Боксер 3: назад в СССР - Валерий Александрович Гуров

— Ну что, — почесал в затылке Шпала, когда мы изучили текст плакатов от и до. — Пойдем в другое крыло? Может, там тоже что-нибудь почитать можно?

Одно крыло от другого отделял только небольшой крытый переход. А от нечего делать и плакаты годились как чтиво. Туда-то мы и направились и почти уже завернули в переход, как откуда-то сбоку послышался чей-то голос:

— А ну-ка стоять!

«Ну вот, не успели поступить, как уже начнут прорабатывать за отсутствие дисциплины», — успел подумать я. Однако все оказалось намного интереснее. Повернувшись к источнику звука, я увидел неожиданное: двоих парней из той компании, которая пыталась отжать велосипеды и деньги у нас с Левой. И хотя сейчас они были не в полном составе, настроение мое омрачилось. Раз они тут, значит, учиться будем вместе. А значит, придется разруливать конфликты еще и с этой стороны. Мда, я-то представлял себе олимпийскую подготовку немного иначе. Ну да ладно, идеальных условий никто не обещал. Придется работать с тем, что есть.

— Чего надо? — недружелюбно ответил я.

— Слышь, — один из местных толкнул локтем второго, — он еще спрашивает. Чепушила, ты из себя дурачка-то не строй! Где там твой приятель? Тоже здесь?

— А он перед тобой отчитываться не обязан, — отрезал я. — Где ему надо, там он и находится.

— Ишь борзый какой, — ухмыльнулся второй. — Ты че, думаешь, если один раз тебе повезло, так и всю жизнь везти будет? Ни хрена. Ты нас очень сильно огорчил. Поэтому жди теперь. За такое отвечать придется. Ходи и оглядывайся, понял?

Он дёрнул губой, пытаясь показать, что он тут — хозяин ситуации. Вышло, конечно, совершенно идиотски.

— Ладно, хорош языком чесать, — сказал первый. — Надо с ними обоими толковать, а не по отдельности. А то сговориться еще успеют. Короче, я так понял, вы сюда поступать собрались? Ну поступайте, поступайте, ребятки. Мы вас встретим как полагается.

— О-ох, вы даже себе представить не можете, в какое дерьмо вы встряли и насколько крепко, — мечтательно улыбнулся второй. — И дружку своему передай. Вам тут такое месиво устроят — мамочки замучаются творожок в больничку таскать.

— Ладно, чего ты нагнетаешь, — подхватил первый. — Сейчас напугаешь деточек, они передумают сюда поступать и побегут домой, к мамочке, штанишки менять.

Парочка упырей заржала на весь коридор и, развернувшись, удалилась. Да, не ожидал я такого поворота!

— Слушай, Мих, а это кто вообще? — с недоумением спросил меня Шпала, когда силуэты этих придурков скрылись за поворотом. — Куда ты успел здесь встрять-то?

Я вкратце пересказал ему, как мы с Левой съездили за продуктами для ухи и почему тогда задержались. Сам Лёва, видимо, не успел этим приключением с корешем поделиться.

— М-да, это, похоже, серьезно, — задумчиво протянул Шпала. — Видишь, они вас даже запомнили, хотя вы у них точно были не единственными, кого они пытались обчистить. Значит, обиделись сильно.

— На обиженных воду возят, — отозвался я. — Ладно, пошли назад. Плакаты потом еще успеем порассматривать. А сейчас возвращаться надо, а то мы уже долго в туалет с тобой ходим.

Мы спустились по лестнице. Отсюда было два пути: направо — обратно в актовый зал, а налево — на выход.

— Слушай, ты иди, — засуетился Шпала, — а я чуть попозже подойду.

— Не понял? — сказал я. — А ты-то куда?

— Да я это… — Шпала покрутил головой по сторонам, и, убедившись, что никто его не видит и не слышит, приглушенно сообщил: — Я тут за угол сбегаю, покурю, пока Антон не видит. А ты, если что, скажи, что меня понос прошиб, ну или что-нибудь в этом духе!

— Ладно, — кивнул я. — Только не задерживайся сильно!

Воспитывать чужих великовозрастных детей не входило в мои планы, тем более что теперь я и сам был, по сути, ребенком, хотя и превращающимся в подростка. Поэтому нездоровые увлечения своих новых знакомых я старался никак не комментировать — главное, чтоб ничего похуже не задумали. Но вот внутри меня не покидало удивление. Ведь вы же спортсмены — мало того, вы попали в один из престижнейших спортивных обществ страны (хотя слова «престиж» здесь еще никто не знал)! Это ведь такой шанс сделать крутую спортивную карьеру, развить свое тело, фактически — вылепить нового себя! Вместо этого один бухает чуть ли не каждый день, другой курит за углом, пока тренер не видит… Нет, я, конечно, понимаю, что никто не святой, но если это для вас настолько важно, то можно было бы обойтись и без стремления в «Динамо»…

С такими мыслями я подошел к дверям актового зала и едва не получил ими же по носу: поток выбегающих оттуда абитуриентов чуть не смел старые деревянные двери своим напором. Получается, пока мы со Шпалой изучали внутреннее убранство этого дворца для будущих пролетариев, скучное мероприятие уже закончилось. Ну и слава богу! Заодно и мне не придется придумывать для Антона Сергеевича причину опоздания Шпалы — в такой толпе еще попробуй найди, кто где.

Я отыскал в этой куче-мале своих и пристроился к ним, как будто я и не отделялся от коллектива. Но тренер все-таки был начеку, и его сильная рука уже спустя мгновение схватила меня за предпречье.

— А Шпала где? — прокричал Антон Сергеевич, пытаясь перекрыть шум толпы.

— Не знаю, — нарочито равнодушно пожал я плечами. — Мы сейчас в толпе разминулись. Но мы вместе были, все в порядке!

То, что в порядке далеко не все, стало ясно почти сразу. Краем глаза я увидел скрюченную фигуру Шпалы, медленно ковылявшую к нам, держась за стенку. Этого еще не хватало! Я и остальные динамовцы тут же рванули к нему.

— Шпал, чего случилось? — спросил Лева на правах старшего товарища. По лицу Шпалы была размазана кровь, и из носа падали всё новые капли.

— Да там эти… — с трудом проговорил Шпала, беря у кого-то протянутый носовой платок. — Короче, которые вас с Михой встретили, когда вы для ухи продукты ездили покупать…

— Вот черт! — завелся Лева. — И тут достали! Где это было?

Шпала молча показал рукой за угол.

— А ну погнали! — скомандовал Лева. — Сейчас мы им устроим веселую жизнь. Ишь смелые какие — толпой на