Когда сбываются мечты - Эстель Альенде

Цыганка снова помешала карты и достала одну.

– Да, будет, и очень скоро. Неожиданное свидание. Ты поедешь куда-то, и там вы встретитесь.

На какую-то секунду мелькнула мысль о встрече с Крамером, но Селеста быстро отмахнулась от нее. Нет, это фантастика! Если они не встретились за прошедшие три года, то какова вероятность того, что их дороги вновь пересекутся?

– Погоди, – продолжала цыганка. – Смотри-ка, двое их у тебя, мужиков-то. Один – постарше, давно любит тебя, помогает, а другой – молодой, горячий.

– Итальянские мужчины все горячи как перец чили, – рассмеялась Селеста.

– Нет, он не итальянец, из другой страны он, – покачала головой цыганка.

Селеста заинтересовалась и спросила:

– И что же, будет у нас страстная любовь, дом, пятеро детей и большая собака?

– Нет, у тебя будет только один ребенок, – ответила цыганка. Она снова помешала карты, достала одну за одной несколько штук и снова перемешала.

– Что еще? – посерьезнела девушка. – Почему ты ничего не говоришь? Что меня ждет в будущем? Что-то ужасное? Буду ли я… свободна?

Она не знала, как задать вопрос, который не шел из головы. Сможет ли она оставить позади все страхи, связанные с Габриэлем и их преступным бизнесом? Или, как все тайное, их подделки тоже будут обнаружены? Удастся ли ей избежать тюремного срока?

– Свобода – штука непростая, – ответила цыганка, глядя ей в глаза. – Нельзя быть полностью свободной.

«Черт, – подумала Селеста, – не могу же я спросить, посадят меня в тюрьму или нет?»

– Свободу свою ты скоро потеряешь, – уточнила гадалка.

Сердце Селесты сжалось, и она едва сдержала крик, прикрыв рот рукой.

– То есть… – срывающимся голосом проговорила она.

– Тебя до конца жизни будут связывать чувства с мужчиной. Ты будешь ходить на свидания с ним, и будешь счастлива.

– Любовь до гроба? – Селесте снова захотелось поскорее закончить этот разговор.

– Он скоро уйдет из твоей жизни. Потом ты встретишь еще несколько достойных мужчин, но любовь к этому человеку будет занимать все твое сердце. Он не отпустит тебя никогда.

– Вот спасибо, – девушка сунула в руку цыганки несколько монет и поспешила уйти. Малопонятные, а потому жутковатые предсказания не на шутку встревожили ее. Кто эти мужчины? Какую роль они сыграют в ее жизни, и встретит ли она их вообще когда-нибудь? Или это обычный набор мистических фраз, которым цыганки зарабатывают на жизнь, нагоняя необъяснимого тумана и страха на доверчивых молодых особ?

Решив не придавать словам гадалки большого значения и даже выбросить их из головы, она продолжала бродить по улицам безо всякой определенной цели. Проходя мимо книжного магазина, она шагнула в открытую дверь. Полистав несколько бестселлеров, теснившихся на полках у самого входа, она прошла вглубь магазина, в отдел искусства. «Надо посмотреть какие-нибудь книги о творчестве Миро и о Барселоне вообще. Сегодня вечером полистаю, освежу в памяти историю искусства Испании, может быть, даже что-то новое для себя выужу, а завтра блесну на собрании в школе!» – подумала Селеста и принялась перебирать книги с иллюстрациями и без.

Выбрав три книги, она расплатилась и отправилась домой. Дома, усевшись с чашкой чая, она принялась рассматривать иллюстрации в купленных книгах. Знакомые репродукции картин Миро, Пикассо, Дали мелькали перед глазами яркостью красок и необычностью форм. «Каким оригинальным видели мир эти люди! – подумала она. – Простота и философия каждой картины заставляют нас спустя почти столетие вглядываться в их работы и каждый раз видеть новый смысл! Нет, мой удел – только копировать великих! Как это грустно!».

Открыв первую страницу альбома фотографий «Барселона», она увидела его. Тот самый мужчина, участвующий в спиритическом сеансе, которого она нарисовала, смотрел на нее со страницы книги медовыми глазами. Конечно, это был Антонио Гауди. Она быстро подошла к своему мольберту и поднесла альбом поближе, что поискать сходство. Оно было несомненным. Значит, в своем сне она встречалась с Гауди?

Глава 14. Надежда

Надежда. Жажда и предвкушение, слитые воедино.

Ей снилась Барселона. Конечно, ничего удивительного в этом не было. В последнее время она только и думала об этом испанском городе. Именно там через несколько недель должна была открыться выставка работ Миро, приуроченная ко дню рождения художника, и Селеста мечтала оказаться одним из кураторов выставки, представителем от художественной школы в Риме. Ее наставница, умудренный опытом преподаватель живописи, намекнула, что, поскольку Селеста – одна из лучших выпускниц школы, ее рекомендовали среди нескольких других кандидатур. У нее есть все шансы отправиться в такую командировку, поэтому молодая художница, как говорится, спала и видела Барселону, город Гауди. Решение по ее кандидатуре должно быть принято не сегодня-завтра, поэтому, отправляясь на итоговую беседу, она хотела выглядеть представительно. А это требовало проведения значительного времени перед зеркалом.

Селесте нравилось это старинное зеркало. Пожалуй, единственная вещь, которая ей досталась по наследству от бабушки, маминой мамы. Оно было овальным в бронзовой раме. С детства Селеста любила разглядывать цветы, ягоды, фигурки зверушек, которые, причудливо переплетаясь, создавали обрамление зеркала. Сама поверхность сейчас уже кое-где была затемнена временем, но в глазах Селесты это имело винтажный лоск. Она, как и всякая особа ее возраста, много времени проводила у этого зеркала: то расчесывая свои длинные волосы цвета черного дерева, то подводя глаза, то пробуя разные оттенки помады. Сегодня утром выглядеть элегантно и представительно означало половину успеха, поэтому девушка неторопливыми мазками, словно на подготовленный холст, нанесла на лицо макияж, надела простое бежевое платье, повязала яркий платок и, еще раз взглянув в зеркало и одобрительно кивнув отражению молодой стройной красотки в нем, собралась было выйти из дома. Вдруг ей показалось, что в комнате она была не одна. Чей-то внимательный взгляд спокойно и ненавязчиво наблюдал за ее сборами. Селеста присела на краешек кресла и прислушалась. Нет, кроме нее в квартире никого нет: дверь закрыта, замок повернут. И все же она чувствовала этот взгляд, он буквально раздевал ее и делал это так нежно и тонко, что внезапно ее охватило волнение. Она отметила, что давно уже не испытывала подобных чувств, наверное, с того момента, как они расстались с Габриэлем.

Мысли о Габриэле Крамере всегда были грустными. Она любила его. Или нет, она просто была привязана к старшему и мудрому? Или Габриэль хотел этих отношений с юной Селестой и сделал все, чтобы молодая художница потеряла голову, когда рядом с ней оказался опытный мужчина. Для нее в Крамере соединились наставник, мэтр, отец, любовник – такой коктейль очень быстро опьянил ее.