть I (СИ) - Заров Антон

По логике этого „призрачного послушника“ выходит, что засыпать — это нырять в другие „слои“, а ходить тогда, это передвигаться вне тела по реальному миру.

Реальному, насколько это возможно для виртуальной симуляции конечно. Впрочем, терять уже нечего, а сдаться даже не испробовав все „пути“, как выразился харати, будет просто глупо.»

«Шанс, который принесет тебе успех, внешне не отличается от провального», — говорил ему значительно более преуспевший в жизни друг детства. Который забросил старую жизнь и друзей едва у него появился такой «шанс».

Осознав, что больше не слышит ничего вокруг и не ощущает тела. Но при этом полностью контролирует свое сознание, память и желания, Аз начал сосредотачиваться для решительного рывка.

И собрав волю в кулачки, взял и заранее пожелал увидеть собственное тело со стороны. Одновременно пытаясь посильнее сконцентрироваться на текущем образе морского прибоя, выбранном для отделения разума от тела.

«Вот я сижу на влажном песке, а волны омывают ноги. Вода с бурлением подмывает песок под ступнями, постепенно погружая меня в него целиком.

Вот уже приливная волна доходит до живота. Песчинки щекочут, завихряясь вокруг лодыжек. Вода поднимается все выше, — собственный голос в голове уже начинал казаться ему тихим и далеким.»

Дальше события потекли сами собой уже без его участия. Еремей не знал чья в том заслуга, игровых механик или более опытного в таком деле альтер эго. Но выход из тела подкрался к нему незаметно.

Кучевые облака резко пошли слоями, будто от сильных порывов ветра. Серое море почти мгновенно начало испаряться столь же серым туманом, а изумрудная синева прибоя тонко засветилась.

Что стало и еще заметнее по мере того, как воображаемая идиллия стремительно тонула во тьме.

Картинка вдруг мигнула и в очертаниях облаков, тумана и светящихся волн, удалось разглядеть поднадоевшие четыре стены избы, стол и мрачный силуэт спящей девы.

На этот раз ее фигурка представлялась темным провалом во мрак. Что особенно беспокоило на фоне светло-сероватого тумана и слоистых облаков, буквально обтекавших бревна стен и стропила крыши.

Точка зрения вдруг стала отдаляться, будто стул под ним внезапно решил прокатиться.

Еще через мгновение все вокруг пошло волнами. Вот он смотрит на пучки травы, обрисованные дымными завитушками и девушку в виде чернильного вытянутого пятна, а вот они идут рябью. Будто отражения на воде.

«Воде. Воде, точно, — едва подумал он и туман из которого состояла нечеткая картина окружающего мира вдруг обратился жидкой, но тягучей водой лесного озера.»

Новые образы захлестнули с головой. Изба понеслась навстречу и исчезла позади в мгновение ока. Вокруг бурлила только вода.

Он был на дне омута, плыл в реке и тонул в озере одновременно. Падал с большой высоты и одновременно несся к небесам. Фантомное дыхание захлебывалось, а происходящее перед внутренним взором смешалась в неразборчивый серый шум.

«Стоять. Какое дыхание. Ничего нет. Я на стуле, посреди леса. Вернуться, нужно быстро вернуться, — Еремею стоило изрядных усилий взять себя в руки.»

Похоже было, что если не озаботить себя конкретной целью, то вмиг потеряешь концентрацию и потеряешься.

Стремление вернуться, столь же быстро вернуло его обратно, как до этого, отсутствие какой-то конкретной цели, вышвырнуло неизвестно куда.

Снова стул, стены и нехорошо темнеющая девица. Разве что теперь он видел еще и себя самого, развалившегося на стуле в расслабленной позе. Странно, но это больше не пугало и не беспокоило. У него была цель.

«Хорошо, теперь можно осмотреться, — подумал парень, внимательно осматривая все вокруг.»

Аз с интересом следил за тем, как отдельные лоскуты тумана истаивают, переставая изображать из себя стену и свиваясь в нечто, напоминающее древесные стволы и густую траву за этой самой стеной.

«Так, нужно, наверное, подняться повыше. Если считать, что меня удерживают в плену, пока не распутаю некое преступление. То следует начать его распутывать с места этого самого преступления, — продекламировал он голосом кино детектива.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В нынешнем состоянии Еремей осваивался все быстрее и тяжесть положения заботила его все меньше.

Да и чувствовать себя свободным, легким и способным улететь куда угодно было упоительно. Конечно до тех пор, пока ты уверен в себе и хватает воли на воплощение собственных побуждений.

Повинуясь порыву, он потянулся наверх, к закопченному потолку, что был накрыт дерном и усыпан листьями.

Раз, и его сознание словно провалилось сквозь крышу в небеса. На миг захотелось закрыть голову руками и сжаться, ожидая удара о потолок.

Но, сразу же накрыло другим страхом. Бездна небес затягивала. Он тонул в ней и никак не мог сообразить, чем остановить падение.

«Стой, стой, стой. Медленнее. Я не этого хочу, — зачастил он, пытаясь подобрать подходящую команду и задыхаясь безмолвным криком. — Точно, только что было то же самое.»

И заставил себя унять панику, сосредотачиваясь на желании зависнуть над крышей избы. И все прошло.

Безумный полет прекратился, будто его и не было. Да и ощущался этот полет только по изменениям в окружающем тумане, что принимал любые очертания и виды.

«Иллюзия. Дым принимает очертания объектов, симулируя перемещение в пространстве. Как в старых голограммах, — подумал Аз разглядывая с высоты птичьего полета туманный полог, имитирующий лес.»

Едва вокруг все застыло и стали угадываться просторы леса, ручья и небольшой деревушки, обнесенной частоколом, как он разом успокоился и сосредоточился на окружающем мире. Данном ему в совершенно непривычных ощущениях. Все вокруг плыло и изменялось, сохраняя лишь форму и видимость материального мира.

Это было до безумия похоже на творения классиков сюрреализма. Еремею это определенно не нравилось и беспокоило. Только сфокусировавшись можно было понять, что означают те или иные формы.

Земля и вовсе выглядела, как копошащаяся жизнью равнина. И лишь от прямого взгляда она начинала бугриться холмами или горами у горизонта. А мельтешение пены на поверхности превращалось в леса, полные животных и деревни с яркими искорками людей.

Искорки, они возникли стоило ему сосредоточился и захотеть больше деталей. Туман стал гуще и снова начал привычно светиться синевой. Она придавала ему глубины и объемности.

И в какой-то момент синева засветилась яркими точечками звезд на поверхности земли.

Сиреневой россыпью засветились жители деревни. Отдельные дрожащие огоньки обозначили домашних животных.

И ясным светом обозначились в ветвях крупных деревьев одинокие дозорные. Один из которых явно приглядывал за его избой на отшибе.

Подняв голову к небу, Еремей невольно засмотрелся на изумительно фантасмагоричные облака, и те стали плыть заметно быстрее.

Да не только облака, ветви деревьев уже не просто мерно покачивались под мутноватым ветром из дымки. Их заметно болтало из стороны в сторону как от резких порывов ветра.

Не сразу пришла догадка, что он просто перестал следить за ходом времени в новом состоянии, и то потекло для него гораздо быстрее.

Только когда большинство искорок людей спрятались за частоколом и лишь трое дозорных неподвижно застыли в кронах деревьев, стало очевидно, что уже наступила ночь.

Привычно подавив панику, Аз поспешно сосредоточился на происходящем внизу, чтобы поймать время за хвост. Мгновенно замедлившись, время снова потекло своим чередом.

«Возьми себя в руки. Нужно найти след этой потерпевшей, Матруши. Ее наверняка волокли в таком состоянии от места происшествия, — незаметно для себя он опять заговорил словами, что знал каждый, выросший в деревне.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не так давно телесериалы про детективов и следователей были безумно популярны по всей стране. Во всяком случае у старшего поколения, а детей никто и не спрашивал, что всем смотреть за столом.

Сконцентрировавшись на черной кляксе внизу, Аз неожиданно легко обнаружил теряющий четкость и форму след, что шел над самой поверхностью земли. Слабой ниточкой он вытекал из дверей избы и змеился, уползая мимо частокола прямо в лесную чащу.