Кристаллы надежды на осколках веры - Нил Л.

на сколько метров мы оказались под землей, но рации перестали работать еще в кабине. Двери распахнулись, и один за другим по периметру загорелись яркие светильники. Мы вышли на бетонную площадку замкнутого пространства, напоминающего шахту, центр которого был отделен перилами и огляделись. Огромная поверхность, на которой мог свободно маневрировать небольшой грузовик. Мы подошли, заглянули за ограждение, где возвышался огромный кристалл люмитиста. Все замерли в недоумении, ведь за всю жизнь никто из нас не встречал подобных размеров. Судя по концам проводов и незавершенным конструкциям, работа в самом разгаре. Понимая, что лучше побыстрее покинуть странное место, я окликнул Каза. Вдруг раздался механический голос:

— Подтвердите ваш номер доступа.

Мы переглянулись, Ральф указал на загоревшуюся зеленым странную панель в стене рядом с лифтом. Лучше покинуть это место, пока не поздно. Увы, система безопасности сработала быстрее. Белый цвет ламп сменился красным, включилась сирена.

— Нарушение уровня А в зоне ноль-один-дробь-один, — прозвучал все тот же голос, заставив нас встать спиной к спине и достать оружие.

Кто-то попробовал вызвать лифт, но кнопка больше не работала. «Крэп!» — выругался я, ища пути отступления. Увы, в шахту был только один вход. Послышался скрип подъемной кабины. Из лифта вышел вооруженный отряд из четырех человек, и почему-то только у одного был щит в полный рост. Кто-то из наших выстрелил в открытого охранника, но тот легко уклонился от летящей в него пули, попавшей в дверь лифта. Следом мы с Казом и Эльдой выстрелили в первую линию пришедших. Они будто не считали это опасностью, пригибались, уклонялись и сокращали дистанцию. Мы вынужденно отступали, убрав оружие. Я знал об уровне подготовки охраны «Дельтарона», но увиденное казалось невозможным. Как человек мог развить подобную реакцию. Один со щитом отдал приказ: «Один выстрел на поражение», — последовал приказ. Я оглянулся в поисках укрытия. Бесполезно! Щитов у нас не было, скрыться не позволяла площадь пространства. Охранник «Дельтарона» выстрелил почти не целясь, мы попробовали уйти от предполагаемой траектории пули, пытаясь отстреливаться. Я заметил, как Эльда вскрикнула: «Нет, Нил!». Я обернулся и увидел, как парень лежит навзничь с пулей во лбу.

— Сложить оружие, руки за голову. Сдавайтесь или закончите так же, как он.

Сжав зубы, мы медленно опустили пистолеты на пол. Главный приказал выложить все имеющееся у нас оружие. Пришлось подчиниться. Охрана связала руки каждого пластиковой стяжкой и толкнула в сторону лифта. Нас провели через архив. Можно считать чудом, если парни наверху останутся незамеченными, потому что главный отдал приказ:

— Проверить периметр. Взять живыми.

— Есть, — последовал ответ и двое остались на этаже.

Мы же под конвоем проследовали по коридору с лабораториями. На пути встретилось еще три, в последнюю из которых нам приказали войти. В конце нас затолкали в стеклянную камеру, сверху послышался щелчок фотокамер. Замок заблокировался. В помещении осталось двое. Мы опустились на пол, перешептываясь. Что они планируют делать с нами? Сдать полиции? Осматриваясь по сторонам, я склонялся к мысли, что оказаться в руках службы правопорядка стало бы лучшим исходом. Неизвестно, сколько прошло времени. Нам оставалось только сидеть в ожидании. Прозвучавший разговор по рации заставил нашу группу напряженно переглянуться:

— База один, вызывает номер два-пять-шесть. Готовьте транспорт. Высылаем четыре единицы материала для проекта П-два-О-один.

— Что значит «материал»? — нервно прошептал Ральф, пытаясь порвать стяжку.

— Не представляю, — прошептал в ответ, — но мне кажется, что вряд ли нас планируют убить. Ветте, ты как?

— Если ты про то, собираюсь ли сдаваться этим ублюдкам, то, конечно, нет. Особенно после того, как узнала. Очень хочу снять эту дрянь, — недовольно прошипела Эльда, пытаясь ослабить пластик на запястьях. — Может, зубами попробовать?

— Не получится, — оценил я материал. — Армированная.

В этот же момент подошел главный и приказал подняться. В лабораторию зашло еще трое. То есть по одному на каждого. Нам приказали выйти из стеклянной коробки. Со спины подошли охранники. Между лопатками почувствовал прохладный металл дула пистолета. Опять знакомый коридор. Тусклый свет ламп, эхо шагов, наших и конвоя. Лифт. Поднявшись на стоянку, нас подтолкнули к крытому фургону, один в один похожий на тот, что заметили несколько дней назад с Вигго. Охрана приказала сесть на пол, наведя оружие. Мы подчинились, но увидев, как вошел еще один, попытались увернуться в сторону. В руках сотрудника «Дельтарона» блеснул шприц. Мы переглянулись. «Крэп, похоже, я знаю, что это за дрянь», — выругался я, дернувшись, и тут же ко лбу приставили пистолет. Та же странная голубая инъекция, что была в больнице. Тоже одна из секретных разработок «Альфарона»?

Человек со шприцом нащупал сонную артерию и ввел препарат сначала мне, затем остальным по очереди. Бросив на нас беглый взгляд, все вышли. Дверь захлопнулась, щелкнул металл засова. Я выдавил улыбку, повернувшись к Эльде. Девушка ответила такой же. «Может, удача нам улыбнется и все обойдется?» — произнес вслух, но больше обращаясь к девушке. Фургон двинулся, мы услышали, как водитель произнес в рацию:

— База П-два, вызывает номер восемь-восемь-ноль-один. Начинаю отправку груза на пятьдесят-один-ноль — семьдесят-один-один-четыре. Разрешите выезд. Прием.

— Номер восемь-восемь-ноль-один, выезд разрешаю. Прием.

— Вас понял. Жду открытие ворот.

Мы ловили каждое слово. Я знал, что бы ни случилось дальше, каждый из нас запомнит все. Во всяком случае постарается. Неизвестно, какое действие на мозг оказывает неизвестный препарат. Первые пару минут я не замечал изменений. Легкая слабость и головокружение. Но чем дальше мы оказывались от базы, тем сильнее неизвестный препарат проникал в организм. Слабость сменилась парализацией, мы не могли пошевелиться, даже просто удержаться сидя, когда фургон выехал, по-видимому, на грунтовую дорогу. Невозможно было даже произнести ни слова, язык не слушался, хотя дыхание и сознание оставались неизменными. Не знаю, сколько мы тряслись в пути, дорога казалась бесконечной. Остановок было только две, во время одной из них дали по паре глотков воды, которые залили через шприц. После этого я провалился в сон.

Очнулся лежащим почему-то на земле с кислородной маской. Надо мной склонился Моа. Дышать становилось легче. Я попытался спросить, что с остальными, но ни язык, ни мышцы по-прежнему не слушались, но, похоже, начала возвращаться способность двигаться. Руки наконец были свободны. Меня перетащили в микроавтобус и закрепили ремнем безопасности. Подмога приехала на двух машинах. В нашей были Моа, Алан и еще пара парней. Немного удивило, как Моа удалось убедить свою правую руку покинуть лабораторию. Беспомощность собственного тела раздражала. Следом перенесли Эльду и Каза. Демир прихрамывал, Алан зажимал предплечье. С трудом повернув голову в сторону, заметил дымящийся фургон.

— Где Ральф? — с трудом шевеля губами,