Бесконечная жизнь полная бесконечной похоти (СИ) - Никита Кита

вдоль, осматривая каждую промежность, обрамлённую кругленькими гладкими ягодицами и нежными слегка пухлыми ляжками (хотя пухлые они были не у всех, но у большинства). Восемь манящих мокреньких щёлок, будто проговаривали к самцу: войди в нас, войди в нас, войди…

«А почему бы им и правда не проговаривать?..» — задумался Вейгер.

Он сказал:

— Я не слышу вашего желания стать матерью моих детей. Хочу, чтобы вы озвучивали свои истинные чувства. Кто будет самой убедительной, получит в себя вождёвский кайярун.

Восемь голосков закричали наперебой:

— Войди в меня, мой вождь!

— Нет в меня!

— Моя верность тебе не имеет пределов! Я самая достойная!

— Во мне ты получишь больше удовольствия!

— А меня можешь долбить так грубо, как пожелаешь!

— Я была верна тебе ещё до победы на турнире!

— Мое тело в твоей власти! Бери и пользуйся!

Мьянодара, так и вовсе, расплакалась и заговорила через слёзы:

— Умоляю, трахни меня Вайтра, я не смогу жить без этого…

А здоровяк не спешил. Он выбирал, какая оттопыренная задница больше приглянётся, хоть они и все были до дрожи привлекательны.

Для начала он вошёл во влагалище рыженькой. Она оказалась не девственницей, в значит сейчас вождь трахал чью-то чужую партнёршу. Жаль, но по волчьим законам, она теперь больше любила сильнейшего воина племени, а не своего бывшего, слабака и неудачника.

Войдя в неё с полсотни раз, самец довёл любовницу до громких стонов. Продолжать он не стал, а перешёл к одутловатой попке низкорослой, пышногрудой сучки. Ей он вставил не в щель, а в анальное отверстие. От такой пенетрации, девушка вся напряглась, задрожала, заскулила, но стерпела. Первая разведка её пещеры, а не норы, произошла этой ночью.

Следующая на очереди была любимица Вейгера — белогривая худышка с отличной задницей. Уже отымев её в рот, он вставил, на этот раз, в тесное влагалище. Малышка оказалась девственна и очень громко и пискляво отреагировала, на свой первый сексуальный опыт. Взяв бледнокожую красавицу за плечо и возложив широченную лапу на тонкую поясницу, огромный мускулистый волк отодрал молоденькую сучку быстрыми ритмичными движениями.

К тому моменту, дикарки устали выдумывать фразочки и затихли, в ожидании своей очереди. Мужчина немного задержался на любимице, и сделал так, чтобы девочка по настоящему кончила от его члена. Когда он дотрахал её до оргазмирующего состояния, снежинка упала на землю и забилась в конвульсиях, извиваясь вся, словно змея. Смазливая мордашка вспотела, закрыла веки и вся раскраснелась, становясь похожа на помидор. Другие девушки смотрели на неё с неподдельной завистью.

Самец вынул раздроченный, но ещё заряженный стояк и пошагал дальше, уже с другой стороны построения. Теперь его выбор пал на серьёзную и самодостаточную волчицу, которая постоянно сверлила предводителя каким-то возбуждённым, и в то же время, сердитым взглядом. Ей он вставил промеж губ и затолкнул в горло. Ладонью кобель взялся за шею и нащупал свою елду, внутри плотной и горячей гортани. Удерживая суку за подбородок и за затылок, он протолкнул конец так глубоко, что лицо девушки расплющилось об его лобок. А дальше Амон оттарабанил эту самодовольную волчицу до того грубо и быстро, что у неё слёзы пошли из глаз.

После освобождения глотки от огромного мужского достоинства, длинноволосая длинноногая самка громоко задышала, бешено хватая ртом воздух. Жёсткий оральный секс едва не задушил её до потери сознания.

— Спасибо, хозяин. — прохрипела она, вытирая губы от смазки вытекшей из члена.

Мьянодаре, которую он выбрал за приятное лицо, мужчина подсунул стояк под нос. Та раскрыла рот и высунула язык, но Вейгер не стал пользоваться этим приглашением. Он взялся самостоятельно дрочить себе и параллельно хлопать девушку головкой по щекам, водить ею по лбу, оставляя полоски вязкой жидкости, а также прижимать кончик к красивым губам и носику.

— Лижи языком вдоль. — отдал приказ вождь.

А сам схватил красотку за волосы, и силой прижал её мордашку к члену. Задвигав бёдрами, здоровяк добился того, что дрочит свой стояк об очаровательное лицо любовницы. Той по сути оставалось только подставлять слюнявый язык, который елозил вверх-вниз.

Насладившись этим действом вдоволь, Вейгер отпустил привлекательную самочку и остановился напротив волчиц сестричек. Белокурой он поставил на голову ступню, продолжая себе дрочить, а сам спросил:

— Что ты чувствуешь, моя дорогая?

— Я безмерно рада быть вам полезной, мой вождь. — без малейшей задержки ответила блондинка, голова которой тряслась от нагрузки.

И будь на её месте какая-то шлюха, перерожденец бы засомневался в искренности сказанного. Но дикарка ведь и впрямь могла ощущать счастье от того, что ею вот так пользуются.

«Хотя всяких извращенок и среди людских женщин хватает…» — подумал бывалый вояка.

Он поднёс ступню к лицу Сиановаты и та провела язычком по его пальцам. Благодаря каменистой почве берега, босые ноги оставались достаточно чистыми, после купания. Здоровяк дал пососать крошке его большой палец, а потом серьёзно задумался.

До рассвета оставалось совсем немного, и ему уже хотелось спать. Раны начинали саднить и пылать колющим жаром. Похоже организм внука израсходовал данный от природы запас сил, так что продолжать развлекаться с девчонками получится ещё не долго. Пора было закругляться и зарождать новую жизнь, в которую предстоит переродиться.

Напоследок Амон перевернул сиськастую самку на спину и сдавил свою елду промеж её двух крупных, мягких вершин. Трахая чудесные округлости, он время от времени окунал член в пасть фигуристой сучке, после чего доставал и снова имел в сиськи.

— Так девочки, подъём. Сейчас я наполню норку Сианы, а вы поможете нам полюбить друг друга. — говорил предводитель, не отрываясь от соития с низкорослой партнёршой.

— У-в-а-а-а-а! — заверещала что-то нечленораздельное крошка-волчица.

Волколюд-громила развалился на спине и скомандовал:

— Давай, малышка, запрыгивай.

Сиана встала над ним, перекинув ножку через широкий, мускулистый торс. Потом начала неспеша опускаться. Взяв в ладонь огромную по её меркам елду, она направила красную раздроченную головку в свою узкую девственную дырочку. Её небольшой тёмный хвостик нервно крутился позади, в районе копчика. Дрожащая тощая попка медленно насаживалась на крупный член, пока маленькое личико искажалось гримасой боли смешанной с наслаждением.

— У-а-ф! У-а-ф! У-а-а… — постанывала самочка.

Но вот, девушка сама постепенно пришла к аккуратным движениям вверх-вниз. И пока процесс спаривания стремительно ускорялся, Вейгер не стеснялся раздавать указания.

Мьянодаре, он велел подлезть к трахающейся парочке сзади и вылизывать подпрыгивающие вождёвские яйца. Сестричкам и рыжухе перерожденец сказал целовать и вылизывать ему живот и грудь. Ну а к снежинке, самец вдруг непроизвольно обратился с лаской в голосе:

— Эй, моя зимняя красавица… Будь добра, подойди к своему папочке.

Всё ещё слегка розовая