По велению сердца - Данеэла Стил

– Ну, вот что, — объявил Финн однажды вечером, — хватит тебе трудиться, давай куда нибудь выберемся. Хочу показать тебе местные достопримечательности. — И он показал Хоуп старинные имения, которые были в округе. Хоуп лишь утвердилась во мнении, что фамильный дом Финна не имеет себе равных. Блэкстон-хаус, как ни один другой особняк, олицетворял собой дух этой местности. А Хоуп теперь видела свою задачу в том, чтобы помочь Финну привести родовое гнездо в порядок. Для одного человека это был непосильный труд. Была и еще одна деталь: Хоуп заметила, что Финн тяжело расстается с деньгами, и потому старалась обходиться разумными средствами и даже по возможности платила из своего кармана, но так, чтобы при этом не обидеть Финна. Тот был растроган, он понимал, что все это Хоуп делает из любви к нему. А тем временем усилия Хоуп уже дали первые результаты.

Всякий раз, как Финн садился за работу, Хоуп бралась за полировку мебели, и вот уже одна комната, а за ней и другая зажили новой жизнью. Часть мебели находилась в ремонте у краснодеревщика. Местный обивщик взялся за реставрацию диванов и кресел. В хозяйской спальне, в которой уже много лет никто не жил, Хоуп обнаружила восхитительную мебель и прекрасные фрески на стенах. Хоуп не уставала повторять, что это похоже на Версаль.

– Ты меня потрясаешь! — то и дело восхищался Финн.

Когда же Хоуп была свободна от полировки и перестановки мебели, то фотографировала местных жителей либо обследовала антикварные лавки в поисках чего нибудь интересного для его дома. Как-то дождливым днем она даже взялась помогать Кэтрин в чистке столового серебра, и в тот день ужин был подан в парадной столовой за длинным столом, а не на подносах наверху. Но в доме по прежнему было холодно. На Хоуп были джинсы и старый свитер Финна, отчего она стала похожа на девчонку.

— Чувствую себя героем карикатуры в «Нью-Йоркере», — со смехом объявил Финн, когда Уинфрид прислуживал им за ужином в гигантской столовой. Кухня располагалась в цокольном этаже и была довольно допотопная, но все оборудование работало без сбоев, Хоуп и на кухне успела привести все в порядок. С ее приезда прошло всего две недели, а дом выглядел совершенно обновленным.

После ужина Хоуп отправилась в парадную гостиную фотографировать фрески, чудом сохранившиеся на потолке. Следом за ней пошел и Финн.

– Как ты думаешь, можно будет оживить краски на этих стенах? — спросила его Хоуп задумчиво, но он уже заключил ее в объятия и жарко целовал.

– Ты сумасшедшая, но я тебя люблю. Как только я жил без тебя? Дом весь сгнил, жизнь — сплошной бардак, а я даже не понимал, чего мне не хватает. Теперь то понимаю! Пожалуй, я не отпущу тебя в Штаты! — Он был серьезен, но Хоуп лишь весело рассмеялась. Она сама была счастлива от того, что дом уже начинал оживать. Хоуп видела, сколько радости это приносит и Финну, и получала наслаждение от сознания своей нужности.

– А давай позовем на ужин твоих соседей? — как-то раз предложила она. — В этих чудесных домах наверняка живут интересные люди. Ты с кем нибудь из своих соседей знаком? — оживленно спросила она. Ей уже виделись симпатичные люди за столом в парадной столовой, а кроме того, ей искренне хотелось познакомиться с людьми, живущими по соседству с Финном.

– Не знаком ни с кем, — ответил Финн. — Я приезжаю сюда работать, у меня и времени то нет куда то ходить. Все мои друзья в Лондоне.

– А было бы славно позвать гостей, познакомиться. Вот когда мебель доставят… — осторожно предложила она.

– Я предпочел бы провести время с тобой наедине, — сухо отрезал Финн. — Ты здесь будешь недолго, и я не хочу тебя с кем то делить. Вдвоем куда романтичнее. — Финн жаждал владеть ею безраздельно, а Хоуп с ее интересом к людям стремилась к общению, к тому же ей ужасно хотелось похвалиться домом.

– Одно не исключает другого, — возразила она. — Можно и встречаться с другими людьми, и проводить время наедине.

– Ну, может, как нибудь в другой раз, — буркнул Финн, и тут у Хоуп зазвонил мобильник. Она ответила. Это был Пол. Хоуп вышла из гостиной и присела на кресло в уголке. Они не разговаривали уже несколько недель. Пол все еще был на своей яхте в море. Хоуп сказала ему, что гостит у друга в Ирландии в потрясающем старинном особняке. Ей показалось, у Пола усталый голос, но она не стала допытываться. Поговорив несколько минут, она завершила разговор, и вернулась к Финну.

– Кто это был? — спросил Финн, пристально глядя на Хоуп.

– Пол. Я рассказала ему про твой дом.

– Чудесно. Он все еще любит тебя?

– Понятия не имею, я его об этом не спрашивала. И потом, он слишком тяжело болен, чтобы думать о ком то, кроме себя. Не забывай, это он со мной развелся, сейчас он для меня просто близкий человек, друг. А как может быть иначе, ведь мы много лет были женаты.

Финн сухо кивнул и больше не стал задавать никаких вопросов.

Немного позже они отправились прогуляться, и Хоуп собрала целую охапку полевых цветов и дома поставила их в вазы. Финн смотрел на нее с задумчивой улыбкой, а вечером опять заговорил о ребенке, хотя раньше и обещал не касаться этой темы. Хоуп этот разговор казался преждевременным, но Финн твердил, что жаждет иметь от нее ребенка. Хоуп не стала говорить ему, что на самом деле не хотела заводить ребенка прежде, чем они зарегистрируют брак. А на этот счет у нее еще были сомнения, хотя их оставалось все меньше и меньше.

– Я хочу, чтобы у нас была девочка и чтобы она была похожа на тебя, — мечтательно произнес Финн, обнимая ее после секса. — Я так хочу от тебя ребенка, Хоуп! — прошептал он ей в ухо.

– Да, дорогой, — отозвалась она, — я тоже, но в моем возрасте это может и не получиться.

– В наше то время? Все получится, медицина поможет. Есть же все эти новомодные методики. Теперь с этими проблемами отлично справляются. — Хотя Финн без конца повторял, что хочет, чтобы она забеременела, но пока они продолжали предохраняться. Хоуп не была готова принять такое решение. Одно дело — заниматься любовью, помогать наводить порядок в доме, даже жить вместе, и совсем другое — заводить ребенка.

– Посмотрим… — тихо ответила она, свернулась калачиком в его объятиях и, блаженно улыбаясь, подумала, что это самые счастливые дни в ее жизни, во всяком случае — за последние годы.

Шла третья неделя пребывания Хоуп в Ирландии, когда Финн удивил ее, предложив провести уик-энд в Париже. У Хоуп и в мыслях не было куда то поехать, но неожиданно эта идея ей понравилась. Финн забронировал номер в «Ритце», ее любимом отеле, и в конце недели они вылетели во Францию. На обратном пути они решили заехать в Лондон, что устраивало Хоуп, так как ей нужно было встретиться с куратором фотовыставок в галерее «Тейт Модерн». Накануне отъезда она позвонила и назначила встречу, чем очень обрадовала куратора.