Cold hands, warm heart (СИ) - "Kupidon"

***

Конечно, рассказать Жерару о произошедшем пришлось, поскольку тот сам отыскал в кармане Амели нож, от которого та по рассеянности не избавилась. Конечно, Амели была устроена небольшая лекция по поводу безопасности и гуляния в ночь, но, когда Лена не смогла удержать своих эмоций и наперебой начала засыпать Жерара разными вопросами на тему умений Амели – он с усмешкой прервался. Этот небольшой переполох вывел Жерара и Амели на тайну, которую они оба Лене еще не рассказывали. И, собравшись на кухне, когда у каждого стояла дымящаяся кружка с чаем, Жерар взял на себя слово:

- Лена, мы с тобой не были до конца откровенными. – Окстон понимающе кивнула и терпеливо слушала. – Просто такое не расскажешь каждому. Но времени прошло довольно много, да и ты нам с Амели практически стала родной. Не красней и не смущайся, это действительно так – ты нам практически семья. Так вот… мы тебе не все рассказали. Я работаю в Overwatch, но основная причина того, почему мы так скрытны в том, что… я возглавляю особый отдел нашей организации. Секретный. И тебе знать нельзя, поскольку ты гражданская, но я считаю, что тебе все-таки стоит знать.

- А… тебе за это ничего не будет? – немного по-детски спросила Лена, не желая, однако, чтобы кто-то из-за ее простого любопытства мог пострадать.

- Нет, если ты будешь молчать. – Хмыкнул Жерар с теплой улыбкой и невольно провел ладонью по недельной щетине. – В общем – я возглавляю отдел по борьбе с террористической организацией «Коготь».

- Ого… - невольно выдохнула Лена, наслышанная о действиях этой организации и в том числе о том, как Overwatch давно вел с ней борьбу. -…ты лидер этого отдела?

- Да. – Кивнул Жерар и чуть нервно усмехнулся. – По этой причине Амели… скажем так – обучена тому, чтобы постоять за себя.

- Оу… - тут же кивнула Лена, сопоставив небольшие кусочки «паззла» вместе. – Ясно.

- Такие, как они, пытаются навредить кому-то, очень часто используя самые грязные приемы. И Амели не первый раз была под их ударом… - признался Жерар и в его глазах отразилась глубокая печаль, чуть рассеявшаяся от ласкового касания невесты к его ладони, на котором было надето обручальное кольцо.

- Я понимаю. – Вновь проговорила Лена грустно и уткнулась взглядом в свою кружку.

- Если быть до конца откровенным, – начал Жерар, сжав ладонь Амели в своей. – …то…

- Жерар… - неуверенно протянула Амели, прерывая жениха, но тот строго нахмурился, и она отступила, потупив взгляд в столешницу.

- Лена, мы этого не знаем, но «Коготь» может в какой-то момент нанести удар и по тебе. – Признался Жерар с тяжким вздохом. – Прости нас, что мы не сказали тебе об этом… ты стала нам слишком близкой и «Коготь» об этом, скорее всего, тоже знает. Мы с Амели не хотели говорить тебе об этом, потому что… не хотели, чтобы ты уходила. Из-за такой опасной жизни бывает очень сложно найти кого-то близкого. Особенно, когда знаешь, что своим присутствием ты подвергаешь кого-то опасности.

Жерар смолк и Лена впервые в жизни увидела его таким искренне уставшим и подавленным. За своей доброй улыбкой и теплотой этот мужчина скрывал глубокую печаль и страх. Это читалось в его светлых глазах, в усталых и рассеянных движениях, в немного осунувшемся лице и искреннем беспокойстве, каждый раз, как Амели уходила куда-то. До всех этих откровений Лена искренне не понимала скрытый смысл всех этих деталей, но теперь…

Каково было жить такой жизнью?.. под вечным прицелом?.. в страхе за всех своих близких и без малейшего шанса на спокойную жизнь?..

- Ты давно стала частью нашей семьи, Лена. – Приглушенно подала голос Амели и от этих слов в груди Лены вспыхнул отчаянный жар, а грудь словно сдавило со всех сторон от часто забившегося сердца. – Поэтому мы и боялись рассказывать тебе это. Боялись, что ты… оставишь нас.

Слова Амели отзывались в голове Лены словно эхо и когда она приподняла взгляд от своей кружки, то ощутила на собственном лице горячие слезы. Столько лет одиночества… столько долгих лет без простого, но такого нужного и необходимого слова – «семья»… столько пролитых из-за скорби слез по ушедшим из жизни…

- Т-ш-ш… - Лена ничего не могла рассмотреть через отчаянный туман горячих слез, что застелили ей глаза и лишь когда ее крепко обняли, а в нос ударил знакомый аромат парфюма – она осознала, что была в руках Амели. – Все хорошо, ma сherie…

- Поплачь, если сильно хочется. – Послышался такой же успокаивающий и ласковый голос Жерара, чьи сильные руки по-отечески гладили ее по волосам. – Мы все понимаем.

И Лена дала волю слезам, которые стали рваться наружу так, словно их сдерживало что-то внутри. Да, сдерживало. Долгие годы, проведенные в полном одиночестве и без кого-то… кому можно было бы выплакаться и просто выпустить все это… слишком долго слезы копились внутри…

- Ты теперь не одна. – Послышался голос Жерара и его ладонь, гладящая ее волосы, вытерла горячие слезы. - Мы тебя не бросим.

Лена могла лишь хрипло выдохнуть – «Спасибо», пока слезы вновь не заструились по ее лицу…

***

После откровения со стороны Амели и Жерара – Лена не смогла уснуть некоторое время. Она прорыдала в объятьях Амели около получаса, если не больше. После этого они пытались отвлечь ее на всякие другие темы и очень скоро смогли успокоить ее. Поселившаяся внутри Лены теплота от сказанных ими слов все еще горела в груди Окстон и заставляла англичанку расплываться в грустной улыбке. Они назвали ее частью их семьи… самой настоящей семьи… Лене этого очень сильно не хватало…

Она заснула глубокой ночью, а проснувшись в полдень, с глупой усмешкой вспомнила о том, что у нее было назначено свидание. Новый день начался с нотками… новой жизни. И это невольно вдохновляло Окстон…

Амели отпускала Лену на свидание, словно самая настоящая мама – оценивала ее наряд, проверила как она расчесалась и умылась, давала всяческие советы и желала удачи. Жерар довез Лену до Эйфелевой башни и сказал, что приедет сюда же к восьми вечера, чтобы забрать ее.

И действительно, в указанное время Лена была на месте и Жерар благополучно довез ее обратно. Всю дорогу Лена молчала, а на лице у нее играла легкая улыбка, которая за весь день ни разу не омрачилась. Оказавшись в коттедже – Лена без лишних слов последовала к себе в комнату, где развалилась на кровати и уставилась с улыбкой в потолок. С ее жизнью происходил какой-то дивный виток…

Когда же над лицом нависла хитрая Амели – Лена пришла в себя. Та присела на кровать рядом с англичанкой и буравила ее хитрым взглядом.

- Ну и? - Амели глядела на Лену с нескрываемым любопытством, невольно нависнув над англичанкой и щекоча своими пальцами край ее футболки. - Как все прошло?

- Нормально… - пролепетала Лена, загораясь в румянце от чувства небольшого томительного смущения, когда холодные пальцы чуть коснулись кожи ее живота. -…мы гуляли по городу.

- И?.. - Амели ждала главного, это очевидно, и Лена, закатив глаза, схватила подушку и словно невзначай ткнула ею в француженку, пока та засмеялась и, перехватив предмет постельной принадлежности, обрушила на англичанку главный вопрос: - Вы целовались или нет??

- Да! - тут же отозвалась Лена, и Амели радостно обхватила ладонями ее лицо:

- И как тебе поцелуй с француженкой? - Знала бы Амели, что поцелуй с первой француженкой был намного лучше, то точно не спрашивала бы, но Лена все-таки ответила:

- Она вкусно пахла, а еще у нее помада со вкусом клубники была… - звучало так по-детски! Но Лена была искренна. Виолетта оставляла после себя приятное впечатление…

- Вы договорились встретится еще раз? – Спросила Амели, ласково погладив англичанку по голове.

- Нет… - призналась Лена, и улыбка ненадолго покинула ее лицо, уступив место сочувствию. -…она уезжает в Италию вместе со своими родителями завтра. Попросила у меня прощения, и мы обменялись адресами электронной почтой.

- Мне жаль, Лена. – Чуть надула губы Амели, невольно вновь погладив ее по голове, но та лишь улыбнулась шире: