Вспомни обо мне - Анна Данилова

– Вероника? Доброе утро. Меня зовут Рита. Мы виделись с вами в ресторане, я – жена следователя. Вот и хорошо, что узнали. Мы не могли бы встретиться в кафе «Восток-Запад», что напротив детского театра? Через час сможете? Вот и отлично. Нет, ничего особенного не случилось, просто надо задать вам пару вопросов. До встречи.

Рита отключила телефон.

– Ну вот, собственно, и все.

– Я поеду с вами и сяду где-нибудь поодаль, чтобы она меня сначала не заметила. А потом, в зависимости от результата вашей встречи, я или подойду к ней, или нет, договорились?

Он боялся этой встречи. Вот только непонятно было, чего он боится больше – что Вероника окажется Вероникой, и ему не перед кем будет просить прощения, или же что эта загадочная женщина окажется Верой, его женой? Как в этом случае он поведет себя? Не сойдет ли с ума?

В отличие от ресторанной Вероники, утренняя Вероника Парусникова выглядела посвежевшей и веселой. На ней был светлый плащ, светлые туфли, и помада ее была на тон бледнее, чем тогда, в их первую встречу.

– Доброе утро, Рита. Хочу перед вами извиниться за тот разговор. Не знаю, что на меня нашло, я вела себя грубо. Понимаете, не очень-то приятно было выслушивать, что ты похожа на какую-то там покойницу. Но позже, уже дома, я вдруг представила, какие же чувства испытывает тот человек, жена которого умерла. Словом, задавайте вопросы и давайте уже расставим все точки над «i». Я готова доказать вам, что не имею к вашей истории никакого отношения.

Концевич пришел в кафе раньше Риты и занял наблюдательную позицию на противоположной, «восточной» стороне зала. Как в шпионский фильмах или фильмах про разведчиков, он прикрылся газетой. Перед ним стояла чашка с нетронутым кофе.

Подошла официантка, Рита заказала кофе и клин фирменного торта «Захер». Когда настала очередь делать заказ Веронике, та сказала:

– То же самое, только, пожалуйста, принесите лимону.

Даже Рита дернулась так, словно ее ударили током. Она слегка повернула голову и увидела глаза Концевича над верхней кромкой газеты. Он не мог слышать, что сказала Вероника. Он ждал, что принесет официантка.

И тогда Рита, чтобы Концевич все понял, крикнула вдогонку официантке:

– И мне тоже лимон.

Концевич опустил газету.

– Ну, что же вы, задавайте свои вопросы. – Вероника улыбнулась, откинулась на спинку стула. – Жаль, что я не писательница, непременно написала бы что-нибудь в этом духе.

Принесли два маленьких блюдца с нарезанным лимоном. Концевич встал и решительно подошел к столику. Сел рядом с Вероникой, у которой от удивления вытянулось лицо.

– Рита, пожалуйста, – охрипшим от волнения голосом проговорил Концевич.

Рита, пробормотав извинения, быстро вышла из-за стола и направилась к выходу. Последнее, что она услышала:

– Вера… Верочка… ты прости меня…

34

Мира приехала в Отрадное неожиданно, без предупреждения, и, судя по ее виду, нетрудно было догадаться, что она чем-то расстроена. Она была одна, без Даши.

Рита, впустив ее в дом, мокрую, с дождя, принялась раздевать.

– Ну что же ты без машины? На автобусе?

– У меня машина сломалась, – чуть не плача, проговорила Мира. Под курткой на ней был теплый свитер и брюки.

– Мира, что случилось? Почему ты плачешь? Что-нибудь с Дашенькой?

– Нет, с ней все в порядке.

– С Димой?

– Да нет же! Со мной! Вернее, с тобой! Почему ты бросила меня? Не звонишь, ничего не рассказываешь? Почему ты звонишь мне только тогда, когда тебе нужна моя помощь? Неужели я не имею права на большее? Ведь вы с Марком раскрутили такое дело?! А я? Выходит, я не твоя подруга, а так, не пришей кобыле хвост.

– Какой еще хвост, что с тобой? Я ничего не понимаю! Ладно, проходи, объяснишь все толком. Мы с Фабиолой пельмени лепим.

В кухне было тепло, за большим столом сидела маленькая девочка, перепачканная мукой. Даже золотые локоны побелели.

– Лепим… пельмени… – сказала она, улыбаясь Мире. – А где Даша?

– Даша дома. С папой. Он футбол смотрит, а Даша… она тоже смотрит. Ладно, я сейчас руки вымою и тоже к вам присоединюсь.

Рита отложила из большой миски фарш в тарелку и придвинула ее поближе к Мире:

– Давай, рассказывай.

– Нет, она еще смеется! Это я должна тебе рассказывать? – воскликнула Мира.

– Ты обиделась на меня… конечно. Я виновата. Понимаешь, когда все заканчивается и все встает наконец на свои места, мне вдруг становится так скучно и тоскливо, что, кажется, эта история вообще никому не интересна.

– Дима сказал, что ты нашла телефон этой женщины. И что с этого момента расследование пошло быстрее.

– Мира, хочешь немного вина? Мама сделала, из малины? Заодно и согреешься…

Мира улыбнулась.

– Ладно, давай… мировую. Ох, Рита, знаешь, иногда я тебе так завидую, что у тебя такой муж. Что он всегда в гуще событий, что он такой серьезный, ответственный.

– Мира, у него очень опасная и трудная работа.

– Ты еще песню про него спой: «Наша служба и опасна и трудна…»

Рита разлила в два фужера малиновое вино.

– Вот Марк мне никогда не верит, считает, что я фантазерка, что вечно придумываю что-то. Иногда он бывает прав, конечно, как и в этот раз, с этим землетрясением…

– Рита, рассказывай все с самого начала! Ведь эти две истории связаны? Я имею в виду появление Вероники и убийство Ларисы?

– Это как посмотреть. Хорошо. Начну все с самого начала. Вернее, с середины, с того момента, как Веру Концевич начал преследовать маньяк. Да, действительно, это был Алексей Веткин, охранник из школы. Увидев однажды Веру, он, если можно так выразиться, влюбился в нее. Понравилась она ему, он стал наблюдать за ней. Тоже мне, нашел себе занятие, охранник! Он никогда не лежал в психушке, не лечился, хотя мать знала, что он не в себе, знала, что иногда он ведет себя странно… Обо всем этом мы узнали потом от нее. Думаю, что и она виновата в том, что в свое время не показала сына психиатру.

– Так чем он был болен-то?

– Понимаешь, если бы его смотрели доктора, то определили бы диагноз, а так получается, что просто был парень со странностями, влюбчивый, вспыльчивый. В детстве ловил кошек и вспарывал им животы. Вешал их на деревьях. Птиц потрошил, хотел узнать, как они внутри устроены. Как случилось, что он воспылал страстью к Вере, теперь никто не скажет. Матери он говорил, что скоро женится и у него будет ребенок.

– Он на самом деле снял квартиру?

– Да Марк нашел даже эту квартиру, говорил с хозяйкой. Она сказала, что парень был разговорчивый, объяснил, что начинает новую жизнь, что скоро станет отцом. Спрашивал, есть ли в доме вазы для цветов. Очень хотел, чтобы Вера была с ним. Такая вот история. Все, что произошло потом – цепь событий, которые нам пришлось восстанавливать. Помнишь, в лифте был убит сосед Концевичей? Так вот, это убийство было совершено Веткиным. Анатолий рассказывал, что Вера говорила ему о том, что это тот парень, что преследует ее, зарезал мужчину, но тот не поверил. К тому же оказалось, что кому-то было выгодно повесить это убийство на его компаньона. Вера же от страха и ужаса не находила себе места. Она никак не могла понять, почему муж ей не верит.

– А зачем этот Веткин убил того мужика?

– Он сказал Вере, что так же он поступит и с Анатолием, если тот не отпустит Веру к нему.

– Ничего себе!

– Она даже хотела уехать к тетке, в Подлесное, но не успела. Концевич был в командировке, когда к ним домой, по дереву, забрался Веткин.

– Как это – по дереву?

– Они жили на втором этаже. Этот ненормальный забрался на дерево, потом – в квартиру. Вера пыталась его образумить, объяснила, что у них семья, что она ждет ребенка. Все было бесполезно. И тогда она решила дать ему препарат, азалептин, это что-то вроде успокоительного средства для шизофреников. Этот препарат ей дал на хранение один человек.

– Но зачем?

– Я все объясню. Словом, она нашла способ, как накормить Веткина капсулами с азалептином. Но доза была слишком большая, и Веткин умер практически на ее глазах. Вот и представь, в каком состоянии была бедная женщина. Но самое удивительное в этой истории то, к кому она обратилась за помощью! Вот жила женщина, был у нее муж, какое-то окружение – друзья-приятели. Но в качестве человека, достойного доверия, она выбрала своего врача, Юлия Михайловича Нольде. А он отказал ей. Растерялся, начал говорить что-то о милиции. А ей надо было помочь избавиться от тела. Она была на шестом месяце, она не смогла бы одна спустить мертвое тело вниз, положить в багажник машины. Ей требовалась физическая помощь.

– Вот это ситуация! И что потом?

– Она не знала, что за ширмой, в кабинете гинеколога, на кушетке спал сын Нольде, Михаил. Он все слышал, и когда Вера вышла из кабинета, бросился за ней. Вот он, в отличие от отца, не сомневался в том, что следует делать. Он догнал ее уже на улице, сказал, что все слышал и готов помочь ей. Она видела его впервые в жизни. Но и у нее, как ты понимаешь, не было выбора. Словом, он помог ей вывезти тело Веткина за город. А потом они вместе приводили в порядок квартиру и, в сущности, провели вместе почти всю ночь. Она рассказывала ему о своей жизни, объясняла, как случилось, что она убила человека. За эту ночь они сблизились… человечески. И он сказал ей, что теперь не бросит ее. Что поможет ей, сначала отвезет в Подлесное, будет навещать ее там. За те несколько часов, что они провели вместе, она услышала все те слова, которые никогда не слышала от мужа. Она почувствовала себя защищенной, понимаешь? Но организм не выдержал такой нагрузки. К тому же, как потом оказалось, Вера была больна. У нее был гепатит, о котором она даже не догадывалась, и свое плохое самочувствие относила к нервному расстройству.