Банковский счет - Уэстлейк Дональд Эдвин

«Катастрофа», - сказал Дортмундер.

«Уголок для завтрака», - твердо сказала мама Марча.

«Они не могут обыскать каждый трейлер на Лонг-Айленде», - сказал Герман. «Они могут наведаться на стоянки трейлеров, копы...».

«Ты просто знаешь, что они это сделают», - сказал Дортмундер.

«Но они не будут искать зеленый трейлер с мичиганскими номерами, занавески на окнах и пару милых дам средних лет, которые откроют дверь».

«А что, если они скажут, что хотят войти?»

«Не сейчас, офицер, — сказала Мэй,». моя сестра только что вышла из душа».

«Кто там, Миртл?» Высоким фальцетом позвала мама Марча. «Просто несколько полицейских,». крикнула в ответ Мэй, — хотят знать, не видели ли мы, как прошлой ночью мимо здесь проезжал банк».

Дортмундер сказал: «Вы, две леди, могли бы стать соучастницами. Вы могли бы закончить работу в государственной прачечной».

«Федеральная тюрьма», - сказала мама Марча. «Ограбление банка — это федеральный рэп».

«Мы не беспокоимся», - сказала Мэй. «Мы все предусмотрели».

«Я не могу вам сказать,». сказал Дортмундер, — скольких парней я встретил за решеткой, которые говорили то же самое».

Герман сказал: «Ну, я собираюсь остаться, вот и все. Этот чертов сейф — вызов для меня».

«Мы все собираемся остаться», - сказала Мэй. Она посмотрела на Дортмундера. «Разве нет?»

Дортмундер вздохнул.

«Кто-то приближается», - сказал Герман.

Мама Марча погасила фонарики, и единственным источником света был красный огонек сигареты Мэй. Они услышали приближение машины, увидели, как ее фары вспыхнули у окон. Двигатель заглох, дверь открылась и закрылась, и через несколько секунд дверь банка открылась, и Марч просунул голову внутрь. «Готово?» — позвал он.

Дортмундер снова вздохнул, когда мама Марча снова включила фонарики. «Заходи сюда, Стэн», - сказал Дортмундер. «Давай поговорим».

24

Виктор сказал:

Дортмундер со стальными глазами осмотрел свою работу. Колеса находились под самым полом самого банка. Голодные, отчаявшиеся люди в низко надвинутых шляпах — его банда работала с ним под покровом ночи, чтобы установить эти колеса, превратив невинно выглядящий банк в…

ДВИГАТЕЛЬ ЖАДНОСТИ!

«Я сам был одним из тех людей, о которых рассказывалось в предыдущей повести «Колеса ужаса!» в этой же серии. И вот, наступил последний момент, момент, который наполнял каждую нашу бодрствующую мысль все эти дни и недели подготовки.

«Это награда’, - тихо прорычал Дортмундер. ‘Сегодня вечером мы получим всю добычу’.

«Верно, босс», — нетерпеливо прошептал Келп, и его покрытое шрамами лицо исказилось в жестокой улыбке.

«Я подавил дрожь от этой улыбки. Если бы мои спутники только знали правду обо мне, как изменилась бы эта улыбка! Я бы долго не продержался с этой шайкой отчаянных головорезов, если бы они когда-нибудь разгадали мою маскировку. Я был известен им как Левша Лип МаКгонигл, бывший сотрудник Синг-Синга, жесткий клиент и не друг закона. Я уже дважды использовал псевдоним МаКгонигл, один раз, чтобы запечатлеть злой Призрак Драйв-Ина! И однажды вторгнуться в кишащие преступниками районы самого dread Sing Sing, на этот раз, чтобы раскрыть убийство стукача Сэда Сассанака в приключении, позже описанном под названием «Звери за решеткой!».

«И теперь я снова был Левшой, выполняя свой долг перед моим Богом и моей нацией как — СЕКРЕТНЫЙ АГЕНТ Джей-7!»

«Никто из бандитов Дортмундера никогда не видел моего настоящего лица. Никто не знал моего настоящего имени. Никто не знал»

«Виктор»?

Виктор подпрыгнул, выронив микрофон. Развернувшись на стуле, он увидел Стэна Марча, стоящего у открытого книжного шкафа, обрамленного ночью позади него. К этому времени Виктор настолько углубился в свою сюжетную линию, что отпрянул, когда понял, что смотрит на одного из людей Дортмундера.

Марч сделал шаг вперед с озабоченным выражением лица. «Что-то случилось, Виктор?»

«Нет, нет», - дрожащим голосом сказал Виктор, качая головой. «Ты просто — ты просто напугал меня», - добавил он неубедительно.

«Келп сказал мне, что именно здесь я, вероятно, найду тебя», - сказал Марч. «Вот почему я здесь».

«Да, конечно», - бессмысленно сказал Виктор. Посмотрев вниз, он увидел, что кассета все еще работает, и выключил ее. «Вот где я», - сказал он бесцельно.

«В банке возникла проблема», - сказал Марч. «Нам всем нужно снова собраться».

«Где?» Вопросительно спросил Виктор.

«В банке».

«Да, но где банк?» Озадаченно спросил Виктор. В последний раз он видел банк на футбольном поле средней школы и не знал точно, где он будет храниться до конца ночи.

«Ты можешь следовать за мной на своей машине», - сказал Марч. «Ты готов?»

«Полагаю, да», - неуверенно сказал Виктор, оглядывая гараж. «Но что пошло не так?» запоздало спросил он.

«Герман говорит, что это новый вид сейфа, и у него уйдет весь день, чтобы взломать его».

«Весь день!» Виктор взорвался в ужасе. «Но, конечно же, полиция» — «Мы устраиваем это с прикрытием», - сказал Марч. А затем добавил: «У нас вроде как не хватает времени, Виктор, так что, если бы ты мог» — «О, конечно!» Смущенно сказал Виктор. Он вскочил на ноги, затем взял кассету и микрофон и сунул их в карман куртки. «Готово», - серьезно объявил он.

Они вышли, Виктор осторожно выключил свет и запер за собой дверь, и они вдвоем спустились по темной подъездной дорожке на улицу. Пока Марч садился в припаркованный там универсал, Виктор поспешил через улицу к гаражу, который он арендовал у соседа, где хранил свой «Паккард». Это был более современный гараж, чем его собственный, с подъемной дверью с электронным управлением, которую он мог поднять или опустить, нажав кнопку на приборной панели автомобиля. В течение нескольких месяцев он пытался набраться смелости, чтобы спросить его сосед разрешил ему провести кое-какие работы снаружи здания, но пока не набрался достаточной смелости. Что он хотел сделать, так это придать фасаду вид заброшенного склада без дверей, чтобы казалось, что часть стены поднимается при нажатии кнопки на приборной панели. С этой концепцией было две трудности. Во — первых, он не знал, какую легенду придумать владельцу, желающему внести изменения, и, во-вторых, казалось бы, заброшенный склад выглядел бы определенно неуместно в этом районе — особенно на чьем-то заднем дворе. Тем не менее, это была приятная идея, и он, возможно, еще сумеет что-нибудь придумать.

Однако ночью эффект был почти таким же, когда здание было таким, каким оно было. Виктор вошел через боковую дверь гаража, включил тусклую красную лампочку, которую он установил в потолочном светильнике, и при ее освещении, похожем на освещение в фотолаборатории, снял пластиковую крышку с «Паккарда», сложил ее наподобие флага, а затем убрал на полку. Затем он сел в машину, достал из кармана кассету и микрофон, положил их на сиденье рядом с собой и завел двигатель. Мотор «Паккарда» тихо, но угрожающе заурчал в замкнутом пространстве. Улыбаясь про себя, Виктор включил только габаритные огни и нажал кнопку, отчего дверь скользнула вверх. С отчетливым чувством драматизма он нажал на акселератор и вывел «Паккард» в ночь, затем снова нажал на кнопку и увидел в зеркало заднего вида, как дверь за его спиной снова опустилась, а освещенный красным внутренний вид гаража сузился сверху и, наконец, полностью исчез. Только после этого он включил фары.

Марч казался нетерпеливым. Он заводил двигатель украденного универсала, и в тот момент, когда Виктор и «Паккард» выехали на улицу, он оторвался от тротуара и помчался прочь по улице. Виктор последовал за ним более величественным шагом, но вскоре ему пришлось немного прибавить ходу, если он вообще хотел держать Стэна в поле зрения.

В первый раз, когда их остановили на красный сигнал светофора, Виктор прокрутил кассету немного назад, нашел место, где он остановился, и продолжил запись оттуда, диктуя в микрофон, следуя за Марчем и его удаляющимся универсалом через Лонг-Айленд: