Два кольца и брызги шампанского - Патрисия Тэйер

— Спокойной ночи, — прошептал он и закрыл дверь. Но как избавиться от мыслей о желанной женщине, лежащей в кровати всего в двух шагах от него?

Следующим вечером Джон в черном костюме ждал, когда Анджелина приготовится к выходу в театр. Он мерил шагами гостиную, понимая, что сегодня нужно рассказать ей все. Кто он. Кто его дед. Одна мысль об этом разъедала ему душу, подобно кислоте. Черт! Не следовало заходить так далеко. Расскажи он семейству Ковелли о себе с самого начала, не оказался бы в такой ситуации.

Он услышал, что дверь спальни открылась, и поднял глаза. У него перехватило дыхание при виде Анджелины. На ней было короткое черное вечернее платье, соблазнительно обтягивающее фигуру. В черных туфлях на высоких каблуках она казалась выше, а ее и без того красивые ноги — еще красивее. Шелковистые волосы были подобраны с шеи и держались на двух блестящих заколках, серьги с небольшими бриллиантами украшали уши.

— У меня нормальный вид? — робко спросила она. — Продавец сказал, что это платье подойдет для выхода в театр.

— Ты великолепна, — сказал он, набрасывая ей на плечи шерстяной жакет.

После спектакля они взяли такси, чтобы добраться до не очень известного широкой публике ресторанчика. Они поели в спокойной интимной обстановке, изредка перекидываясь фразами. Но каждый раз, бросая на Анджелину взгляд через стол, Джон понимал, что влюбляется все больше и больше… И это чертовски пугало его.

Как он мог допустить подобное? Он ведь так старался сохранять дистанцию. Не увлекаться. Но все произошло помимо его воли.

— Джон, ты в порядке?

Он встретился с ней глазами.

— Немного устал.

Она улыбнулась и подняла бокал.

— Сегодня — невероятный день. Я так благодарна тебе.

— Не стоит благодарности.

Он потянулся через стол и взял ее руку в свою.

— Завтра ты отправишься домой.

Она кивнула, и он ощутил дрожь в ее руке.

— У меня такое чувство, словно я отсутствовала целую вечность. — Она встретилась с ним глазами. — Не знаю, как и благодарить за эту поездку. Я столько узнала.

— Я буду скучать по тебе, — произнес он, не тревожась о том, что слова невольно сорвались с языка.

Она кивнула.

— Мне тоже будет не хватать тебя. Но мы ведь всегда понимали, что твоя жизнь здесь, а моя — в Индиане.

Он видел, как глаза ее наполнились слезами. Черт, и как ей удалось проникнуть в душу и завладеть его сердцем? Ему вдруг стало жаль проводить оставшееся у них время в ресторане.

Джон жестом попросил у официанта счет, и через десять минут они уже сидели в такси, направлявшемся в Сохо.

Сегодня он должен раскрыть ей правду…

Джон открыл дверь в квартиру и пропустил Анджелину. Не в силах удержаться, он притянул ее к себе, наслаждаясь близостью ее тела. Они так подходят друг другу. О, как он желает ее… но нет! Из последних сил ему удалось отстраниться.

— Анджелина, нам надо поговорить.

Чувствуя, что ему не хватает пространства, Джон прошел в гостиную. Включил проигрыватель, и комната заполнилась звуками романтической баллады в исполнении итальянского оперного певца Андреа Бочелли. Ему не надо бы делать этого, но, прежде чем он успел исправить промах, Анджелина приблизилась к нему.

— Так о чем ты хотел поговорить? — прошептала она. — Как я узнала, что неравнодушна к тебе? Я пыталась оттолкнуть тебя, но теперь не в силах что-либо изменить. Мне бы хотелось, чтобы ты знал это, прежде чем я вернусь в Индиану.

Его тотчас охватила страсть, заставив позабыть все доводы разума. Джон вновь припал к ней в жарком поцелуе, но вдруг опомнился. Схватив за руки, он отстранил ее.

— Погоди, Анджелина. Нам нужно сначала поговорить. Ты должна кое-что знать.

— Что? Что ты не веришь в постоянство любви? Это неважно, я неравнодушна к тебе, Джон. И мне кажется, что и ты неравнодушен ко мне.

— Да, это так, пропади все пропадом! — Он вновь отодвинулся. Если она еще раз прикоснется к нему, он погиб. — Поэтому ты и должна выслушать меня.

Анджелина замолкла и посмотрела на него с выражением полного доверия:

— Если же я обманулась в своих ожиданиях…

Он стремительно привлек девушку к себе, обвив рукой ее талию. У нее перехватило дыхание, когда он приник к ее губам в страстном, обжигающем поцелуе. Она ответила с такой же страстностью. Когда же он наконец поднял голову, она прильнула к нему, как он того и желал…

Джон прошелся по комнате, пытаясь успокоить дыхание.

— Надеюсь, я доказал, что не собираюсь обманывать твоих ожиданий. А теперь постой там, пока я не выговорюсь.

Она кивнула. Музыка обволакивала их, создавая интимную атмосферу. Не считая ночника, комнату заливал лишь лунный свет, проникающий в окно.

— Когда был выставлен на продажу гранд-отель «Хэйвен», я и понятия не имел, что существует Хэйвен-Спрингс, штат Индиана. Я навел справки и выяснил, что регион подходит для того, чтобы открыть там новый отель «Росси». Мы с Марком начали присматриваться к покупке здания и фирмам, занимающимся восстановительными работами, которые могли бы осуществить его реконструкцию. — Он помедлил, чтобы набрать воздуха. — Когда мне показали список подрядчиков, я увидел фамилию Ковелли… — Он взглянул на нее. — Она была мне знакома, и я навел справки, те ли это Ковелли. Я говорил, что мой дед родом из Италии. И он все еще живет там.

Анджелина кивнула.

— Но я не сказал, что он из Тосканы. Его семья из поколения в поколение владеет виноградником. Он знает бабушку Витторию.

— Правда? Она бы обрадовалась, что ты знаешь кого-то из ее деревни. Кто твой дед?

Джон глубоко вздохнул:

— Джованни Валенте.

Радостное возбуждение погасло в ее глазах, и она покачала головой.

— Не может быть. Джованни Валенте проклял наш род.

— Это так, Анджелина. Но какое отношение к нам может иметь то, что произошло полвека назад!

— Но тогда почему ты не открылся мне сразу? Зачем ты лгал?

— Я не лгал. Мне просто любопытно было взглянуть на семью, причинившую столько горя деду.

Она удивилась.

— Ковелли причинили горе Валенте? По-моему, на нас наложили проклятие. Почему же ты нанял нас? Чтобы посмеяться?

— Это никак не связано. Я отдал контракт твоим братьям, потому что они самые квалифицированные работники.

— Нам не нужна милостыня. Ты все время лгал нам.

— Ничего подобного, — доказывал он. — Я всего лишь занимался своим делом. Теперь же понимаю, что мне следовало сказать тебе…

Анджелина молча повернулась, чтобы выйти.

Джон в ужасе понял, как отчаянно ему хочется, чтобы она осталась.