Звездный посев - Руслан Бурбуля

Уже в самом скором времени стало понятно, что земли, на которых северные арийцы разбили временный лагерь, не могут прокормить все увеличивающуюся массу послушников. Рама принял решение откочевать к устью Дона. По крайней мере, в его водах обитало огромное количество рыбы, которую теперь употреблял в пищу даже он. Степь не лес. Она не могла дать то обилие растительной пищи, что можно было найти в вековых пущах.

Племена, которые кочевали в этих землях, пребывали в медно каменном веке. Медь оказалась удобной в обращении, ковкой, годной для переплавки, но… излишне мягкой. Однако, техника обработки камня в этих краях поражала и стала наиболее совершенной! Появились подлинные шедевры: шлифованные, с выпуклыми орнаментами, топоры, скипетры и булавы неведомых вождей. Да и обычные орудия и инструменты — наконечники стрел и копий, лезвия серпов и др. — стали изящными, тщательно отделанными.

Так как кровавые обряды среди южных родов использовался в меньшей степени, именно среди них новая религия получила благодатную почву. Среди племенных вождей, которых выбирали рода на время военных действий, у Рамы было не так уж и много сторонников. Ведь его власть над умами и душами людей росла.

Основав в степи на берегу Ра-реки (Волге) большую колонию-общину, он стал ждать, когда соберется достаточное количество приверженцев его новой религии. Так как кровавым бесчинствам друидов, в своем большинстве, были подвержены земли родов рось, слабь, норм, именно оттуда и ждал Рама притока тех, кто, уже зная о его учении, был готов последовать именно за ним. Своих соплеменников друиды старались запугать и всячески препятствовали их переселению. Поэтому, им приходилось отправляться в путь тайно, причем прилаживая для себя путь на Юг по не обжитым арийским землям.

… Прошло несколько лет, пока Раме удалось сплотить вокруг себя уже не новый род, и даже не племя, а настоящий на-род, сородичи которого перемешали свою кровь и тем самым став единым этносом ведомым единым духовным вождем, указавший им стезю Прави. Их было уже больше тридцати тысяч. Настала пора продолжить путь. Но куда? И зачем? Данные места были благодатны! Почва плодородной. Окружающие племена, в подавляющем своем большинстве, благоволили ему и его сторонникам. И тем не менее, Рама чувствовал, что настает то время, когда ему будет дано откровение. Ведь он понимал. Его цель не просто дать учение, но создать предпосылки при наличии которых Религия Любви, Познания и Добра, должны будут пережить века. А для этого нужны три условия: сильное государство; великий град, за стенами которого мог бы найти приют любой добрый человек; и сильная армия. Свои размышления он держал пока в тайне, даже от своей семьи.

…. Шли годы. Его сын взрослел. Сита по прежнему занималась организацией сплоченного войска, которое могло бы противостоять степным ордам инородцев. Пока получалось не очень. Да, арии могли теперь скакать и на ходу пускать во врага длинные протяжно свистящие стрелы, но сравниться в этом искусстве с сарматскими наездниками, которые на полном скаку поражали антилопу в заранее оговоренное место, им пока было не под силу. Зато, теперь их пешее войско обзавелось новым видом защиты. По настоятельному требованию их вождя, арии стали приспосабливаться использовать в бою большие круглые щиты.

Это нововведение по началу было трудно внедряемым. Все северные арии привыкли биться лишь при помощи двуручной секиры. Так как в историческом прошлом им всегда противостояли не столь уж и многочисленные первобытные формирования, их раса всегда полагалась лишь на крепость тела и оружия. Кто прикрывал себя от летящего в его сторону оружия щитом, считался трусом. По их понятиям воин должен встречать опасность лицом и грудью, а все остальное уже при помощи своей секиры. Они действительно не плохо отражали секирами и мечами броски вражеских копий. Более не менее успевали уворачиваться от стрел выпущенных из тисовых луков, но когда дело доходило до дальнобойных, составных сарматских или скифских луков, результат оставался вполне предсказуем.

Пришлось Сите обращаться за советом к своему суженому. И Рама доказал своим соплеменникам, что щит для воина — благо. Он предложил своим опытным воям спор. Так как жизнь, в устье Ра-реки, для всех тех родов, кто причислял себя к воинскому народу, была довольно однообразна, все с радостью согласились на проведение показательного боя.

Для потешного боя Рама избрал только тех воев кто пришел с ним с северных пределов, а против них выставил конную дружину состоящую из наездниц. Он вооружил их отряд стрелами с тупыми каменными наконечниками. Отряду же мужчин, повелел вооружит так как они того захотят. Мужчины, на показательный бой вышли все в своих звериных безрукавках, вооруженные каменными и железными секирами, причем естественно пешими.

…Избиение продолжалось долго. Сначала, женщины всадницы издали осыпали своих потешных противников стрелами. Те не могли пробить кожи, зато очень больно разили внутренние органы. Когда мужская часть, озверев от обиды и безысходности, начала преследовать своих же жен и дочерей, те просто уносились в степь, после чего возвращались, и позорная экзекуция повторялось заново.

После этого урока, ни кто из арийских воинов больше не смел противиться внедрению такого средства защиты как щит. Но Рама не захотел брать на вооружение степные аналоги. Сарматские и скифские щиты представляли собой плетеный из прутьев каркас обтянутый кожей. Прочностью они обладали ничтожной, но стрелы и легкие дротики держали хорошо, — прутья и кожа пружинили и не поддавались снаряду. Однако для отражения ударов ручного оружия, такие щиты пригодны ни коим образом не были. Размеры легкого щита мог быть разнообразным. Иногда он закрывал воина от щеки до колена, но чаще его диаметр не превышал 50 см, а вес составлял всего 0,5 кг.

Свою пешую дружину он вооружил щитами собственного изобретения. Щит Рамы имел 80 сантиметров в диаметре, был сравнительно легким до 2,5 кг. Его форма была круглой. Предназначен же он был для отражения уже как стрел, так и ударов ручного оружия, в том числе и тяжелого. Круглый щит изготавливался из пород прочных деревьев, был обтянут воловьей кожей, а по краю оковывался мягким железом. В центре его имелся набалдашник из твердой стали, центр которого, венчал шип.

Набалдашник защищал руку, кроме того, вражеское оружие могло сломаться при ударе о него. Шип же превращал сам щит в оружие. Хотя такими щитами по замыслу Рамы должны быть вооружены естественно лишь первый ряд боевого пешего построения — Стенки.

Когда был объявлен второй потешный бой, на это действие решило поглазеть практически все население поселка. Бой решили провести в низине, а большая часть племени устроилась на большом пологом склоне, заросшего сочной зеленной травой.

Рама восседал прямо на голой земле. У его ног копошился Дар. Шестилетний мальчуган игрался с взрослым щенком по линии Лады. Лада, была уже стара, но хозяин до сих пор берег ее и лелеял, давая всегда самые сочные части добычи, что приносили охотники племени для его очага. Сука понимала, что уже не молода, и от нее будет больше толку при охране жилища, поэтому она редко покидала двор хозяина.

С правой, от него стороны, расположился Коло и его приемник — сын Оседень. Оба они восседали на подстеленных под себя конских потниках. Сита, как и в первый раз, находилась среди женского отряда. Женщины воительницы, боготворили ее не только потому, что она до сих пор считалась лучшим воином-единоборцем племени, но и потому, что ей удалось завоевать любовь самого Рамы. Самого сына Рода.

— Как ты думаешь Светоносный… — обратился к Раме скифский военный вождь, — и на этот раз, конная дружина осилит? Ведь их отряд состоит сплошь из молодых послушниц, а твои взрослые соплеменники, уже наделенные опытом и вооруженные должным образом, не будут, как в первый раз скрипеть от беспомощности, как колеса под тяжестью кибиток?

— Трудно сказать. Но мы с моей суженой даже поспорили на этот счет. Так что если она проиграет, а я в этом уверен, то сегодня, мое тело и душа, окажутся в благодати столько раз, сколь того мне захочется. — он усмехнулся и ударил дружески скифского вождя по левому плечу.

— Вижу ты пребываешь в добром расположении духа. Это хорошо. А между тем до нас дошли плохие слухи…

Схватка началась. Не доезжая двести шагов до сплоченного строя стенки, всадницы выпустили в воздух по одной стреле. И на этот раз их жала небыли затупленными. Однако, в этом потешном бою возбранялось участвовать с боевым оружием, но вот тупое или деревянное, должен был иметь, каждый и применять его не щадя сил своих.

Стрелы с гулким стуком впились в подставленные щиты. Первый ряд так и оставил щиты не поднятыми, но вот последующие два, сгруппировались и образовали некий козырек из наложенных друг на друга щитов. Задние ряды просто подняли их над своими головами, образовав тем самым сплошную крышу.