Тимоти Лири: Искушение будущим - Роберт Форте

«Да, Пол, это был определенный период, я могу точ-но сказать, мне было 15–16 лет. Я тогда учился в средней школе, был сексуально озабочен и дико влюблен в чудесную, очень сексуальную девушку, гораздо более опытную, чем я. И это случилось! Она открыла мне великую тайну секса. Bay! А в то время я регулярно, каждую субботу вечером, ходил на исповедь. В тот вечер у меня было свидание с Розмари. Сидя там с ней, в темноте, я думал, как будет лицемерно потом исповедоваться. Они хотят, чтобы я исповедовался и каялся в том, что кажется мне самым прекрасным на свете, когда каждая клетка моего существа только и мечтает о том, чтобы эта девушка совратила меня!»

«Железы победили философию».

«Железы? Бог мой, Пол, это слишком механистично».

«Я выздоравливающий романтик».

«Потому что ты используешь слово «железы»? Железы — это очень интересно. Люди не так часто говорят про железы».

«Ладно, давай поговорим тогда о машинах. Какие отношения между кислотой и технологией?»

«Ну, ЛСД — это один из многих наркотиков, основанный на нейроактивных растениях. Пейот и грибок на ржи. Помнишь эти безумные истории из средних веков, как бишь они это называли? Целые деревни впадали в безумие, нажевавшись каких-то растений. Дело в том, что человеческий мозг имеет специальные рецепторы, реагирующие на определенные виды растений, воздействующих на сознание. Наш мозг развивается уже свыше 50 миллионов лет, используя эти рецепторы. Причина, по которой часть людей принимает наркотики, состоит в том, что эти рецепторы активируют центры удовольствия в их мозгу. И это не было ошибкой. ДНК не обманешь. И дьявол здесь ни при чем. Несомненно, есть какие-то объективные причины, по которым пейот или псилоцибин включают определенные рецепторы. И существует еще много каких-то рецепторов и веществ, которые на них воздействуют, о которых мы еще ничего не знаем».

«В меняющейся контркультуре видишь ли ты преемственность между психоактивными наркотиками и киберпространством?»

«Конечно! Это факт. Каждое поколение создает новую контркультуру. В "ревущих двадцатых" это джаз и алкоголь. В шестидесятые — хиппи с психоделиками».

«Контркультура сегодня — это не только наркотики и компьютеры или необязательно только они. Я не сомневаюсь, что некоторые используют и то и другое одновременно. Но как ты думаешь, можно ли сказать, что наркотический опыт повлиял на компьютерный опыт?»

«Я не отрицаю, что можно использовать и то и другое. Мозг устроен так, чтобы задействовать эти рецепторы. И мы видим, как эти рецепторные центры перекрывают обычное сознание. Текстовый редактор. Потом внезапно ты можешь начать употреблять психоделические растения, которые отправят тебя в другое пространство. Пожалуй, я чересчур техничен. Но есть несомненная аналогия между тем, как рецепторные центры марихуаны и ЛСД или опиума, активируют определенные участки мозга, итем, как мы загружаем какие-то программы в компьютер. Тогда, в шестидесятые, мы не так много знали о том, как устроен мозг. Я говорил в 1968-м: "Нужно выйти из своего сознания, чтобы начать пользоваться головой". Но «голова» — это просто старомодное название мозга. Мы ничего не знали тогда о рецепторных центрах. Но теперь мы можем использовать биохимпрепараты, для того чтобы попадать в различные реальности, которые существуют в твоем мозгу. И ты куришь марихуану, потому что она дает тебе приятное ощущение. Трава также хорошо действует на аппетит. Так работает твой мозг. Но теперь это звучит по-другому: "Пользуйся головой, чтобы оперировать мозгом". Это новая концепция. Пользуйся головой! Это круто. Оперируй своим мозгом, потому что мозг создает различные реальности».

«Видишь ли ты связь между войной с наркотиками и попытками наложить цензуру на Интернет?»

«О, совершенно верно, Пол. Цензоры хотят контролировать все. У нас должны быть чиновники для того, чтобы общество нормально функционировало. Я не отрицаю правила и ритуалы. Но они цензурируют все, что может изменить реальность индивидуума. И это недопустимо».

«Ты знаешь, у меня есть теория, что все эти истории про НЛО, все эти люди, утверждающие, что они были похищены инопланетянами, все это не что иное, как прикрытие для секретных государственных экспериментов по контролю над сознанием».

«Это очень популярная теория, Пол. Я каждый день получаю как минимум десять писем на тему НЛО и правительства. Конечно, люди в правительстве делают все, что могут, чтобы контролировать наше сознание».

«А эти "голубые каски" в Боснии ждут не дождутся, чтобы прилететь в Штаты на своих черных вертолетах и напасть на Мичиган и Аризону».

«Мне нравятся все эти слухи про НЛО. Мне нравится, что с людьми хоть что-то происходит. Шестидесятилетняя жена фермера из Дакоты думает, что была похищена и несколько раз изнасилована существами из НЛО! Bay! Они проделали путь с другой планеты 8 тысячи световых лет только для того, чтобы устроить оргию с этой милой бабулей и подергать ее за титьки. Bay!»

«Или, на худой конец, взять пробы у нее из задницы. Но все-таки, как ты думаешь, проводит ли государство какие-то эксперименты по контролю над сознанием? Были же все эти программы типа MKULTRA и тому подобное. Как ты думаешь, может, они до сих пор продолжаются? Я не верю, чтобы они могли остановиться». «Чем сейчас занимается ЦРУ, может рассказать Дж. Гордон Лидди. Он говорит: "Да, это правда. Когда мы узнали, что китайские коммунисты используют ЛСД, ЦРУ закрыло весь мировой рынок от Sandoz. Они не понимают, что одна доза ЛСД — это одна миллионная грамма. ЦРУ считает, что эксперименты с ЛСД могут иметь непредсказуемые последствия". Что за чушь, Гордон! Ты можешь назвать хоть одно предсказание ЦРУ, которое сбылось? Падение шаха? Возвышение аятоллы?»

«Как тебе понравилось, что Лидди получил премию за свободную речь от Национальной ассоциации ток-шоу после того, как сказал, что, когда за тобой приходят люди из ATF,[52] они всегда одеты в бронежилеты, поэтому надо целиться им в голову или в пах?»

«Это типичный Лидди. Он по натуре романтический комик».

«Когда ты дебатировал с ним, то, если бы послушался его совета задним числом, тогда ты оказался бы на сцене один, ведь он возглавил тот рейд на Миллбрук и кто-нибудь обязательно выстрелил бы ему в голову или в пах».

«Да, он был правительственным агентом, который ворвался в нашу спальню среди ночи У нас было полное право пристрелить его. Но у меня никогда не было никакого оружия. И не было никакого желания приобрести его, хотя у меня и был в свое время разряд по стрельбе из «гаранда», винтовки Спрингфилда и пулемета, когда я учился в Уэст-Пойнте. Я был экспертом по системе Ховитцера. Я знаю, как обращаться с этими убийственными штучками, но у меня никогда в доме их не было и не будет».