Украденные ночи - Виктория Холт

Я узнала от него, что моя сестра Клития уже замужем и даже имеет трехлетнего сына. Поскольку она всего на год старше меня, значит, она вышла замуж совсем юной. Отец сообщил мне, что вышла она за его управляющего, Сета Блэндфорда. Малыша назвали в честь дедушки, Ральфом.

— Ты знаешь, — сообщила я Селии, — а я, оказывается, тетя. У меня дух захватывает от скорости, с которой я обрастаю родственниками.

Наступил май. Мы ехали по лесной тропинке, любуясь прекрасной весенней природой. Время от времени нам встречались целые поляны колокольчиков. Почки на деревьях набухли и уже готовы были распуститься, издалека доносился голос кукушки, напоминающий о том, что наступила весна.

— Сэйра, — внезапно заговорила Селия. — Я больше не могу здесь оставаться. Это неправильно. От меня нет никакого проку. Вчера я попыталась сказать об этом твоей тете, но она и слушать меня не стала.

— Прекрати. С какой стати тебе уезжать?

Она заколебалась, но потом ответила:

— Возможно, мне достанется по наследству немного денег. Сумма невелика, но мне этого хватит, чтобы жить ни в чем не нуждаясь.

— Это же замечательно! И когда это произойдет, ты, конечно же, сразу нас покинешь.

— Мне стыдно, что я использовала вас подобным образом. Когда мне нужна была крыша над головой…

— Какой вздор! Ты приехала сюда работать, и это всех устраивало. О Селия, нам будет тебя не хватать.

— Твоя тетя запретила мне даже затрагивать эту тему. Мне показалось, у нее есть на меня какие-то виды!

Я покосилась на Селию. Интересно, она думает о том же, что и я?

— Я не знаю людей, на которых у тети Марты нет видов, — ответила я. — Ее проблема заключается в том, что она уверена, будто разбирается во всем намного лучше других, даже в том, что ее вообще не касается.

Она со мной согласилась, и некоторое время мы ехали молча. Я пыталась представить себе, как изменится моя жизнь после ее отъезда. Быть может, мне стоит отправиться на Цейлон, в гости к отцу? Я чувствовала постоянную необходимость говорить о нем, и Селия внимательно слушала, пока я пересказывала ей содержание его писем.

Когда мы вернулись с прогулки, меня ожидало очередное письмо, и я тут же поднялась к себе, чтобы его прочитать.

Отца очень радовало то, что я так живо заинтересовалась плантацией. Но его сестры считали, что мне сперва следует окончить образование, а уже потом отправляться к нему.

«Они уговаривают меня приехать домой, — писал он. — Вполне возможно, что я так и сделаю. (От такой перспективы у меня даже дух захватило.) В этом нет ничего невозможного. Сет присмотрит за плантацией, да и Клинтон Шоу никогда не откажется помочь, случись в этом необходимость. Я рассказывал тебе о Клинтоне Шоу? (Нет, не рассказывал). Он владелец соседней плантации. Это маленькая страна, а плодородные земли сосредоточены в одной местности, поэтому мы стараемся использовать весь их потенциал. Клинтон — очень колоритная фигура. Кое-кто здесь даже называет его королем Канди. Именно благодаря таким людям, как он, экономика страны процветает. Разумеется, он решителен и беспощаден, и не все его любят, но мы с ним находим общий язык. Я и в самом деле подумываю ненадолго приехать домой. Домашние убеждают меня, что это необходимо… для моего здоровья. Но основной целью моей поездки будет встреча с дочерью. Ты, наверное, очень изменилась с тех пор, как тебе было два года!»

Я должна была поделиться с кем-то этой потрясающей новостью, и с кем, если не с Селией?

В доме ее не было, и я отправилась на розыски, которые в конце концов привели меня на кладбище. Селия на коленях стояла у маминой могилы.

Заметив меня, она удивленно приподняла брови. В одной руке она держала ножницы, а в другой ветку посаженного ею кустарника.

— Что это? — спросила я.

Глядя на меня своими непроницаемыми глазами, она ответила:

— Разве ты не знаешь? Похоже, ты совсем не разбираешься в растениях, Сэйра. Вот чему мне следовало тебя научить. Это розмарин.

— Вот розмарин, это для воспоминания[6], — процитировала я.

Селия улыбнулась.

— Поэзию ты знаешь куда лучше.

Она сунула ножницы в карман и встала, сжимая в руке срезанную ветку.

Мы вместе вернулись домой.

— Ты очень любила мою маму, — тихо сказала я.

— Я ее никогда не забуду, — кивнула она. — Она очень много для меня значила.

На следующее утро нас всех ожидал шок.

Селия не спустилась к завтраку. Впрочем, четко установленного времени для него у нас не существовало. Позавтракать можно было с половины восьмого до девяти. Слуги оставляли еду на буфете, и каждая из нас выбирала то, что хотела. Тетки обычно завтракали вместе в восемь часов. У нас с Селией вошло в привычку делать это на полчаса раньше. Я точно знала, что нарушить этот обычай могло только нечто экстраординарное. Я съела гренок, запила его чашкой кофе и поднялась к ней в комнату.

По ее аккуратно заправленной кровати сразу было ясно, что этой ночью в ней не спали. Я отворила дверцу шкафа. Пусто. Затем я заметила записки на столе. Одна из них была адресована мне, вторая — тете Марте.

Я вскрыла конверт.

«Милая Сэйра!

Я уезжаю. Я не прощаюсь с вами, так как знаю, что вы станете разубеждать меня, уговаривая остаться. Вы очень добры, но я не могу этого сделать. В трудную минуту вы протянули мне руку помощи, но теперь я твердо стою на ногах и должна вас покинуть. Я очень благодарна вам за понимание и снисходительность. Когда у меня появится постоянный адрес, я сразу вам его перешлю на тот случай, если вам захочется мне написать.

С любовью, Селия».

Я не верила своим глазам. Вот так взять и уехать! Но почему? Я знала: тетя Марта настаивала на том, что она должна остаться. Но даже тетя Марта не смогла бы заставить Селию остаться против ее желания. Правда, Селия была из той породы людей, которые не умеют отказывать людям, если их о чем-то очень просят. Ей было бы слишком трудно твердо сказать «нет», поэтому она и избрала такой способ.

Тетя Марта была потрясена. Я никогда не видела ее такой растерянной. Я окончательно убедилась в том, что она возлагала большие надежды на Селию в связи с возможным возвращением моего отца.

— Она даже не оставила адреса… — протянула тетя Мабель.

— Мы не можем с ней связаться… при всем нашем желании. А мне она казалась такой здравомыслящей девушкой! — сокрушенно кивнула тетя Марта.

Тетя Марта терпеть не могла, когда ее планы рушились. Впервые за все время знакомства с Селией она не на шутку на нее разозлилась.