Его маленькая заложница - Софи Росс

Только ни один аргумент мне все равно не помогает. Лучше бы Ринат меня опозорил перед всем вагоном каким-нибудь кудахтаньем на одной ноге, чем терпеть на себе такой его пристальный темный взгляд.

— Чего ты ждешь, котенок? — подначивает меня Ринат. — Я не передумаю. Хочу посмотреть на твои миленькие холмики.

— Ты меня очень смущаешь, — закусываю губу, подцепляя пальцами край толстовки.

Ринат только улыбается шире. Откидывается назад, беззастенчиво прикипает глазами точно к моей груди, пока еще скрытой тканью.

Мне не нравится все это. Не нравится.

Или я пытаюсь себя в этом убедить.

Вцепляюсь потными ладошками в кофту и тяну ее наверх. Замираю в нерешительности, когда оголяется нижняя часть груди, зажмуриваюсь и делаю этот рывок.

Чувствую, как соски напрягаются из-за смены температур. Открываю глаза и ловлю взгляд Рината почему-то на своем лице.

— Ты не туда смотришь… — шевелю сухими губами, облизываю их, ругая себя мысленно за чрезмерную эмоциональность.

— Совсем не боишься, что я прямо здесь тебя разложу? — спрашивает, очерчивая костяшками мою грудь.

Если до этого на моей коже были обычные мурашки, то сейчас это какое-то мурашечное безумие.

— Желание было просто показать.

— Желание ты исполнила, а дальше уже все зависит от меня.

— Нам нельзя привлекать внимание…

— Заткну тебе ротик твоими же трусиками.

Мотаю головой.

— Лия знает, куда ты меня увез? — выходит слишком жалобно.

— Нет. Никто из твоих знакомых, кроме Яра, не знает, что ты со мной. Теперь понимаешь, что лучше бы меня не провоцировать?

Я тут же возвращаю толстовку на прежнее место.

— Мои шестьдесят секунд не прошли, — Ринат забирается ладонями под кофту, оглаживает талию и поднимается к груди с все еще твердыми сосками.

— Прошли. Найди себе кого-нибудь другого для всех этих игр.

— Ты первая предложила сыграть. Да и светиться нам сейчас нельзя, как ты уже правильно заметила. Остаешься ты, котенок, — шепчет на ухо, не поддаваясь моим попыткам оторвать его ладони от груди.

Я паникую, потому что не хочу еще раз падать на самое дно. Начинаю извиваться, хочу соскочить с колен Рината, но он конечно же имеет преимущество на своей стороне. Барахтаюсь, как пойманная в сачок бабочка, упираюсь в твердую грудь кулаками, давлю изо всех сил.

— Не хочу…здесь, — добавляю последнее для правдоподобности.

— И что же тебя не устраивает в этом месте, малыш?

— Антисанитария, — выпаливаю на одном дыхании. — У нас даже белья чистого нет…

— Я подожду, Ина. Но в следующий раз, когда нас не будет качать по рельсам, ты добровольно опустишься на колени передо мной и возьмешь в рот мой член.

— Ни за что.

— Это был не вопрос, хорошая моя, — хватка его ладоней на бедрах становится более грубой. — Не дрожи так, сама начнешь от этого кайфовать.

— Лучше сходи в бордель, там тебе понравится больше. А я могу и укусить. Нечаянно.

Ринат смеется, запрокинув голову. Обводит подушечкой большого пальца мои губы.

— Шлюх мне хватило в свое время. С тобой интереснее, девочка. Даже твои острые зубки не страшат, я морально готов к тому, что ты меня все равно поцарапаешь.

— Откушу.

— Не сможешь ты меня покалечить. Даже если очень захочешь — пороху не хватит.

Он прав.

Боже, я готова разрыдаться из-за того, что Ринат абсолютно прав.

Глава 18

Обнимаю себя руками, когда холодный ветер запускает неприятную волну мурашек по коже. Мы с Ринатом пару минут назад сошли с поезда, и теперь он с кем-то разговаривает по телефону, пока я здесь пытаюсь не продрогнуть до костей.

— Не ожидал, что здесь будет такая погода, — будничным тоном произносит Ринат, стягивая толстовку с себя.

Всовывает ее мне в руки, а сам достает из сумки футболку. Опять черную.

— Тебе особые указания нужны? — хмыкает, закидывая сумку на плечо.

— В смысле?

— Надевай.

— Но…

— Котенок, не беси. Больше у меня ничего нет. Кто тебя лечить потом будет, а? Нам вообще высовываться нельзя, я по врачам бегать не буду. Засуну тебя под одеяло и сопи там на здоровье зубами к стенке.

— Какой же ты невыносимый, ужасный, грубый… — бурчу, путаясь в теплой ткани, которая все еще хранит на себе мужской запах.

Капуста какая-то из меня получается. Хорошо еще, что Ринат довольно крупный — рукава кофты полностью скрывают мои руки, и в принципе никакого дискомфорта я не испытываю, натянув один слой флиса на другой.

— Все сказала?

— Все.

— Тогда вперед. Желательно молча.

Срываюсь с места, презрительно фыркнув, едва не рычу, услышав, что иду не в ту сторону. Черт, почему ему так нравится издеваться надо мной? Неужели мужчины в его возрасте не должны быть…я не знаю…более серьезными?

А в компании Рината приходится отбиваться от издевательств, у которых конца и края не видно.

На стоянке он забирает ключи у охранника, опять велев мне постоять в стороне, и «любезно» открывает для меня пассажирскую дверь, не забыв при этом ладонью приложиться к моей попе, когда я забираюсь в автомобиль.

Ринат сразу включает печку, регулирует потоки теплого воздуха, чтобы основная масса попадала на замерзшую меня. Не знаю, с какого возраста он закаляется, но выглядит так, будто вот эта тонкая черная футболка действительно защитила его на улице от собачьего холода.

— В аптеку, — напоминаю о нашей общей маленькой проблеме, которую нужно решить в срочном порядке.

— Да помню я, — огрызается, дергая рычаг передач.

В первой аптеке не оказывается нужных таблеток.

Я чуть ли