Царь и Бог. Петр Великий и его утопия - Яков Аркадьевич Гордин

Милостивейший Государь Батюшка,

доношу тебе Государю, написано мне в пунктах, чтоб собрать хлеб с Смоленского уезду и с приписанных к нему трех пригородов и со обретающихся кругом, по сторонам, вблизи городов.

И с Смоленского уезду с пригородами собрать повеленного числа и к наличному хлебу невозможно для того, что в Смоленском уезде и с пригороды 20,499 дворов. И на всякий двор достанется сухарей и муки по четверти с полутором четвериком, овса по 6 четвертей со осминою, сена по 100 пуд.

А обретающиеся вблизи все городы приписаны к Брянску (и мне по пунктам данным, мне взять их невозможно), и я приписал иные и дальные городы, 16 городов (кроме Смоленских 3 пригородов), и о том писал я к Москве. И на те все, и Смоленские городы, расположил я на двор по 1 четверти овса, по полтора четверика сухарей, сена по 16 пуд по 20 фунтов, и о сем послал я указы вчерашнего дня. А в которые городы посланы указы, посылаю ведомость к тебе Государю с сим письмом.

Да в Смоленске ис собранного наличного хлеба росход есть, и тому росходу послал ведомость к тебе-ж Государю, и впредь им давать ли?

Сын твой Алексей.

Из Смоленска.

Мая в 20 д. 1707.

Роспись городам.

Вязма. Волок-Ламской.

Боровск. Ярославец-малой.

Верея. Кошира.

Ярославаль. Юрьев-Полской.

Шуя. Муром.

Переславль-Резанской. Дедилов.

Шацк. Серпухов.

Колуга. Тула.

Роспись росходу.

Розных полков салдатом и драгуном, которым дается по полуосмине с получетвериком на месяц человеку.

И далее идет подробнейший отчет по снабжению двух с лишним тысяч людей – кроме Смоленского гарнизона: больным, необмундированным рекрутам, «новоприборным» солдатам, бывшим московским стрельцам, прикомандированным московским пушкарям и т. д., вплоть до «ингермонланской дворцовой концелярии, каторые у лошеди».

Я утомляю читателя этими подробностями, чтобы был ясен характер ежедневных трудов Алексея.

Милостивейший Государь Батюшко,

писал я в прежнем письме к тебе Государю, что послал указы в городы (к оным с Москвы определенные) и ныне для лутшего собрания, с далных сено возить невелел, а положил сено на ближние, а овес и сухари на далные, и указы о сем в те городы посланы и в привозе есть малое число, о чем буду писать впредь к тебе Государю.

О болезнях своих доношу, что обеим нет лехче, а выходит болше прежнего, по вся дни и тяжеле.

Сын твой Алексей.

Из Смоленска.

Мая в 31 д. 1707.

Чем был болен царевич, в этот раз неизвестно. Но, как увидим, Петр принял это известие всерьез и послал к Алексею своего лейб-медика Блюментроста с письмом: «Для болезни твоей доктор в Смоленск послан. О хлебе уже господин Головкин ответствовал, что ныне треть, а достальные при новом хлебе. На гварнизон Смоленский положи особое число кроме указанного. Такоже хотя письмом старайся, чтоб и во Пскове указанное число собрано было».

Никакая болезнь, стало быть, не освобождала Алексея от выполнения данной ему задачи. Наоборот, Петр возложил на него ответственность и за псковские земли.

Кроме заготовки сена и провианта, что само по себе было достаточно хлопотно, он, как видно по переписке, отвечал и за формирование армейских пополнений.

Милостивейший Государь Батюшко,

письмо твое Государь милостивое (а определении рекрут и Петровских салдат и стрелцов Астраханских) я получил Июля 31 д. к вечеру. И по тому писму Астраханских стрелцов отправил в Оршу Августа в 3 д. А рекрут и Петровских салдат отправляю ныне; а когда отправлю все, буду писать к тебе Государю подлинно.

Поздравляю тебе Государю с новополученною викториею над неприятелем, за Сестрою рекою; дай Боже и впредь щастие, чего усердно желаю.

Сын твой Алексей.

Из Смоленска.

Августа в 5 д. 1707.

Разумеется, Алексею пришлось столкнуться с тем, что его отец назвал «похищением государственного интереса», – с откровенным воровством.

Не без некоторого недоумения он писал об этом Петру:

Милостивейший Государь Батюшко,

писал я к тебе Государю Июля в 4 д. что воевода здешней господин Салтыков, просил у меня на присланные к нему с Москвы рекруты 3,022, и от тебя Государя письмо получил я Июля в 31 д. чтоб мне их выбрав лутчих 2,000 человек отдать присланному от господина Репнина афицеру, а достолных отослать в Быхов. И я по указу вашему взяв у него господина Салтыкова за рукою списки, и по тем спискам разбирал я, и явилося на лицо (по тем спискам) новоприведенных рекрут 940 человек, да прежних приводов прошлых лет никуды неопределенных рекрут-же 203 человека. И я его (господина Салтыкова) спрашивал: для чего не все те новоприведенные рекруты на лицо, на которых ты у меня просил хлеба? И он сказал: что непривели-де приводчики против присланного указу с Москвы к нему…

Суть эпизода проста. Салтыков хотел получить довольствия пайков на списочный, а не наличный состав, то есть на добрую тысячу человек больше, чем у него имелось в реальности людей. Это был очень недурной приработок.

Дотошный Алексей лишил его этого удовольствия. Очевидно, в этом, помимо прочего, и заключался для Петра смысл назначения наследника на должность, которая давала немалые возможности для обогащения.

Царевичу Петр доверял.

Время от времени Алексей благодарил отца за «милостивое» письмо. Стало быть, Петр хвалил сына за усердие.

…И я взял у него ведомость, кто и с которых станцый, и многих ли непривели, и с той ведомости сметяся, копию послал тебе Государю в сем писме. А ис тех вышеписанных старых и новых рекрут выбрав лутчих 1,054 человека отдал присланному от господина Репнина афицеру Самойлову; да 200 Петровских салдат отдал ему же, и отправил ево отсюда Августа в 6 д. (а о тех недоводных рекрутах писал я к господину Автомону Иванову, чтоб велел и достолных прислать по прежнему определению своему; а как придут, тотчас отправлю куда по твоему указу надлежат). А достолных, каторые в драгунские полки негодилися, отправил в Быхов, а Петровских салдат достолных в Полоцк, и писал к камендантом, и чтоб их обучали и кормили; а стрелцов Астраханских в Оршу. И о сем писал к тебе Государю в прежнем писме.

Сын твой Алексей.

Из Смоленска.

Августа в 11 д. 1707.

Через несколько дней Алексей неожиданно получает от Петра новое распоряжение.

Милостивый мой Государь Батюшко,

писмо от тебя Государя милостивое получил Августа в 14 д. и отъезжаю отсюда, сего часа, на своих лошедях.

Сын твой Алексей.

Из Смоленска.

Августа в 17 д. 1707.

Неизвестно, какое новое задание ждало Алексея. Похоже, он