Запутанная планета (СИ) - Колотилина Октавия

Стукнулся, задребезжал упавший дезинтегратор, из мощного ствола валил дым. От лучей вдогонку лазутчица увернулась. Ну, зараза, есть у тебя ещё пукалки?

Ривер кралась вдоль постеров с оскаленными мордами. Дыхание слышалось за следующей коробкой. Выставив перед собой бластер, она метнулась за угол, выстрелила…

Продырявленный динамик грохнулся с компьютерного стола. Запись!

Сбоку рухнуло лезвие, разрубая бластер. Ривер схватилась за звуковую лопатку на поясе, но её тоже смял меч, ожёг болью бедро.

Впереди возник рыцарь с чёрным крестом на белом сюрко: стальные, холодные глаза, резкие скулы, коричневые слипшиеся пряди. Грейн. Она снова воздела меч.

Ривер попятилась — и чуть не свалилась: нога отнималась, рана пульсировала красным.

Тевтонка улыбнулась уголком тонких губ, резко мотнула головой, откинула с лица волосы. Не отводя пронзающего взгляда, нагнулась, провела пальцами в кожаной перчатке по полу, собрала упавшие капли крови и понюхала.

Нечего даже схватить, чтобы отбиваться: сервера неподъёмные, ячейки в них мелкие, как щит не сойдут…

Клинок рухнул сверху вниз. Ривер едва увернулась — и кинулась прочь, хромая; сзади топали сапоги.

В наушнике снова прорезался голос Джона:

— Ты как, нормально?

— Отлично просто, дорогой! Нога вот только болит, а так чудесно. Извини, говорить не могу — дыхание сбивается.

— Беги к серверу джудунов.

— Там завал!

— Беги.

И Ривер свернула туда, откуда тянулась цепочка её же пыльных следов. Но, миновав постер с носорожьей мордой, запнулась о пучок проводов, полетела на пол.

Над головой прозвучало гортанное:

— Гнад дир Готт!

Кругом взревел гул, что-то запикало. Ривер зажмурилась… Однако удара не последовало, только странный треск.

Грейн стояла между раскуроченных серверов и дёргалась. Меч её прилип к ближайшему железному ящику, от него к лезвию шли синие молнии.

Гул умолк так же внезапно, как начался. Тело тевтонки с бряцаньем повалилось; Ривер поскорей схватила выпавший из перчатки меч. Кольнуло электричеством.

Если бы всё происходило в реальности, человеку хватило подобного разряда, но сознание так просто не убьёшь, оно даже отключиться не может — Грейн подёргивалась в беспамятстве на полу. Ривер крикнула в микрофон:

— Джон! Что ты сделал? Как поймал её? Ты вообще где?

— На пятом уровне Одиннадцатой пирамиды, — раздалось довольное. — Через стенку от тебя, Цех Мышления.

Джон улыбался, глядя в щиток пилотского шлема, где шла видеотрансляция из камеры Ривер. Наушники сыпали нетерпеливыми вопросами; конечно, в шлеме неудобно, голова потеет и обзор хуже, но зато не надо торчать весь день у монитора.

Цех Мышления снова стоял, ленты даже не успели стряхнуть пыль. Наскоро протерев платком ближайшую, Вторую, Джон запрыгнул на неё, уселся и принялся рассказывать.

Как только Ривер улетела, он пригнал ментальную модель байка, с которой сверялся, когда чинил «Триумф», и отправился следом за подругой. Лифт в Одиннадцатой недавно работал, аварийка светилась — значит, остался заряд в аккумуляторах, шесть линий Цеха Мышления оказались вполне исправны, а одну пришлось чинить.

Джон как раз подвинчивал мотор Второй линии… И увидел: Ривер вот-вот разрубят. Он подключил три конвейера к сикоракскому повреждённому серверу, а четыре — к джудунскому.

— Оставалось лишь дождаться, чтобы Грен прикоснулась к одному из них, — и дать напряжение, — закончил Джон, кивая в сторону корзины приёмника.

За ней на стене краснел электрощит, рубильник был опущен.

— Никогда не сомневалась в твоём техническом гении, — томно проворковала Ривер.

Есть ли вещь приятнее, чем похвала любимой? Броситься бы через все завалы, стиснуть в объятиях и зацеловать. Но она вдруг спросила:

— Постой… Ты здесь — а кто за консолью?!

— Э-э… Как бы тебе сказать…

Живо представилась картинка: юркий флаббл скачет по кнопкам и передвигает носом рычаги, а Доктор сидит на древовидной водоросли и пытается достать розовый плод; сутана порядком мешает. Собака рядом с консолью показывает лапой: правее, правее…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Пожалуй, мне лучше поскорее вернуться, — быстро проговорил Джон.

Тевтонка застонала, села, сжимая виски ладонями.

— Иди, милый, я догоню, — со сдержанной ненавистью процедила Ривер.

Она будет мстить. За Ронни, Кибера, Рассилона.

Но Доктору один раз уже пришлось убить Грейн, и делать это повторно не хотелось. Обезоруженная, под надзором — чем лазутчица сможет навредить? Джон позвал:

— Ривер, погоди. Разве тебе не интересно, почему она пришла в ТАРДИС? Как водила нас так долго за нос? Чего добивалась?

В наушниках напряжённо стреляли помехи, потом послышался удивлённый смех:

— Зараза! Знаешь, на чём меня поймать. Лады, встретимся в Зале Контроля и вместе порасспросим.

Джон одобрительно хмыкнул и полез под ленту Второй линии. Чтобы её быстро починить, пришлось переставить ротор из байка, и теперь предстояло всё проделать в обратном порядке. Одним глазом поглядывал на видеощиток.

Ткнув мечом плечо сидящей, Ривер приказала ей встать, повела вдоль завала к дальней стене, где через пролом лился оранжевый солнечный свет.

— Пожалуйста, будь осторожней, — в который раз напомнил Джон.

Грейн спотыкалась, еле шла. Опасливо оглянулась через плечо и спросила на английском, с гортанным выговором:

— Куда мы идём?

— Узнаешь.

Загадочности Ривер могла бы позавидовать чёрная кошка в тёмной комнате, где хранятся колбы с нитроглицерином.

— Надеюсь, мы направляемся не в ту дверь? Во имя святой Анны, только не туда!

Грейн покосилась на опрокинутый сервер: из-за ящика чуть виднелась узкая дверка, побелённая, как и стены, с которыми она почти сливалась. Никаких знаков или табличек не было.

— Что там? — спросила Ривер в микрофон.

— Не знаю, — отозвался Джон. — Какая разница? Не отвлекайся, следи за Грейн.

Уже прошли лежащий сервер, когда Ривер вдруг скомандовала остановку. Скрутив толстым проводом запястья и лодыжки пленницы, прислонила её у постера с урдом; тот напоминал большеглазого кальмара, приживлённого к гуманоидному телу. А сама направилась лисьим шагом к таинственной двери.

Джон поставил на пол выкрученный из конвейера ротор и выдохнул:

— Ривер! Не лезь туда, мало ли…

— Я одним глазком, милый.

Отодвинув заграждение, она толкнула дверку, попыталась просунуть пальцы в зазор между нею и стеной — бесполезно. Вставила туда кончик меча, нажала, как на рычаг. Меч хрустнул пополам; Грейн сзади прошипела по-немецки длинное ругательство.

— Не поддаётся — не надо, куда ты ломишься? — уговаривал Джон.

Обломком лезвия Ривер всё-таки сбила язычок замка, приоткрыла дверь на пару сантиметров и тут же отпрыгнула вбок. Но изнутри не ударил лазерный луч, не выехал далек: там была лишь темнота.

Угрожающая темнота, непроглядная, словно тени грабов собрали, уварили до густоты и замазали варевом проход.

— Назад!! — закричал Джон.

Ривер захлопнула дверь, припёрла спиной в попытке сдержать рвущееся оттуда. Грейн смотрела на неё и нехорошо усмехалась, связанными руками шарила возле пояса.

Даже в Цехе Мышления пол сотрясся от толчка. За ним последовал второй, и Ривер полетела вперёд, а вокруг змеились бескостные пальцы тьмы, они загнулись, окружая — и чёрный кулак сдавил жертву.

— Ривер! Ривер!..

Джон пытался докричаться, зная, что бесполезно: видеощиток был чёрен, а через полминуты камера и вовсе отключилась.

Глаза бессильно закрылись, ротор выпал из рук.

Конец. Погибла. Сожрана Ваштра Нерадой.

Джон сполз под конвейер и зажал уши ладонями. Глупышка. Любопышка. Неужели нельзя хоть раз послушаться?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Один. За консолью никого… Пусть всё катится к чертям. Ривер…

Очнуться заставил странный свист. Звук доносился из дальнего конца зала, где раньше располагалась дверь в серверную, а теперь высилась груда обломков известняка. Джон с досадой повернул голову, вгляделся: между камней просачивалась тьма, собиралась в облачка, похожие на чёрные грибы-дождевики.