Сказка для волка - Евгения Барбуца

Боковая дверь, лестница, мы спустились вниз к черному ходу. Меня не пытаются держать, Артем впереди, двое по бокам. У всей троицы, что меня сопровождала, крайне обеспокоенные лица. Наша процессия заметно ускоряется, и вот мы напротив машины. У авто происходит маленькая заминка, я вполне уверенно собралась разместиться на переднем сиденье, но мне прямолинейно намекнули, что желают видеть мою особу позади, подпертую с двух сторон личностями невыразительного вида. А ведь они действительно ничем не отличались от простых обывателей, сознание раздражает это явное несоответствие внешнего вида с внутренними возможностями. Мне были омерзительны любые соприкосновения с данными товарищами, посему я старательно ограничивала наш телесный контакт и переднее пассажирское кресло представлялось мне наиболее привлекательным.

— Садись назад, — бросил Артем.

— Не смей мне приказывать, — зло произнесла я, понизив тон.

Артем моргнул, а я воспользовалась его заминкой и скользнула вперед. Сопровождающие, не проронив ни слова, остались сзади. До чего звери понятливые, не то что Артемка. Впрочем, к данному товарищу у меня счет свой.

Только после того как мы тронулись, почувствовала отступающее напряжение оборотней.

— Что-то не так? — Тон мой был скорее скучающим, нежели взволнованным, как могло бы быть.

Где-то я слышала, что собакам нельзя показывать свой страх, и я решила, что зверь в обличье человека не сильно отличается от бешеного пса. Скрывая свой страх от них, умудрилась спрятать его и от себя самой. Так бывает, когда ненавидишь сильнее, чем умеешь бояться.

— Тебя сопровождал Хорт местной Стаи, тут все не так! — Нервный Артемка. В прошлый раз смелее был.

Отвечать не стала, ибо с языка рвалась насмешка, к сожалению, не в моем положении зубоскалить. Пару раз мазнула взглядом по зеркалу заднего вида. Слежки не заметила. Не то чтобы я была уверена в погоне со стороны Саши, но и в подобную легкость, с которой меня увели, верилось с трудом. Что ж, спишем все на невероятную удачу. Вот только кому она принадлежала?

Машину Артем вел нервно, не люблю подобных водителей, не люблю все, что представляет угрозу моей жизни и здоровью. К сожалению, зачастую приходится мириться с вещами, далеко не приятными. Петляя во дворах, в конце концов мы прибыли по неизвестному мне адресу. Судя по всему, тут была стройка, и довольно давно. Выглядело здание заброшенным и сиротливым на фоне своих чистеньких жилых товарищей, оно совершенно неприглядно выглядело с покосившимся забором и пустыми глазницами окон. Усугубляло внешний вид и солнышко, подчеркивающее своими лучами убогость недостроенного уродца. И чем же станет для меня этот дом из красного кирпича?

Выбралась из автомобиля самостоятельно, тщательно скрывая чуть подрагивающие пальцы. Почему страх вернулся именно сейчас? Плевать, я ведь уже решила. Губы скривились в злой усмешке.

— Милый крысятник, — пробурчала себе под нос.

Они услышали меня, что было видно по дернувшейся щеке Артемки. Но он промолчал. Разве это не показатель?

Честно признаюсь, в здание заходить не хотела не только потому, что меня там ждал большой и страшный волк, но и по причине элементарной брезгливости. Но я пошла. Из жары улицы мы попали в прохладу и сырость гулкого помещения. Невольно захотелось поежиться, мурашки щекотали спину, и я передернула плечами. Холодно здесь.

Света, попадающего из провалов окон, оказалось достаточно, чтобы осмотреться. В пыльном помещении мусора было на удивление мало. Воняло кошками, грязью и еще чем-то малоприятным. Артем повернул куда-то вбок, последовала за ним и наткнулась на широкую бетонную лестницу. Вверх и еще раз вверх, третий этаж. Прямо пустая площадка, покрытая строительным мусором. И как только добрые люди не растащили?

А посередине он. Красивое лицо, русые волосы и светло-серый деловой костюм. Хорт. Он довольно улыбался, глядя на меня. Ненавидела ли я его? Нет, он не убивал Машку. Но и теплых чувств с моей стороны не было, ведь он не предотвратил убийство.

— Здравствуй, Руслана. — Тон покровительственный, ну прям сама доброта и понимание.

— Здравствуйте. — Мне бы хотелось быть гордой и даже высокомерной, вот только была я скорее загнанным зверьком.

Настроение постоянно скакало. То страшно, то адреналин по крови гулял, заставляя скалиться зверю прямо в лицо.

— Наша третья встреча. Это судьба.

— Мы сами творцы наших судеб, — возразила я.

Я всегда испытывала некоторую долю здорового отвращения к пафосу, но отчего же тогда сейчас он из меня прет как из рога изобилия?

— Надеюсь, мои подчиненные не были с тобой грубы. — На этаже мы одни, Артемка и остальные исчезли в неизвестном направлении.

Я напротив него, смотрю прямо в голубые глаза. Говорят, посмотреть зверю в глаза — значит бросить ему вызов. Думала ли я об этом тогда? Нет, конечно. Я, кажется, вообще не думала. В голове пустой звон, в ногах ватная слабость, и со всем этим проходилось бороться, держась исключительно на силе воли.

— Они не выходили за рамки приказа.

— Ты не выглядишь испуганной, — отметил он.

— Ваше приглашение было более чем вежливым, — кивнула я. — А ваше желание побеседовать со мной внесло некоторую интригу.

— Очень интересно. — Внезапно он шагнул вбок. И не шагнул даже, а словно перетек, медленно, плавно, он начал обходить меня вокруг. — Я не могу понять, смелая ты девочка или глупая? Как тебе живется под присмотром Хорта этих земель?

— Это то, о чем вы хотели поговорить? — уточнила я.

Я не двигалась, поскольку не знала, куда деть руки, зацепилась большими пальцами за передние карманы джинсов.

— Нет. — Он был за моей спиной. — Тема нашего разговора касается тебя и твоего дяди.

— И чем же дядя Боря помешал оборотням? — Напряжение все же сказалось на моем голосе. Захотелось чихнуть. И все-таки пыльные помещения не способствуют ведению переговоров.

— Это долгая история, — сбоку. — И мне и тебе будет проще, если ты просто ответишь на вопросы.

Да он издевается!

— Почему вы решили, что я обладаю интересующей вас информацией?

— Скажем так, я на это очень надеюсь, твоего дядю достать довольно трудно. Особенно теперь. А ты та еще темная лошадка. Не так ли? — И он вновь в поле моего зрения. Остановился и обдал меня насмешкой.

Теперь кое-что понятно. Так вот о каких приветах из прошлого говорил дядя Боря. Мозг лихорадочно работал, пытаясь сопоставить факты и разрозненные данные. У меня есть возможность, маленькая возможность. Настолько мизерная, что мне самой в нее не верится. Но ведь я пришла именно ради нее.

— Как я понимаю, вам что-то нужно от дяди Бори. Что-то очень важное, — задумчиво глядела на него, стараясь не выдать своего волнения. — И я готова помочь вам… Простите, мне неудобно разговаривать с вами, не зная вашего имени. Нужно было познакомиться, когда вы предлагали.

— Зови меня Хорт, — отмахнулся нетерпеливо.

— Я не одна из ваших волков, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

— Действительно, какое упущение, — сокрушенно покачал головой. Паяц. — Дмитрий.

И он умолк, давая понять, что со своей стороны сказал все, что хотел.

— Очень приятно. — Я еле успела подавить нервный смешок, лишь до безобразия кривая улыбка отражала мое внутреннее состояние.

— Покончим с церемониями, — отмахнулся он.

Он совершенно не похож на того парня, которого я встретила в аэропорту, но и на того, кого я видела в день смерти Маши, тоже не очень смахивает. Однако какая разносторонняя личность.

— Дмитрий, — на мгновение я замолчала, но лишь на мгновение, — как я уже говорила, я готова помочь вам. Но вам придется заплатить.

Он замер как вкопанный и посмотрел на меня с интересом. Как на говорящую рыбку.

— Это даже забавно, Руслана. Чего же потребует наша девочка? — И он сделал шаг в мою сторону.

Ой.

— Ничего невозможного, — сделала невинные глаза. Отчего-то озвучить просьбу намного труднее, чем постоянно думать о ней. — Я попрошу лишь голову Артема.

Он не двигался, сверля меня растерянным взглядом. А потом пустоту разрезал хохот. Но инородный звук стих так же резко, как и возник, а я на собственной шкуре ощутила все прелести асфиксии. Он держал меня за шею легко и играючи, при этом смотрел с детским любопытством на мои попытки вдохнуть. Сопротивляться я даже не пыталась. Но муки мои были не долгими. Через пару мгновений, показавшихся мне вечностью, он разжал руку. На ногах я не удержалась, рухнув в пыль мешком с картошкой.

— Хорошо, — он смотрел на меня сверху вниз, — будет тебе его голова. Но, знаешь ли, в моей Стае каждый оборотень на счету. Информации, которую ты можешь дать, недостаточно за его жизнь.

Подняться я уже не могла, мне только и оставалось, что радоваться возможности просто дышать. Оказывается, воздух здесь очень вкусный.