Сказка для волка - Евгения Барбуца

Я активно затрясла головой, всем видом показывая, что буду хорошей девочкой. Первые двадцать минут так точно.

— И еще, — неуверенно продолжила я. — Ты забрал мой телефон. Мне нужно связаться с дядей, иначе он примчится обратно разыскивать меня.

До сих пор голову не покидала мысль об опасности, грозящей родному человеку по моей вине.

— Разговор будет вестись при мне. — Голос его был холоден.

Я обреченно кивнула. Все что угодно, лишь бы дали возможность успокоить переживающего дядю. И Саша слово свое сдержал. Он покинул на время кухню, а когда вернулся, протянул мне мой собственный телефон.

Набрала дядин номер. Гудок. Щелчок.

— Руслана? — Что-то не так. Дядя не кричал, не ругался, его голос был взволнован.

Саша пристально за мной наблюдал.

— Да, дядя Боря. — Вина проступала в каждом моем слове. — Прости, я забыла позвонить.

Я ожидала чего угодно, но не того, что последовало после.

— Руслана, слушай меня внимательно. — Дядя был серьезен. Излишне серьезен. — Уезжай к Клавдии Семеновне. Слышишь?

Вот это поворот. Я заметно напряглась, что не укрылось от взора Саши.

— Что случилось? — Мне не хотелось говорить при постороннем, но выбора не было.

— Я не могу тебе сейчас все объяснить, дочка. Очень тебя прошу, уезжай.

Все очень серьезно. Хуже некуда. Что делать?

— С тобой все будет в порядке? — Я не дура, прекрасно понимаю, что в порядке не будет. Но мне нужно было услышать.

— Конечно, — подтвердил он. — Руслана, если тебе позвонят от моего имени или представятся моими старыми армейскими приятелями, не верь. Никому не верь.

Кто? Кто является угрозой? Как помочь дяде? Если я попрошу, Саша поможет? А я попрошу? Не задумываясь, ради дяди Бори. Даже если цена окажется слишком высокой.

— Это из-за бизнеса? — Я контролировала себя. Несмотря на мрачный вид Александра, стоящего неподалеку.

Не время расслабляться, семья под угрозой. Давно надо было вмешаться в дядины дела, а я все в игрушки играла, дурочкой прикидывалась. Доигралась. Моих нынешних сил не хватит на полноценные боевые действия против неизвестного врага. И дядя будет сопротивляться изо всех сил.

— Это старые долги, дочка. — Казалось, горечь его голоса накрыла и меня. — Не о чем волноваться. Но на всякий случай спрячься. Ты знаешь как, я учил тебя.

Черт! Не думала я, что старые дядины враги остались в живых. Не то чтобы я о них когда-либо слышала, просто достаточно хорошо знала дядин характер. Надеюсь, это не контора. Впрочем, данную версию можно легко проверить парочкой звонков. Или же спросить у дяди Бори напрямую.

— Это контора? — Голос дрогнул.

— Нет, дочка. Все намного прозаичней. Делай, как я сказал. Я люблю тебя.

Связь оборвалась.

В повисшей тишине я посмотрела на Сашу. Пожалуй, идея остаться у него на неопределенное время была не так уж и плоха.

— Мне вытащить его? — задал он неожиданный вопрос.

— Как?..

— Острый слух, — коснулся он своего уха.

— Нет, — покачала я головой. — Он не простит мне. Решил вспомнить боевую молодость. Но если ты можешь, если согласен, не мог бы ты приставить своих волков, чтобы приглядывали?

— Умная девочка, — довольно кивнул он.

— Ты знаешь, что происходит? — не веря еще в его добровольное согласие, нервно спросила.

— Нет, — покачал он головой. — Заодно и выясним.

Я улыбнулась. По-настоящему, тепло, от всей души. Благодарность затопила меня, но ненадолго. Пришло осознание. Я доверяю Саше. Доверяю настолько, что почти сбросила привычную маску. Настолько, что прошу помощи. С чего бы вдруг? Это иррационально. Я побаиваюсь его, опасаюсь сущности зверя, которую он, кстати, ни разу еще не показал, случай с Машкой не считается. Но в то же время верю, что меня защитят. Это уверенность в его силе? Или знание возможностей?

— Спасибо, — прошептала я.

Не то чтобы сил не было или еще что, просто озвучить в полный голос благодарность Назарову все равно, что добровольно сдаться на его милость.

— Борис ничего тебе не рассказывал? — Мою благодарность пропустили мимо ушей.

— Дядя никогда не говорил о прошлом, — покачала я головой. — Сама же я помню лишь период после похорон тети.

Да, дядя Боря был женат. Мне исполнилось четыре года, когда умерла тетя Ира. Ее я не помню абсолютно. После смерти жены дядя окунулся в бизнес с головой, что вскоре принесло свои плоды.

— Не беспокойся. — Улыбка его была не то чтобы мягкой, скорее уверенной. — Мои волки за ним присмотрят и подстрахуют, если надо.

Успокаивает меня? Вот только эффект оказался другим.

— Саша, я очень тебе благодарна, — осторожно начала я. Только бы все не испортить. — Но скажи честно, почему ты мне помогаешь? Насколько знаю, альтруизм никогда тебе не приписывался.

— Я же герой, — ухмыльнулся он.

— Действительно, — криво оскалилась я.

Отвечать не хотят, а я не люблю, когда от меня утаивают информацию. Терпеть не могу игры вслепую.

— Как провела день? — перевел он разговор.

— Леха с Игорем до последнего отказывались меня развлекать, — отвечала я.

— Это нормально, — прокомментировал он.

Нет, не нормально! Абсолютно не нормально, как и вся эта сцена, все больше напоминающая семейный такой разговор!

— Пришлось признаться им, что ты разрешил мне все, что пожелаю. — Мне вдруг захотелось его разозлить. — И они согласились.

— Умница, догадалась. — Мое глухое раздражение разбилось о рифы его спокойствия.

— Они говорили что-то про правила поведения в доме Хорта. — Во мне проснулось нездоровое любопытство. — Может, расскажешь мне о них, чтобы я не попала впросак?

— Для тебя нет никаких ограничений. — Его серые глаза пристально наблюдали за мной. — Правило только одно — не убегать от меня.

— Знаю-знаю, не беги от волка, умрешь усталой, — проворчала я. — У вас всегда так с гостями обращаются?

— Вообще-то мы не жалуем чужаков, — невозмутимо отвечал он. — Особенно людей. В дома дозволено заходить только членам Стаи.

— Вот только твой дом по дуге обходят, — вспомнила. — Заметила сегодня.

— Потому, что это мой дом.

— Так кто ты? — решилась я. — Кто такой Хорт?

Он помолчал, раздумывая над чем-то, мне неведомым, потом все же ответил:

— Ведущий. — Заметив мое недоумение, нахмурился. — Вожак, если переводить на человеческие понятия. Вот только это не совсем тот термин. Хорт — это сила и власть.

Мне прямо везет. Мало того что выяснила сенсационную новость о существовании легендарных оборотней, так еще на Вожака наткнулась.

— Помнится, абсолютная монархия такими же понятиями оперировала, — пробурчала раздраженно.

И, естественно, меня услышали.

— Титул Хорта не наследуется, — возразили мне. — Его нужно отвоевать в поединке. Правда, чаще всего поединки происходят между членами собственной семьи… братья, сыновья, племянники, но бывают случаи, когда голову поднимает кто-то другой.

— И происходит смена династии, — понятливо киваю. — Часто на твою власть покушаются?

— Нет, — коротко и ясно.

— Почему? — отставать я не собиралась.

— Боятся, — пояснил он.

По мне, так правильно делают. Тут же перед глазами промелькнула картинка памятного обращения Маниных убийц. Говорить как-то перехотелось.

— Когда мы поедем за вещами? — резко сменила тему разговора.

Почему-то стало неуютно, захотелось уйти в спальню и не выходить оттуда.

— Завтра утром, — пообещал он.

Это хорошо, это очень хорошо. Но не будем показывать Саше радость, а то заподозрит еще что-нибудь.

— Саша, раз уж мы обо всем договорились, может, ты все-таки вернешь мне телефон? — Мой взгляд мог разжалобить и прокурора. Уже проверяла. Как-то он ужинал у нас с дядей.

— Нет. — Назаров был категоричен.

Я не люблю, когда мне отказывают. Но, с другой стороны, мы в разных весовых категориях, не мне с ним тягаться. Значит, придется действовать, как всегда. Подчиняться.

— Отлично, — поднялась из-за стола. — Утро будет тяжелым, надо лечь пораньше.

Что я несу? Но, главное, несу уверенно, может, и прокатит.

Он смотрел на меня насмешливо, будто знал все мои уловки наперед. Подобные взгляды раздражали, он раздражал, но соглашение было достигнуто. Беспокоило лишь одно — смогу ли я заплатить по счетам?

Исподтишка поглядывая на него, все чаще приходила к мысли, что он не воспринимает меня всерьез. Но вместе с тем слишком трепетно к моей персоне относится. Что же ему надо?

Он ничего не ответил, а я поспешно покинула злополучную кухню, дабы добраться до выделенной мне комнаты.

Очередной день потрачен впустую, я отчего-то чувствовала себя разбитой и усталой. С подобным мироощущением мог справиться только душ, который я вскоре обнаружила недалеко от собственной спальни. Миленько, в синеньких тонах со стандартным гостиничным набором. Мне интересно, Саша в собственном доме-то живет? Такое чувство, будто дом только что построили, обставили, разложили мелочи по местам и… забыли про него. Нет, пыли не было, что говорит о приходящей уборщице, но также не было и признаков постоянного проживания.