Правда о спящей красавице - Марина Серова

– Помню, – кивнула я.

– Наверное, для этого есть некие причины, но я пока что их не вспомнила. А вот лицо той женщины, которая сегодня налетела на меня со своими претензиями, я узнала! Мы с ней определенно раньше были знакомы. Даже если бы она со мной не заговорила, я бы сама обратила на нее внимание. Я не знаю, кто она и что плохого я лично ей сделала, но вот как ее зовут, я вспомнила – Перевалова Наталья Владимировна! Все остальное кажется мне пока что смазанным пятном.

– Тем не менее вы делаете успехи.

– Пока не очень большие. Наталья Владимировна назвала меня Ириной. Внутренне я с этим согласна, но вот свое отчество и фамилию вспомнить не могу. Я даже пробовала подбирать к имени разные отчества, воспользовавшись списком мужских имен, который вы мне оставили, но ни один вариант не показался мне… органичным. Неужели у моего отца было какое-то экзотическое имя?

– Вряд ли, просто еще не пришло время для этих воспоминаний. Но процесс пошел, и это радует, – отделалась я общими фразами.

– Я подожду еще какое-то время, и если мое сознание полностью не прояснится, наберусь смелости и снова схожу в бассейн, найду там Перевалову, объясню ей, что у меня амнезия, и попрошу, чтобы она рассказала мне все, что знает обо мне, – поделилась Рудкова со мной своими планами.

Наверное, она ждала, что я их как-то прокомментирую, но я воздержалась. В конце концов, это был ее личный «Ренессанс», и я считала себя не вправе вносить в него какие-то коррективы. Изначально я была вовсе не в восторге оттого, что клиент заставил меня играть роль психотерапевта. Я – частный детектив, и моя задача на данном этапе состоит в том, чтобы найти человека или даже людей, из-за которых Ирина лишилась памяти. Мне не терпелось поскорее проверить свою электронную почту и узнать, с кем Рудкова общалась по мобильному телефону перед тем, как поехать в Парамоновку, и выяснить, где находился в пятницу, десятого августа, Петр Черпаков.

Душевное состояние Ирины не вызывало у меня никаких опасений, поэтому можно было сворачивать визит. Моя «пациентка» заметила, что я поглядываю на настенные часы, и спросила:

– Вы торопитесь?

– Да, мне уже пора, – подтвердила я.

– Татьяна Александровна, а вы еще придете?

– Я постараюсь заехать к вам завтра.

– Буду вас ждать. Вы в меня вселяете оптимизм!

– До свидания, Ирина! – Я впервые сознательно назвала свою «пациентку» по имени, и она улыбнулась той самой открытой и непосредственной, как у ребенка, улыбкой, о которой сказал Дмитрий.

– До свидания, Татьяна Александровна! – И Рудкова прикрыла за мной дверь.

Я вышла из подъезда и обратила внимание, что Архипов не уехал, а продолжал курсировать туда и обратно мимо детской площадки.

– Ну, что скажете, Татьяна? – кинулся он ко мне.

– Я же написала вам в эсэмэске, что все нормально. Она справилась со стрессом. Я бы даже сказала, что сегодняшняя эмоциональная встряска пошла ей на пользу – блок, сдерживающий ее воспоминания, дал основательную трещину. Ирина кое-что вспомнила.

– Кое-что или кое-кого? – уточнил Архипов, избегая моего взгляда.

Он явно опасался, что Рудкова вспомнит в первую очередь своего жениха и сразу же уйдет к нему.

– Она вспомнила, как зовут ту женщину, которая отчитала ее сегодня у входа в бассейн, но вот за что – это пока что осталось в мутном слое ее сознания.

– Зря мы сегодня поехали туда, зря, – вздохнул Дмитрий. – Не стоило вызывать призраков прошлого ради того, чтобы вернуть ей память! Меньше всего я хотел причинить Ирочке боль.

– Кстати, об имени. Та женщина обратилась к ней по имени.

– Правда? А я пропустил это мимо ушей, наверное, потому, что уже знал, что мою милую зовут Ирочкой. Знаете, каких усилий мне стоило не проговориться!

– Теперь вы можете больше не сдерживаться.

– Так, может, мне сейчас пойти к ней?

– Не думаю, что это хорошая идея, – пожала я плечами. – По-моему, Ирине сейчас лучше побыть одной. Все ее мысли заняты только тем, чтобы распутать весь этот узел догадок и предположений.

– Татьяна, скажите мне честно: Ирочка меня на дух не переваривает, да?

– Мы с ней не говорили о вас.

Архипов заметно и очень сильно смутился.

– Ладно, – сказал он, – поеду домой.

– Ключи! – вспомнила я и достала их из сумки. – Они мне не понадобились.

Дмитрий молча взял связку и какой-то размагниченной походкой направился к своей «Мазде». Не будь он моим работодателем, я, пожалуй, напомнила бы ему пушкинские строки: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». Но я не стала лезть в душу к клиенту с умными советами. Ему и без них, чувствуется, было паршиво.

Приехав домой, я первым делом включила ноутбук, зашла в электронную почту, открыла документы, высланные Авельяновым, и принялась их изучать. Прежде всего меня интересовало, где был Черпаков в ту злополучную пятницу. Оказалось, что с ноля часов и примерно до семи утра его мобильник подавал сигнал с Малой Затонской улицы. Вероятно, Петр там проживает. В начале восьмого источник сигнала начал перемещаться к центру города, а именно, к перекрестку Шелковичной и Черноглинской улиц, то есть к тому месту, где располагалась «шиномонтажка», в которой работал Черпаков. Оттуда сигнал поступал вплоть до пяти часов вечера, а затем его источник переместился в район Сенного рынка. Ближе к одиннадцати вечера объект вернулся на Малую Затонскую улицу. Из всего этого следовало, что Петр десятого августа был в Тарасове, а не в Парамоновке.

Уже без особого интереса я взглянула на распечатку его звонков и удивилась: Черпаков не звонил в пятницу Ирине. Но он говорил мне, что утром связывался с ней, чтобы узнать, как она себя чувствует. А через пару часов Петя вновь будто бы позвонил Рудковой, чтобы отменить назначенную на вечер встречу, так как какой-то Серега предложил ему халтурку… Может, он звонил ей не со своего сотового, а с рабочего телефона? Я заглянула в расшифровку Ириных звонков и поняла, что в пятницу ей вообще никто не звонил на мобильник. Тем не менее уличать Петра во лжи оснований пока что не было. Он мог позвонить Рудковой домой или в офис со стационарного аппарата на такой же телефон. Да это было уже и неважно, главное – десятого августа он не выезжал за пределы Тарасова.

У меня в запасе осталась только «профессиональная» версия, и я переключилась на нее. Первое, что я сделала в этом направлении, – позвонила Саше Терешину.

– Алло! – отозвался он.

– Здравствуйте! Мне надо срочно снять квартиру.

– Вы обратились по адресу. Я помогу решить вам эту проблему, – заверил меня риелтор. – Как срочно вам нужно жилье?

– Хотелось бы въехать уже сегодня.

– Я могу предложить вам несколько вариантов. Только наш офис уже закрыт, – заметил Терешин.

– Мы можем встретиться где-нибудь в другом месте.

– Хорошо, – согласился риелтор. – Где вам удобнее?

– Может быть, в городском парке, в летнем кафе «Ветерок»?

– Можно и там, – не стал противиться Александр. – Вы знаете меня в лицо?

– Нет.

– Не проблема. У меня будет с собой синяя папка, по ней вы сможете меня узнать. Когда вас ждать?

– За полчаса вы туда доберетесь?

– Минут через сорок – точно доеду, – заверил меня риелтор.

– Договорились. – И я отключила связь.

Я сознательно представилась потенциальной клиенткой, а не частным детективом, чтобы Терешин не успел обдумать ответы на мои вопросы. Конечно, Лагуткина его предупредила, что я могу позвонить, и он наверняка выработал какую-то линию поведения со мной. Поэтому все, что я могла в данных обстоятельствах, – это сбить Сашу с толку, исказив суть и цель нашей встречи. Это должно обеспечить мне пусть незначительный, но все-таки эффект неожиданности.

В кафе «Ветерок» шел банкет, поэтому Терешин ждал меня у входа, помахивая синей папкой. Роста он был чуть выше среднего, но Маньке Сологубой вполне мог показаться высоким. Я подошла к нему со словами:

– Добрый вечер! Это я вам звонила. Меня зовут Татьяна.

– Александр, – представился риелтор. – К сожалению, отдохнуть в кафе нам не удастся. Там идет банкет.

– Я вижу. Давайте тогда присядем где-нибудь в аллее, – предложила я.

– Да, конечно. Татьяна, а в каком районе вы хотите снять квартиру, и сколько комнат вам требуется? – поинтересовался Терешин.

– Мне нужна «однушка» в центре, впрочем, возможны варианты. Главное, чтобы уже сегодня заселиться. А вот и свободная скамейка. – И я первая присела на нее.

Александр расположился рядом, открыл папку и предложил:

– Полистайте бумаги. Может, что-то вам и приглянется?

– Да-да. – Я взяла папку, перелистнула несколько страниц и вдруг резко сменила тему разговора: – Александр, у вас есть машина?

– Да, конечно, я оставил ее на парковке. Сюда ведь только спецтранспорт пускают.

– Позвольте полюбопытствовать, какой она модели?