Чертово колесо - Юлиана Анатольевна Матвей

− Здравствуйте, Виолетта Сергеевна, просмотрите, пожалуйста, документацию по проекту. Если будут вопросы, зайдите, − спокойно сообщил он, не глядя на сотрудницу. Затем повернулся к Александру: − А вы не имеете права находиться в офисе нашей компании без специального пропуска. Заявление об увольнении уже подписано и одобрено. Две недели, положенные по трудовому законодательству прошли. Вы можете быть свободны.

У Александра заиграли желваки.

− Я-то уйду. А ты останешься вместе с пригретой на груди змеей, − шипел он, указывая пальцем на Виолетту.

− Разберемся, − твердо с нажимом сказал Степан и открыл кабинет, приглашая Александра к выходу. Тот, схватив портфель, с ненавистью взглянул на обоих и вышел. Степан двинулся следом, тихо прикрывая дверь.

Виолетта медленно опустилась на стул. В голове царила пустота: никаких переживаний и мыслей. Она взяла сумочку и поспешила к кофейному автомату. Табличка «не работает» даже ее не удивила. Девушка остановилась у окна. Александр в этот момент вышел из здания и ударил носком ботинка по колесу машины Степана. Сигнализация не заставила себя ждать. Неприятный звук вызвал горькую улыбку. Как она могла поверить в доброту и любовь человека, который на это просто не способен. В коридоре Виолетта столкнулась с одевающимся на ходу Степаном. Тот как-то странно взглянул на ее потерянный вид и прошел, ничего не сказав. Девушка скрылась за дверями своего кабинета.

Вечерняя прогулка по городу принесла душе умиротворение. Поставленный на беззвучный режим, телефон молчал в сумочке. Да и кому звонить? С Александром отношения подошли к своему логическому концу и окончательному расставанию. Степан разорвал отношения. Завтра надо будет вернуть ключи от квартиры, а то в суматохе даже поговорить спокойно не удалось. Не так она представляла себе их встречу после месяца разлуки. Видимо, у него уже все перегорело, увлечение прошло, а так интересно начиналось… Виолетта вспомнила их прогулку по Красной площади, их первый поцелуй.

Ноги замерзали, отказываясь идти дальше. Зима постепенно и твердо захватывала свою власть. Щеки порозовели. Румянец заиграл. Виолетта стянула заколку, и волосы мягкими волнами опустились на спину. Почему раньше она не понимала, как хорошо в такую безветренную погоду распустить вечный конский хвост или пучок и дать свободу тяжелым прядям. Многое изменилось с прежних времен… Виолетта вздохнула, но уже не так тяжело как в начале вечера.

Ночью, вспомнив о телефоне, Виолетта решила включить звуки установить будильник. На экране сиял один пропущенный и такой долгожданный звонок.

А Степан лежал, смотря в потолок. Он жалел о своем шаге, а после услышанного сегодня разговора хотел попросить о прощении и умолять вернуться. Он видел, как Александр ворвался в ее кабинет. В тот момент в руках был приказ об увольнении, подписанный генеральным. Мужчина размышлял, как лучше распределить работу по проекту, чтобы Виолетта не перегружалась работой. Вид разозленного инженера не предвещал ничего хорошего, особенно если судить по их телефонному обмену любезностями, когда Александр посвятил его в тайну взаимоотношений с коллегой. Оказывается, они встречались за спиной Степана и планировали совместное будущее. Кто являлся лишним в любовном треугольнике (именно треугольнике, а не четырехугольнике), Александр дал четко понять. Степан тогда сильно расстроился. Он уже и забыл, какими острыми и болезненными могут быть переживания от предательства. У него хватило духу сообщить Виолетте о расставании без истерик и требования ненужных объяснений.

Из-за дверей кабинета слышались оскорбления Александра и спокойный голос девушки. Когда Степан открыл дверь, решив все-таки прервать мужские грубости, он заметил руку, поднятую для удара. Если бы задержка произошла хотя бы на минуту, на ее лице сверкал бы красный след.

Выпроводив нахала, мужчина взглянул на девушку. Виолетта выглядела устало-равнодушной и неприступной. В коридоре взглянула сквозь него. Наверное, обиделась. Вначале пригрел, одарил покупками, а потом выставил даже не в личном разговоре, а по телефону.

Степан скучал по вечерним задушевным беседам. Сегодня впервые мужчина не закрыл тяжелые шторы. Последнее время темнота черным одеялом окутывала его, сжимая в своих объятиях с такой силой, что не хватало воздуха. Степан скидывал одеяло и открывал занавески, оставляя только тюль, сквозь которую просачивался лунный свет или огни большого города. Провожал закат и встречал рассвет он с мыслями о ней. Теперь осталось дождаться рассвета и идти на работу.

Виолетта с пристрастием осматривала свой гардероб. Отыскав серое платье в тонкую полоску и белый ремень, она примерила. Степан должен обратить на нее внимание. Вдруг им удастся начать все сначала, с правды друг о друге. Неделя напряженных взглядов и вежливого общения чуть не свела ее с ума. Пора действовать!

Она заглянула к нему в кабинет в конце рабочего дня. Весь день искала предлоги, но все казались какими-то глупыми. Решив просто вернуть ключи, она поправила прическу, платье и медленно двинулась по коридору. Секретаря, к счастью, не было. Виолетта тихонько постучалась и вошла. Степан оторвался от экрана компьютера и предложил сесть.

− Я принесла тебе ключи, − с порога заявила она.

Мужчина протянул руку, чтобы их забрать. Однако девушка положила принесенную вещь на край стола. Степан накрыл своей ладонью ее руку, сжимающую холодный металл. По телу обоих прошла теплая волна.

− Завтра отмечаем юбилей шефа. Придешь? − шепотом спросил он, сокращая расстояние между ними.

− Приду, − ответила она, выскальзывая из кольца его рук. Чувства, захлестнувшие ее существо, пугали. Виолетта была уверена, что отношения со Степаном строятся на взаимопонимании, уважении, но не на страсти. А сейчас было трудно дышать от переполнявшего желания прикоснуться к нему, ощутить вкус его губ. Ладно, когда чужая душа потемки, но своя…

− Я уверен, что ты там будешь самой красивой! — прозвучало ей вслед.

Виолетта остановилась в дверном проеме и обернулась.

− Для тебя? − пошутила она.

− Для меня в первую очередь.

Девушка лукаво улыбнулась. Степан послал ей воздушный поцелуй. Румянец на щеках и нервные движения выдавали ее. Карие глаза блестели от переполнявших чувств. Если раньше он сомневался в желании со стороны девушки, относя то, что происходило, больше к проявлениям благодарности, то теперь нет.

Вечер предвещал много интересного, поэтому Виолетта отнеслась