Будет только хуже (СИ) - Виктор Климов

прошлых войн, помимо собственно боевых операций будут осуществляться действия, направленные на подрыв доверия гражданского населения армии и правительству, пропаганда будет вестись как явная, так и косвенная. Влад вспомнил тех экзальтированных молодых людей, которые попытались организовать антивоенный митинг на привокзальной площади, и которых, скрутив и, распихав по салону микроавтобуса, быстро увезли в неизвестном направлении. Что с ними сейчас? Навряд ли отпустили, а если и отпустили, то оставили под негласным надзором. По крайней мере, Влад бы поступил именно так, но спецслужбам безусловно виднее.

— Это да, — согласился Влад и поднял указательный палец к верху. — Без этого никуда. Надо быть начеку!

Видимо тон, с которым Влад произнёс последнюю фразу, показался кадровичке чересчур несерьёзным, а несерьёзной здесь могла быть только она.

— Хватит придуриваться! — вдруг отрезала старший лейтенант, и Влад инстинктивно подтянулся на стуле. — Необходимо сдать отпечатки ладоней и пальцев. Если вы уже проходили эту процедуру, а вы её проходили, вашу личность будет легче подтвердить, если что.

— Если что что? — он приподнял бровь.

— Как будто вы не понимаете.

— Типа если от меня останется только один палец?

— Типа того, — утвердительно кивнула она, включила сканер для снятия дактилоскопического снимка. — И это хорошо, если хотя бы палец останется.

— Вообще, я уже проходил эту процедуру несколько лет назад. Зачем опять?

— Бдительность — наше всё, — товарищ Алексеенко! Помните, о чём мы говорили несколько минут назад? Ну и что, что ещё раз, трудно что ли "пальчики" откатать? Не мешки же с цементом ворочать. В базах сейчас бардак, хорошо, если серверы уцелели, но лишний раз продублировать не помешает. Заодно проверим вас ещё раз, вдруг вы не тот, за кого себя выдаёте и не являетесь человеком, который когда-то уже сдавал отпечатки, а? — Лейтенант Анисимова отхлебнула из кружки.

— Ну, вам виднее, если надо так надо, порядок должен быть соблюдён.

— Вот именно, — теперь уже она подняла указательный перст в назидательном жесте.

Влад поочерёдно положил на стекло сначала одну ладонь, потом другую. Сканер мерно загудел, из-под ладони прорывался яркий белый свет.

— А теперь будьте добры ваши ручки испачкать, — из ящика появился набор для снятия дактилоскопической карты, что называется по старинке, картонная форма и валик с чернилами.

— Это на тот случай, если сервер грохнется, я правильно понимаю?

— Именно! — лейтенант растянула губы в ироничной улыбке. — Вы всё правильно понимаете. Бумага, знаете ли, бывает гораздо надёжнее всех этих электронных гаджетов. Вот есть на вас бумажка — хорошо, нет — плохо. Ну или наоборот, в зависимости от ситуации. Бахнет ядерный взрыв, электромагнитный импульс электронику уничтожит, а картонки останутся целёхоньки.

Влад вспомнил, как ещё в школе препод по ОБЖ рассказывал, что часть советской авиации вообще летала на ламповой технике, на которую электромагнитный импульс не действовал, и как бы американцы посчитали это умным решением, у них-то тогда уже всё на микрочипах было. Правда, они не знали, что в СССР своих микрочипов тогда просто не было, вот и летали на лампах. Может и байка, а может, и нет. Он не силён был электронике, поэтому не мог с уверенностью утверждать, что ОБЖэшник не наплёл с три короба.

Тем временем кадровичка промокнула валик в губку с пигментом.

— Без бумажки ты букашка… — произнёс Влад, пока старлей Анисимова водила валиком с чёрной краской по его ладоням.

— А с бумажкой — человек! — серьёзным тоном закончила она поговорку, прикладывая его ладони к дактилокарте. — И хорошо ещё, если справку о том, что не верблюд, не потребуют.

Спустя несколько минут Влад старательно оттирал носовым платком красящий пигмент, но всё равно каким-то образом незаметно для себя умудрился испачкать куртку.

— Распишитесь здесь, — ткнула она пальцем в строчку в анкете.

Влад взял ручку из стакана и пододвинул к себе лист бумаги.

— И здесь, — указала она на ещё одну графу.

— Это что? — спросил он.

— Расписка о неразглашении. Всё, что вы видели, слышали или могли узнать может быть объявлено военной тайной. Если коротко, то отныне, если что, вас могут расстрелять при малейшем подозрении.

— Понятно. Что такое государственная тайна, мне известно. Правда, в прошлый раз расстрелом не грозились.

— Ну, сейчас и времена другие, — она растянула губы в милой улыбке. — Сейчас всё серьёзней. Вот и замечательно. Так, и вот здесь ещё чирканите свою загогулину.

Она подсунула бланк размером чуть побольше банковской карты. А потом отошла к ламинатору.

— Так, вот ваш пропуск, с ним вы можете ходить по территории лагеря и должны предъявлять по первому требованию, в том числе патрулю, если вас остановят в городе.

Влад забрал пропуск и положил во внутренний карман куртки.

— Пойдёте на склад, там вам выдадут вещевое имущество, в просторечии называемые шмотками, а потом сюда, — она написала на отрывном листке номер очередного кабинета. Скажете, что прибыли для прохождения службы, и вас нагрузят работой по полной соответственно вашим навыкам и квалификации. Всё понятно?

— Я воль!

Кадровичка зыркнула на него поверх очков. Отпив очередной глоток кофе, она откинулась в кресле. Влад, держа пропуск в руке, оправился на склад. Вскоре он уже получал комплект формы без знаков различия, оно и понятно, взяли его как гражданского. Форма была добротной и удобной. Это хорошо, что к новой работе кроме зарплаты и еды полагалась одежда, месить грязь, в которую с каждым новым днём погружался город, учитывая отсутствие уборочной техники, задействованной на более важных направлениях, и время года, в гражданском как-то не особо хотелось.

Глава 7. Планы

"Планы эвакуации? О чём вы вообще? Все планы были рассчитаны на случай обычной войны, или если произойдут какие-нибудь природные или даже техногенные катастрофы, даже на случай взрыва АЭС был план. Однако сложно представить, что взорвётся не одна, а сразу несколько атомных станций. Но даже эта гипотетическая ситуация вполне могла быть взята под контроль. Но что делать, когда над десятками густонаселённых городов взрываются ядерные заряды? В некоторых случаях даже сигнал воздушной тревоги не успел сработать, а там где его всё-таки включили, люди просто-напросто не верили, что происходит что-то серьёзное, что это не очередная учебная тревога или проверка систем оповещения гражданской обороны. Пока не стало слишком поздно."

***

"Помню, мы ехали с дачи, дети играли на заднем сиденье автомобиля, октябрь был