Путь воина - Луис Ламур

- Да?

- Госпожу Легар пытались похитить. Это дело рук пиратов или работорговцев. Мы привезли ее домой. Все обошлось благополучно. Она не пострадала.

- Кто вы?

- Кин Ринг Сакетт из Виргинии. Остальные со мной, - добавил я, мароны.

- Мароны? - он был ошеломлен. - Но...!

- Они наши друзья, - сказал я, - и если бы не они, одним нам вряд ли что-нибудь удалось сделать.

Тем временем к дому подъехала карета. Сбежав по ступенькам, он помог ей сойти.

- С тобой все в порядке?

- Все хорошо. - Она вдруг улыбнулась, а он все еще держал ее руку в своей. - И я снова дома.

- Может быть, мы пройдем в дом? - Он остановился на пороге, оглядываясь по сторонам. - Как же так! Они исчезли!

Обернувшись, я увидел, что это действительно так. Мои спутники скрылись в джунглях и среди зарослей, как будто их никогда и не было здесь. Излишне было бы спрашивать, куда мог подеваться Генри. Он знал не хуже меня, что сделать еще предстоит слишком многое, и дела ожидают нас в Порт-Ройяле и в Сантьяго-де-ла-Вега.

Комната, в которую меня проводили, оказалась очень просторной и с высоким потолком. Большие окна выходили в сад, где на зеленых лужайках ярко цвели диковинные тропические цветы, названия которым я не знал.

- Вам нужно отдохнуть, капитан, - сказал Легар, - но сначала я прикажу, чтобы принесли что-нибудь из еды.

- Времени очень мало..., - начал было возражать я, но он поднял руку.

- Достаточно. К тому мне нужно с вами о многом поговорить. - Он взглянул на меня. - Вы давно знаете мою жену?

Я вкратце рассказал ему о нашей встрече, и о том, что привело меня на Ямайку.

- Когда госпожа Легар жила в районе мыса Анны, она была дружна с одной девушкой, с которой я также знаком. С девушкой, которую я...

Я замолчал на полуслове. Что за бред я несу? Ведь я был с ней едва знаком, а уж ей-то было известно обо мне и того меньше.

В комнату вошел слуга. В руках у него был поднос с кофе, яйцами, ломтиками ветчины и какой-то невиданной дыни.

- Адель не хочет причинять мне беспокойство, - сказал Легар, - и она знает меня, как тихого человека, предпочитающего жить уединенно, в мире и спокойствии. У меня есть неплохая библиотека, я много читаю. Я самолично слежу за ходом дел на своих плантациях, и помимо этого веду кое-какую торговлю. Я также - отломив неболшой кусочек хлеба, он принялся крошить его - некотрым образом причастен к управлению этим островом.

Зачастую, - продолжал он, - мне приходится действовать, так сказать, неофициально, в обход существующих законов. Адель еще не знакома с этими моими методами ведения дел. Она просто знает, что я предпочитаю жизнь здесь всему остальному. Тут так хорошо и тихо. У нас есть друзья, и живется нам легко и беззаботно.

Он отставил свой бокал.

- Я очень хорошо понимаю, каково вам должно быть сейчас, и абсолютно согласен, что действительно надо с этим что-то делать. Одно время у меня тоже возникали похожие мысли. А теперь - так неожиданно - это коснулось и меня.

- Я слышал, - сказал я, - что у Джозефа Питтинджела имеются покровители среди высокопоставленных и влиятельных людей, и поэтому он может делать все, что ему только захочется.

- Лишь до поры до времени... и не более того. К несчастью для него, он даже не догадывается о том, как неглубоки корни его кажущегося могущества. Он всегда был не в состоянии умерить свою тягу к наживе. Его везение слишком затянулось, и он поверил в то, что просчета быть не может.

Легар улыбнулся, вновь наполняя кофе мою чашку.

- Тут уж, капитан Сакетт, я с вами полностью согласен.

- Меня все называют "капитаном", но на деле я не имею никакого права на этот титул, - сказал я. - Я капитан без корабля.

Он пожал плечами.

- Не важно. Просто так удобнее для всех. Здесь, на островах, так принято. Это просто долг вежливости, да и тем, к кому, так обращаются, тоже приятно.

Неожиданно переменив тему разговора, он завел речь о торговле между островами и Каролиной и колонией в Плимуте.

- Я вполне доволен тем, как идут дела у меня на плантации, но последнее время я начал подумывать о расширении бизнеса и наладить торговлю между островами, Англией и Каролиной. Я до сих пор не решился начать заниматься этим лишь потому, что для этого мне пришлось бы ехать в Англию, чтобы найти себе там подходящего агента.

Тут мне на ум пришла неплохая идея, и я сказал:

- Мой брат изучает право в "Судебных Иннах" 1). Он еще довольно молод, но я думаю, что он был бы польщен, если бы вы доверили ему представлять ваши интересы.

1) "Судебные инны" - лондонские корпорации барристеров, т.е. адвокатов, имеющих право выстопать в высших судах. Существуют с XIV века, первоначально как гильдии, где ученики обучались у опытных юристов в качестве подмастерьев.

- Как его имя?

- Брайан Сакетт. Я слышал, что ему уже удалось обзавестись хорошими связями, и к тому же он разбирается в законах.

- Превосходно! По крайней мере, я мог бы дать ему шанс, и если все будет, как надо, то мы смогли бы наладить хороший бизнес. Торговля расширяется, и я предвижу бурный рост поселений в Каролине и Виргинии, а вместе с тем увеличится и спрос, а также потребности рынка в самых разнообразных товарах.

- Когда был жив мой отец, он несколько раз отправлял корабли с корабельным лесом и поташем и, конечно же, с пушниной. Кое-где имеется и золото, и немного алмазов - но их мало, крайне мало.

Легар встал.

- А вы? Как же вы?

- А я останусь на суше, - сказал я. - Все вот это - я широким жестом обвел комнату - очень роскошно и красиво, но я человек леса, и мой дом там. Я не ставлю себе целью нажить большое богатство, тем более, что там, где мне больше всего хочется жить, попросту некому будет им восторгаться.

У меня есть хижина к западу от голубых гор. Там у меня сейчас созревает урожай кукурузы, который очень требует моего внимания, и управившись с делами здесь, я вернусь обратно. В лесу много орехов и ягод, а если есть порох и патроны, то можно добыть и мясо.

Мне никогда не хотелось носить дорогую одежду или жить в роскошном доме. И если что-то из вещей и имеет для меня ценность, то это книги. Я очень люблю читать, хотя при жизни в тех условиях на это почти не остается времени. И все же, вечером, сидя у огня...

Я продолжал говорить, но мысли мои были очень далеко. Интересно, где сейчас Макс Бауэр? Что еще может замышлять Дзозеф Питтинджел? И как быть мне теперь, когда я в очередной раз разрушил их планы, но сам при этом не оказался ближе к цели.

Они отчаянно желали моей смерти, а я все еще был жив. Пока был жив. Станут ли он подкарауливать меня где-нибудь в темноте? Скорее всего, нет. Теперь они знают о том, что мароны наши друзья, и что ночью тягаться с ними бесполезно.

Они станут дожидаться наступления дня. Они, наверное, решат...

- Могу предложить вам карету, - сказал Легар. - В ней вы сможете вернуться в Порт-Ройял или доехать, куда сами пожелаете.

- Два часа отдыха, - ответил я, - а затем хорошего коня.

- Но...?

- Они станут рассчитывать на то, что я вернусь в город засветло. Поэтому поездка в карете была бы большой ошибкой, которая могла бы стоить мне жизни.

После того, как мы обо всем договорились, я лег спать. Моя спальня оказалась комнатой с высоким потолком, где над широкой кроватью была натянута сетка от москитов. За окном стояла теплая ночь, но я спал хорошо.

Час спустя после полуночи, слуга-негр тихо подошел к моей кровати.

- Пора, капитан. Желаете ли выпить кофе?

Горячий кофе ждал меня в соседней комнате, небольшой и со вкусом обствленной. На тарелке лежал ломтик дыни, большой кусок хлеба и ветчина. Я съел все, что было для меня приготовлено, выпил кофе, и все тот же слуга-негр повел меня по узкому коридору.

- Здесь живут рабы, - сказал он извиняющимся тоном. - Но здесь нас никто не заметит.

- Вы говорили с Генри?

Он посмотрел на меня. Это был высокий, несколько худощавый человек с проседью в волосах.

- Нет, - тихо сказал он. - Вы выручили из беды госпожу. Этого достаточно. - И немного помолчав, он добавил: - Она очень добра к нам.

У стены конюшни уже нетерпеливо бил копытом вороной конь, готовый в любой момент сорваться с места и пуститься вскачь. Он был взнуздан и оседлан; с каждой стороны седла висело по кобуре, в которые были вложены два пистолета.

Негр указал мне дорогу.

- Сейчас повсюду неспокойно, - тихо сказал он, - но вы, похоже, не из тех, кто привык спокойствию. Счастливого пути.

Он развернулся и, не оглядываясь, зашагал к дому. Я выждал еще мгновение, оставаясь неподвижно стоять в темноте, царившей у конюшни. Ночь была тиха. Было слышно, как в конюшне беспокойно бьет копытами лошадь; развернув вороного, я проехал мимо загона и ненадого задержался на обочине, прислушиваясь к ночной тишине.

Было очень душно и тихо. В пруду неподалеку квакали лягушки, и слышно было бесконечное множество разных тихих звуков и шорохов, издаваемых неведомыми мне зверьками и насекомыми.